Дарина Королёва – Нас больше нет... (страница 30)

— Что? Когда?

— Вчера вечером, — я рассказала о нашей встрече и о сегодняшнем утре. — Он хочет поговорить.

Лицо Жени помрачнело, словно небо перед грозой, а пальцы напряглись:

— Надо же! И что ты ответила? Ты хочешь…

Уловив ход его мыслей, я сразу же поспешила развеять опасения:

— Нет! Один мимолётный взгляд на него, меня сразу воротит! Моё мнение ни при каких обстоятельствах не изменится — я не хочу его знать. Точка. Тут даже нечего больше обсуждать.

— Ты не знаешь, что у него на уме.

— Верно! — я развернулась и положила руку Жене на грудь. — Может, так он быстрее оставит нас в покое? Я поставила условие. Не переживай! Встреча состоится в людном месте, я дам ему не больше пяти минут.

Женя покачал головой:

— Мне это не нравится. Лучше держись от него подальше! Или... — его глаза сверкнули, — я сам с ним поговорю. Объясню, если что непонятно.

— Женя, нет, — испуганно посмотрела на него. — Пожалуйста, не надо конфликтов. Я справлюсь.

Он вздохнул, но кивнул:

— Хорошо. Но будь осторожна. И позвони сразу после разговора, ладно?

Я улыбнулась, чувствуя, как внутри разливается тепло:

— Обещаю.

Женя ещё раз меня обнял и вернулся к работе. А я осталась сидеть, глядя на часы и думая о предстоящей встрече.

Что хочет сказать мне Дамир? И главное — готова ли я это услышать?

ГЛАВА 38

Маленькое, уютное заведение на углу улицы казалось сейчас входом в логово дракона.

Витрины, украшенные витиеватыми узорами, отражали мое обеспокоенное лицо. Я глубоко вздохнула, собираясь с духом, и толкнула дверь.

Аромат свежесваренного кофе и выпечки, обычно такой приятный, сейчас вызывал тошноту.

Я сразу увидела его — Дамир сидел за столиком у окна, уткнувшись в телефон. Неприятная волна прокатилась по телу, словно кто-то провел ледяным пальцем вдоль позвоночника.

Заметив меня, Дамир вскочил, суетливо отодвигая стул. На его лице расплылась улыбка, от которой меня передернуло.

— Лида! Ты пришла, — его голос звучал почти по-детски радостно. — Я так рад тебя видеть!

Не дожидаясь ответа, он протянул мне небольшую коробочку, перевязанную атласной лентой.

— Это тебе. Подарочек…

Я не собиралась её брать, тогда он сам открыл, продемонстрировав содержимое.

Внутри лежали изящные серьги с жемчугом. Когда-то такой подарок заставил меня трепетать. Сейчас я лишь хмыкнула, оставляя коробочку на столе.

Неужели он думает, что я растаю при виде какой-то безделушки?

Может вообще её украл! Если проворачивал махинации со своим имуществом или алиментами, чтобы не дай бог больному ребёнку не досталось и копейки.

Вспоминаю об этом, меня опять передёргивает. Нет, и как он надеется на прощение? Зря я пришла!

Дамир, казалось, не заметил моей реакции. Он улыбался, глядя на меня так, словно перед ним был драгоценный артефакт.

— Ну, рассказывай, как поживаешь? — начал он непринужденно. — Как Соня? Как работа?

Его лицемерие вымораживало. Как он мог так спокойно спрашивать о нашей жизни, когда из-за него мы прошли через ад?

Перед глазами промелькнули воспоминания: пустой холодильник, бесконечные макароны, слезы Сони, когда она просила игрушку, которую я не могла себе позволить купить.

— Какой же ты лицемер, — процедила я сквозь зубы.

Дамир, словно не слыша меня, придвинул свой стул ближе. Я тут же отодвинулась, не чувствуя сейчас ничего, кроме гнева.

— Лид, я понимаю, ты злишься, но...

Он попытался коснуться моей руки, но я резко убрала её на колени.

