Дарина Наар – Война сердец (СИ) (страница 30)

— Это моя жена Каролина, — сказал Гаспар. — А это Данте.

— Проходи, золотце, располагайся, — у Каролины оказался нежный, певучий голос. — А я тут как раз пироги затеяла.

— Милая, а где Клементе?

— Где-то во дворе бегает.

— Клементе — мой сын, я тебе говорил про него, — объяснил Гаспар. — Ему тринадцать. Он очень хороший мальчик. Думаю, вы подружитесь.

Данте многозначительно приподнял тонкую бровь. Разве он может подружиться с кем-то? Хотя может. С Эстеллой же подружился. Если Клементе и вправду хороший, это было бы здорово — найти приятеля-мальчишку. У Данте никогда не было друзей, а тут вдруг начали появляться. Но воспоминания об Эстелле камнем легли на сердце. Он поёжился, отгоняя мрачные мысли.

— Пойду во двор, поищу Клементе и познакомлю вас, — Гаспар вышел. Раздался его крик на улице: — Клем! Клем, ты где?

Данте несмело отодвинул ракушечную занавеску и оказался на кухне — небольшой, но очень светлой. Каролина месила тесто, напевая что-то себе под нос. Она вдруг чем-то напомнила Данте Руфину, хоть и не была ни капельки на неё похожа. Да, по Руфине он тоже скучает…

— Что с тобой, детка? Почему ты такой грустный? — участливо поинтересовалась Каролина.

— Ничего, всё хорошо, — Данте каким-то болезненным взглядом рассматривал обстановку.

Дом был небольшим, но уютным, благодаря коврикам и плетёным циновкам, полосатым диванчикам и креслам с мягкими спинками. В окна то и дело врывались потоки свежего воздуха.

Дверь скрипнула, зашуршали ракушки на занавеске и в кухню вошли Гаспар и светловолосый мальчик, довольно рослый и симпатичный.

— Это Клементе, — представил Гаспар. — А это Данте.

Клементе, смело подойдя к Данте, протянул руку. Данте пожал её.

— Привет. Я Клементе. Можно просто Клем, — сказал мальчишка весело. — Папа говорит, что он познакомился с тобой, когда охотился на птиц. Значит, это ты спаситель животных?

— Можно сказать и так…

— Здóрово! Я люблю людей с прибабахом! — сообщил Клементе.

— Я не с прибабахом! — тут же взъелся Данте.

— Да ладно, не злись, я не имел ввиду ничего плохого. Я ведь тоже с прибабахом, так что мы найдём общий язык.

Данте невольно улыбнулся. Мальчишка был непосредственный и не вызывал антипатии.

— Ма-ам! А мы есть то будем сегодня? — спросил Клементе.

— Будем. Рыба уже готова, а пирог надо только в печь поставить.

— Мама готовит — пальчики оближешь. А пошли во двор пока, — тараторил Клементе.

— Пойдём.

— Там, кстати, в кустах птица сидит, такая странная. Никогда такую не видел. Пошли посмотрим на неё.

— Ага…

Дети вышли. Гаспар улыбнулся им вслед.

— Гаспар, а что происходит, объясни? — Каролина приблизилась к мужу. — Что это за мальчик?

— Нормальный мальчик, — успокоил Гаспар, целуя жену в губы. — Племянник Сильвио Бильосо, кажется. Ну знаешь, хозяин «Ла Пираньи». Только пацан говорит, что тот его бьёт нещадно и даже запирает в подвале. Он весь в синяках, сбежал от них и гулял по лесу. Помешал мне застрелить одну птицу. Мне жаль его стало, и я привёл его к нам.

— Сбежал, говоришь? Ох, Гаспар. Тот человек очень опасен. Сильвио Бильосо, говорят, настоящий зверь. Однажды забил своего раба цепью до смерти. И даже брата родного на порог не пускал. Как бы нам это боком не вышло.

— Не думаю. Вообще-то… мне тут мысль одна в голову пришла…

— Какая?

— Ну… — Гаспар помялся, — Энрике…

— Гаспар, пожалуйста, не напоминай мне об этом, — слёзно взмолилась Каролина.

— Нет, ты меня не дослушала. Я подумал, что может… мы могли бы…

— Что?

— Взять мальчишку к себе.

— ЧТО?

— Ну да, я и говорю в память об Энрике. Ведь если бы он тогда остался жив, сейчас у нас было бы два сына. А если мы возьмём мальчишку, у нас опять будет два сына. Погляди, как они поладили с Клементе.

— Гаспар, но если мальчик сбежал от такого влиятельного человека… Нет, мы накличем беду на себя и на Клементе.

— Я мог бы поговорить с этим человеком. Насколько я понял из рассказа ребёнка, тот человек не очень-то жалует его. Может, он наоборот с радостью от него отделается. Как знать?

Каролина пожала плечами.

— Дорогой, ну я не знаю. Мальчик по виду очень милый, но мы его плохо знаем. Неизвестно какой он на самом деле. Вот так с бухты-барахты брать в дом чужого ребёнка… И мы же не миллионеры, в конце концов! Кормить лишний рот… Надо подумать, хорошенько подумать…

— Но если бы Энрике был жив, ты бы тоже говорила, что он лишний рот?

— Нет конечно, но… Ох, я должна подумать. Давай обсудим это потом, хорошо? А то и дети тут совсем рядом. Поговорим вечером в спальне.

— Хорошо, милая, как скажешь.

А Данте и Клементе во дворе разглядывали диковинную чёрно-алую птицу, сидящую на кусте акации.

— Эта та самая, которую чуть не убил твой отец, — сказал Данте.

— Ничего себе! А почему она летела за вами?

— Я не знаю.

— Ты ей понравился! — воскликнул Клементе.

— Скажешь тоже.

— А что? Животные же привязываются к людям. Ты её спас, вот она за тобой и увязалась. А давай её позовем, может она пойдёт к нам?

— Давай.

Данте приблизился к кусту, где сидела птица. Он был уверен, что она тотчас же улетит. Но птица не двигалась с места. Её чёрные перья сверкали на солнце. Роскошный, как у павлина, алый хвост и такой же алый галстучек на шее, были видны издалека.

Данте, застыв как вкопанный, смотрел на птицу. Она тоже уставилась на мальчика круглыми, словно чёрные жемчужины, глазами и не выказывала ни беспокойства, ни агрессии.

— Какая ты красивая, — тихо проговорил мальчишка. — Я хочу с тобой познакомиться. Меня зовут Данте.

Протянув руку, он легонько дотронулся до птицы. Она не возражала. Тогда Данте ласково погладил её по грудке пальцем.

— Зачем ты за мной прилетела? Ты хочешь пойти со мной? — спросил он. — Не бойся меня, я не стану тебя обижать.

Неожиданно птица потянулась клювом к руке мальчика. Клементе, стоящий чуть поодаль, ойкнул. Но птица не собиралась причинять боль. Своим гладким блестящим клювом она потёрлась о пальцы ребёнка. Данте погладил её по клюву и птица издала красивый горловой звук, похожий на бульканье.

— Ничего себе! Ты и вправду ей понравился! — Клементе подпрыгивал на месте. — Папа, мама, смотрите, эта птица влюбилась в Данте! — насмешливо добавил он, когда из домика вышли Гаспар и Каролина.

Данте усадил птицу к себе на руку. Каролина наблюдала с опаской.

— Она не выклюет тебе глаза, детка?

— Нет, — убеждённо сказал Данте. Птица взгромоздилась ему на плечо. — Я заберу её с собой. Она всегда теперь будет со мной.

— Тогда пойдёмте есть, а то обед остынет, — улыбнулась Каролина. — Наверное, и птицу покормить надо. А что они едят?