Дарелл Швайцер – Черные крылья Ктулху — 2 (страница 27)

Конни ждала, что он отдаст его ей, но Рик направился прямиком к багажнику. Повернув зеркало заднего вида, Конни могла видеть, как муж поставил холодильник на бедро и открыл багажник. Когда он захлопнул крышку, в его руках уже ничего не было. Ответ на возникший у Конни вопрос был настолько очевиден, что она даже не хотела спрашивать, но, как только Рик вернулся за руль и пристегнул ремень, она не удержалась.

— И что ты собираешься делать?

— Нельзя оставлять его здесь, — ответил он, не глядя.

— Мы могли бы позвонить по девять-один-один, если бы телефон был заряжен.

— Конни…

— Я ни на что не намекаю. Ты спрашивал, почему так важно было зарядить телефон, — вот тебе и ответ.

— Ты… — Рик оглянулся, убеждаясь, что дорога свободна. Поддав газу, он сказал: — Знаешь, ты права. Если бы я послушался тебя и зарядил вчера вечером телефон, то мы могли бы вызвать по девять-один-один полицейского, который забрал бы у нас холодильник. С этим не поспоришь. Но раз наш телефон отключен, нам нужно придумать что-нибудь другое. До дома ехать минут сорок — сорок пять. Как доберемся — сразу обзвоним ближайшие больницы. Возможно, содержимое холодильника предназначалось кому-то из их пациентов. А если нет — они выяснят, куда его отправить.

— Разве в Уилтвике выполняют операции по пересадке органов?

— Не знаю. Возможно. В Пенроузе точно должны.

— Может, лучше заедем в ближайший полицейский участок?

— Ближайший находится после съезда с магистрали на шоссе двести девять. До дома быстрее.

— Ты уверен, что внутри что-то есть?

— Внутрь я не заглядывал, но слышал, как там шуршит лед.

— Мне показалось, что контейнер совсем легкий.

— Да, но я не знаю, сколько весит сердце или почка. Должно быть, не слишком много.

— Как скажешь. Я просто… — Конни оглянулась. — Боже, как он вообще оказался посреди скоростной магистрали? Это просто уму непостижимо!

Рик пожал плечами:

— Перевозкой не всегда занимаются профессионалы. Наверное, плохо кузов пикапа закрыл или резко вильнул, чтобы не сбить оленя. Вот холодильник и вывалился.

— Бред какой-то.

— Предложи свою версию, раз такая умная.

Угроза новой ссоры нависла над ними. Конни сказала:

— А на крышке ничего не написано? Мне показалось, ты что-то читал?

— Там есть наклейка, но надпись вся расплылась. Видимо, недавним ливнем смыло.

— Долго же он тут провалялся.

— Похоже на то. Наверно, пикап занесло на мокрой дороге, и контейнер выпал.

— Почему водитель не остановился, раз вез такой важный груз, от которого может зависеть чья-то жизнь?

— Если он в тот момент старался не врезаться в отбойник, то мог и не заметить, что случилось позади.

Такой сценарий казался вполне вероятным, если допустить, что перевозку свежих донорских органов действительно могли поручить дилетантам. Чем больше Конни думала, тем правдоподобнее казалась ей эта версия. Как ни прискорбно, миром правит корысть.

— Что, если они направлялись на север, в Олбани?

— