Дарина Наар – Война сердец (СИ) (страница 46)

В этом платье её и похоронят. Да, ведь никто не знает, что она не девственница, и не узнает. Все будут думать, что она умерла невинной. Наденут на неё это мерзкое платье, фату и положат в гроб.

Взор Эстеллы, поблуждав по комнате, упал на гору коробок на столе. Подарки её не интересовали, но вот сбоку лежал небольшой чёрный свёрточек, тот, что передал ей незнакомец у церкви. А она ведь так и не поглядела что там, сунула его в кучу других подарков и забыла. Нет, хоть она и собирается умирать, всё равно хочет поглядеть что внутри. Вдруг там что-то важное! Эстелла, схватив свёрток, села на пуф и разорвала папирусную бумагу. Внутри лежала прямоугольная коробочка. Открыв её, девушка обнаружила очень красивую и изысканную вещицу — серебряное зеркальце. Овальное, с ручкой и крышкой, инкрустированными изумрудами. Зеркало было явно дорогое, ювелирной работы, но Эстелла испытала злое разочарование и обиду, как ребёнок, которому вместо долгожданной игрушки или сладости дарят одежду. Просто зеркало. Обычный подарок. И почему незнакомец сделал из этого тайну? Повертев зеркало в руках, Эстелла вгляделась в отражение. Какая она бледная и худая! За три месяца превратилась в скелет. Данте… Ах, если бы он был здесь! Она бы ничего не боялась. Она бы убежала с ним хоть на край света. Но это невозможно. Слезинки скатились со щёк девушки, упав на отражение, и тут произошло удивительное — зеркало задымилось. Эстелла едва не уронила его, но овладела собой. В конце концов, её не должны пугать такие вещи. Она и маленькой их не боялась, потому что верила: волшебство — чудо, оно приносит красоту и радость. Так чего бояться? Тот человек, вероятно, колдун, поэтому и выглядел так необычно. Может, это связано с Данте? Эстелла жадно всматривалась в зеркало, а изображение в нём быстро-быстро вращалось. На поверхность всплыли буквы. «Привет» — прочитала Эстелла. — Привет, — прошептала она вполголоса. — Ты кто? «Я друг», — выплыла новая надпись. Эстелла осмелела. — Что тебе нужно? «Я хочу помочь». — Но уже ничего нельзя исправить! «Можно». — Действительно можно. Можно умереть. Мне. «Если ты наделаешь глупостей, я не смогу помочь». — И как же ты мне поможешь? «Волшебством». — Вот как? А твоё волшебство может вернуть мне Данте? Или убить Маурисио? Или вообще всех убить? «Может». — Что именно оно может? «Всё это и даже больше». — Тогда верни мне Данте! Прошу тебя! Я не могу жить без него, — всхлипнула Эстелла. — Я отдам что угодно! Только скажи, что тебе нужно. Пожалуйста… «Мне ничего не нужно. По крайней мере от тебя». — Но я не понимаю. Ты вернёшь мне Данте или нет? — нетерпеливо спросила девушка. «Возможно. Только не я, а ты, ты сама». — Я? Как? Из зеркала повалил фиолетовый дымок. Ручка его стала горячей и Эстелла вскрикнула. «Не бойся, — снова возникла надпись. — Если ты сделаешь всё правильно, никто не пострадает». — Но… это вернёт мне Данте? «Да». — Тогда я… я… я на всё согласна. Что я должна делать? Ведь я не волшебница и не умею колдовать. «Этого и не нужно. Открой зеркало с другой стороны и достань то, что там лежит». Эстелла, перевернув зеркало, увидела на обороте крохотный замочек. Она подцепила его пальцем. Что-то щёлкнуло, из оправы выскочил один из изумрудов. Вслед за этим открылась задняя крышка зеркала. Внутри оказался отсек, где лежал небольшой хрустальный фиал с голубоватой жидкостью. Эстелла вынула его и перевернула зеркало. — Что это такое? «Зелье Времени. Надо выпить всё до капли». — И что будет? «Ты попадёшь в прошлое. Ровно на год назад». Сердце Эстеллы заколотилось. — И я увижу Данте? «Да». — Но… подожди… я не понимаю. Я попаду в прошлое, я увижу Данте, но что будет потом? «Проживёшь сначала этот год».

— Пережить всё ещё раз? — Эстелла пришла в ужас от такой перспективы. — Нет, я не выдержу. Всё сначала, это… это слишком.

«Когда ты попадёшь в прошлое, ты забудешь абсолютно всё». — Тогда зачем это? Когда закончится год, всё станет также, как сейчас? И я снова потеряю Данте? «Не обязательно. Ты не сможешь изменить всё, что произошло, но у тебя будет шанс повлиять на ход ситуации. Один раз». — Но… как же я смогу повлиять на что-то, если я ничего не буду помнить? «Когда наступит нужный момент, я дам тебе знать. Подумай. Ты хочешь выбраться из этой ситуации или нет?». — Я хочу только одного — увидеть Данте. «Ты его увидишь». — Мне нужно выпить зелье? Только и всего? «Да. Зелье действует мгновенно. Ты его выпьешь и загадаешь точный момент, в который хочешь вернуться. С собой ничего брать нельзя. Совсем ничего. Ты можешь взять только это зеркало, чтобы я смог с тобой связаться». Эстелла колебалась. Хочет ли она увидеть Данте? Конечно хочет! Ещё бы! Да и терять ей нечего. Какая разница? Она же в любом случае собиралась проглотить мышьяк. Так чего она боится? — Я согласна! — объявила Эстелла. «Хорошо. Тогда восстанови в памяти момент, в который хочешь попасть, — подсказало зеркало. — Подумай куда именно. Оденься также, как тогда. Закрой зеркало и положи его в сумку. А затем выпей зелье. И жди. Да, и сними медальон с руки». — Но… но это память о Данте… «Всё к тебе вернётся вместе с самим Данте. Когда я сказал, что никаких вещей из будущего брать нельзя — это значит СОВСЕМ никаких. Иначе всё пойдёт прахом. Это очень сильная магия и если нарушить законы времени, отрикошетит не по-детски. Удачи». Изображение в зеркале покрутилось и застыло. Теперь на Эстеллу взирало её собственное отражение. Девушка бросилась вскрывать чемоданы в поисках нужных вещей. Так торопилась, что за считанные минуты комната превратилась в склад. Синее дорожное платье в полосочку, украшенное кружевом, шляпка-капор с лентами, ботинки без каблуков. Так она выглядела в тот самый день — день её возвращения домой. День, перевернувший её судьбу. Эстелла не взяла никакого багажа, кроме тряпичной сумочки, куда затолкала волшебное зеркало и кружевной платочек. Она сняла обручальное кольцо и бросила его на стол. Сняла по-прежнему обмотанный вокруг руки медальон. Поцеловав, бросила его в напольную вазу в углу. И тут в коридоре раздались шаги. В дверь постучали. — Эстелла, дорогая, это я, Маурисио, ваш супруг. С вами всё в порядке? Вы ушли так давно. Я жду вас в спальне, а вас нет и нет… Вам не нужна помощь? — Нет, — ровно ответила Эстелла. — Не волнуйтесь, у меня всё в порядке. Я прихорашиваюсь. Я приду через десять минут. — Хорошо, я вас жду, дорогая. Эстелла несколько секунд прислушивалась к шагам. Щёлкнул замок в двери, и коридор погрузился в тишину. Вынув из хрустального фиала пробку, Эстелла поднесла сосуд к губам и мигом осушила его. Голубоватая жидкость не имела вкуса, хотя и пахла хвоей. Эстелла взглянула на свои руки и — ОЙ! — чуть не упала — руки бледнели, исчезая прямо на глазах. За руками в прошлое отправились тело и ноги. Последней растворилась в воздухе голова. Комментарий к Глава 3. Свёрток —---------

[1] Байрес — краткое название Буэнос-Айреса.

====== Глава 4. Разбойники с большой дороги ======

Год 1794.

За пределами Ферре де Кастильо раскинулись непроходимые леса с хвойными араукариями, высоченными лапачо, насаждениями жаккаранд, сикомор и дынных деревьев [1]. Единственная дорога, по которой экипажи въезжали в город и выезжали из него, проходила через центр сельвы. Дорога петляла и виляла, то сужаясь, то расширяясь, и не было ей ни начала, ни конца. Южное солнце, разливая по небу лучики и делясь теплом с землёй, уже стояло высоко над горизонтом, когда на дороге появился экипаж. Кучер, сидящий на козлах, подгонял хлыстом двух серых лошадок, насвистывая вульгарную песенку про сладкую как персик красотку, у которой ноги растут от ушей. Эстелла в синем платье в полосочку, отороченном кружевами, и шляпке-капоре с любопытством смотрела в окно. Кроме мелькающих густых зарослей, иного пейзажа не наблюдалось, но временами из чащи выпархивали многоцветные колибри, похожие на гигантских бабочек. Чёрные глаза девушки блестели от счастья: она возвращается домой! Конечно, Буэнос-Айрес — город красивейший. Чего стоят только Бульвар Аламеда с его с магазинами, нет, магазинищами, витрины которых тянулись вдоль нескольких улиц; рестораны и кафе, театры и увеселительные заведения разной направленности, огромная типография, широченные улицы и великолепный дворец вице-короля Николаса де Арредондо. А сколько там народу! И днём, и ночью! Невозможно пройти по улице и никого не встретить. В Ферре де Кастильо всё иначе: в определённые часы улицы вымирали, но Буэнос-Айрес кишел народом, а ночью был неузнаваем: тысячи мерцающих огней, группы бродячих музыкантов, клоунов, танцоров; и художники, рисующие портреты среди улицы, — всё это заставляло сердце любой провинциалки выпрыгивать из груди. Но насладиться красотами и жизнью города за пять лет Эстелла так и не сумела. Школа имени Святой Терезы — самое престижное учебное заведение для девочек во всем вице-королевстве — была обособлена от внешнего мира. Хотя школа считалась светской, там преподавали и богословие. Эстелла почерпнула достаточно объёмный, но разрозненный багаж знаний: научилась манерам и этикету; знала все последние веяния моды; умела вести непринуждённые светские беседы за чашкой чая и выучила тайный язык веера; могла создать замысловатую причёску, не прибегая к помощи горничной; танцевала легко и грациозно, не наступая на ноги кавалеру; играла на фортепиано, пеленала детей и даже плела кружево. И не понимала зачем ей это нужно. Только уроки танцев не вызывали у неё протеста. Эстелла сто раз бы предпочла научиться ездить верхом, свистеть или стрелять из лука, или лечить животных, разбираться в растениях, в травах. Она мечтала стать лекарем. И если лечить не людей, так животных. Но увы, девочкам дорога в такую профессию была заказана. Их удел — дом и материнство. У Эстеллы эта несправедливость вызывала дикое раздражение. Почему мужчинам можно всё, а женщина способна (по их мнению) лишь быть домохозяйкой, женой и матерью? Да она, Эстелла, со своим врождённым умом и сообразительностью заткнёт за пояс любого мужчину!