— Мы будем играть в молчанки или что? Быстрей выкладывай, что хотел! Я не собираюсь тратить время на такого гада, как ты...

Вот теперь я не могла сдерживать себя в выражениях. А мне и не хотелось. Захочу — вылью ему на голову сок, плюну в лицо или устрою спектакль на публику. Я просто мечтала однажды отыграться на этой свинье за все месяцы унижений, бедности и одиночества, через которые нам с Соней пришлось пройти. Этот ад я не забуду никогда.

Дамир поджал губы, цокнул языком и глотнул воды, смачивая горло. Я скрестила руки на груди, подняв подбородок.

Смотрю на него — заросший такой, как домовой из чулана. Но вещи на нем хорошие. Часы золотые, рубашка не за три рубля.

И чего приперся? Неужели совесть замучила? Наконец дошло как до жирафа и вспомнил, что у него есть больной ребенок.

Но, слава богу, благодаря Жене Соня уже не больна. Кто еще настоящий отец?! Настоящий герой и мужчина, достойный быть рядом?

— Лид, все было не так! — вдруг выпалил он. — Я сейчас тебе такое расскажу... Ты готова, малыш?

— Еще раз назовешь меня малыш, получишь между ног! — огрызнулась я.

— Ух, — Дамир улыбнулся во весь рот, — деловая ты такая стала, прям... горю я весь от тебя! Такой...

— Прикуси язык! — перебила я его. — А что же твоя Викочка? Та самая шлюшечка, которая наклепала тебе сыновей. Где многодетная мамаша?

Дамир помрачнел. Схватил стакан и залпом допил. С грохотом поставил его на стол.

— Я влип в одну жуткую историю, и я так должен был поступить... Чтобы тебя обезопасить. Я не хотел! Пришлось порвать жестко, чтобы ты не искала меня, чтобы возненавидела. Чтобы мои враги это видели и понимали, что через тебя манипулировать мною будет невозможно!

Я вылупила на него глаза. Серьезно? Издевается? Думает, я поверю в эту чепуху как из заезженного криминального боевика?

— Но сейчас все стало иначе! — продолжал Дамир, стукнув кулаком по столу и подскочив на ноги. — Я так сильно тебя люблю... Я безумно скучал... Я не могу без тебя, Лид. Я понял, что мне нужна только ты!

Дамир, видя мое молчание, продолжил свой рассказ. Он говорил о том, как жил все это время, как ушел от Вики, потому что они не сошлись характерами.

— Она ужасная женщина, Лид. Пилила меня, ни во что не ставила, была со мной только из-за денег. Я не выдержал и ушел от нее! — говорил с такой гордостью, будто совершил поступок века.

Ах вот оно что… Неужели роковая любовь превратилась, как в той известной поговорке, в “завяли помидоры”?

Я слушала его, чувствуя, как внутри растет отвращение.

Какой кошмар! Как всегда: детей настругают и в кусты! Судьбами чужими крутят-вертят. Но больше всего в этой ситуации страдают дети, просто потому, что их папаши не могут удовлетворить свои половые хотелки.

— И что с детьми теперь, с близнецами?

— Не знаю! Она мне видеться с ними не дает! Осталась в Италии. Я только деньги им даю, — ответил Дамир с явным раздражением. — А я всегда-всегда думал только о тебе! Лид, я совершил ошибку века! Мечтаю вернуть наши отношения, нашу идеальную семью!

— Ха-ха! Размечтался!

Но нет, больше я не позволю ему манипулировать мной.

— Об этом и речи быть не может, — отсекла я, снимая сумочку со спинки стула. — Это все, что ты хотел сказать? Увы, твоя трагическая история не выбила из меня ни одной слезы...

— Ну что мне сделать, чтобы исправиться? — в его голосе прозвучало отчаяние. Наигранное, конечно же. Потому что я не верила Дамиру.

— В твоем случае — ничего, — ответила я твердо. — Дамир, у меня есть мужчина, и я хочу быть с ним! Соня его любит и называет папой.