Дари Дэй – Измена. Тайный малыш от миллиардера (страница 5)
– Она не хочет с тобой разговаривать! – Рявкает в ответ Сашкин муж.
И когда Булат делает еще один шаг – ему в лицо прилетает крепкий кулак. Я вижу, как дергается челюсть любимого, а из носа хлещет алая кровь. Вижу, как он ударят в ответ, и как между мужчинами завязывается потасовка.
Смотрю на все это будто из-под толщи воды. Словно перестаю ощущать эту реальность. Боль в теле стихает, и в моменте я ощущаю себя гипсовой статуей – не чувствую вообще ничего.
Ветер развивает фату, и та застилает лицо. Онемевшими пальцами я сдергиваю ее, и бросаю на асфальт.
Кладу руку на живот. Кто-то сбоку хватает меня под локоть.
– Саш… – будто в замедленной съемке поворачиваюсь к сестре. – Со мной что-то не так… – мне кажется, я это кричу. Но на деле выходит лишь жалкий шепот.
Сестра с широко распахнутыми от страха глазами, открывает дверцу машины.
– Садись. Сядь в машину. У тебя кровь, Полина.
И я медленно опускаю взгляд вниз. На подол белоснежного платья. Кровь? Откуда она тут взялась?
Но на белой ткани действительно расползается большое пятно.
– Руслан! – Слышу голос сестры, но он будто не рядом, а где-то далеко-далеко. – Отвези нас в больницу, прошу!
– Полина!
– Полина!
– У нее кровь… Ребенок… Нам нужно в больницу…
– Полина…
– Любимая…
Я закрываю глаза, и проваливаюсь в холодную темную сырость.
~Глава 6~
Сначала я даже не понимаю, что за противный пищащий звук ползает в моей голове. Но секунду спустя возвращаюсь в реальность, и утыкаюсь растерянным взглядом в белый потолок помещения.
В нос заряжает запах хлорки, медикаментов, чего-то еще, и я понимаю, где нахожусь.
– Саш… – тихо хриплю.
К кровати тут же подлетает сестра, и берет меня за руку. Ее ладонь прохладная, и от прикосновения очень приятно. А у меня сушит во рту так, что больше ни слова из себя выдавить не могу. Но Сашка и так все понимает.
– Воды, милая. Вот, попей, – она аккуратно подносит к моему рту стакан воды, и придерживая голову, помогает сделать глоток. – Руслан, побудь с ней. Я сейчас доктора позову.
Чувствую рядом мужское присутствие, но сама поднять голову, чтоб посмотреть не могу. Тело кажется слабым, безвольным.
– Что с… ребенком?…
– Поль, – тихо отвечает Руслан, он стоит где-то рядом, – ты не переживай, сейчас уже все хорошо.
От его сочувствующего тона из уголков моих глаз текут слезы. Безвольной куклой откидываю голову на подушку и закрываю глаза.
Вновь прихожу в себя спустя несколько минут, а может часов…
– Очнулась? – Сашка заботливо заглядывает мне в лицо, и улыбается.
Смотрю на нее, не скрывая надежды.
– Скажи, что это все сон…
Сашка теряется, а потом жалобно сдвигает брови на переносице, принявшись гладить мне волосы.
– Милая моя, мне так жаль…
Ясно. Не сон.
Кладу ослабшую руку на живот.
– Руслан сказал, что с ней все хорошо. Это ведь правда?
Сестра накрывает мою ладошку своей и крепче сжимает.
– Да, да, с малышкой все в порядке. Но ты пережила такое потрясение. Это не могло пройти бесследно. Была угроза выкидыша. Мы вовремя успели тебя привести, и врачи сразу положили тебя под капельницы. Доктор сказал, что какое-то время тебе нужно провести будет в больнице.
Я вздыхаю, и мну пальцами ткань больничной сорочки.
– Малышке ничего уже не угрожает?… – еще раз уточняю.
– Сейчас нет. Я позову доктора, хорошо? Он тебе все объяснит.
– Нет! – я вдруг пугаюсь, и с новой силой хватаюсь за руку сестры. – Не уходи, пожалуйста…
Мне становится невыносимо страшно, что Сашка уйдет. И я останусь в этом мире совершенно одна.
– Я вернусь, обещаю, – успокаивает в ответ, – просто там… Мне надо… – прячет глаза.
– Что? Говори.
– Булат сюда рвется. – Срывается с ее губ, а на лице проступают гневные пятна. – Я выйду и скажу этому ублюдку, чтобы не смел появляться тебе на глаза. Сейчас с ним Руслан разговаривает, но я боюсь, что они вновь подерутся.
Я слушаю это, смотрю в потолок, и тихо плачу.
Булат. Он хочет увидеть меня. Что-то сказать. Но я не могу. Не готова. Не сегодня. Не завтра.
Я никогда его простить не смогу.
За что он так со мной поступил?
Со мной и нашей малышкой. За что?
– Ну, ну, милая, – Сашка вытирает мне слезы, – видишь, ты даже от его имени плачешь. Я ни за что его сюда не пущу. По крайней мере, пока тебе легче не станет.
– Никогда не станет… – тихо шепчу. – Саш…
Сестра смотрит в ответ вопросительно.
– Он меня не отпустит. – Заключаю простую мысль, которую сама лишь секунду назад осознала. – Я беременна его ребенком. Это навсегда связало нас вместе. И он… Я знаю Булата. Он не отпустит. А я не могу его видеть. Я не могу даже думать о нем… Каждая мысль меня отравляет.
Сашка уже до боли сжимает ладонь. И явно не знает, что сказать мне в ответ.
А потом выдает:
– Он не имеет никаких прав на этого ребенка, раз так поступил.
И я молчу, осознавая эти слова. И понимаю, что полностью с ними согласна. Он не имеет. Никаких. Прав.
Судорожно тяну носом воздух, а потом решаюсь сказать то, что звенит в голове красной строчкой:
– Вы уже рассказали ему? Рассказали, что с ребенком все хорошо?
– Нет… – теряется Сашка. – Ну, то есть, не знаю, что ему Руслан сказал, но я нет… Ничего…
– Не говорите, – на волне адреналина я даже привстаю на кровати, давя на растерянную сестру острым взглядом. – Ты должна мне помочь. Кроме тебя больше не кому.
– Поль?… Ты… о чем?…
– Скажите ему, что ребенка больше нет.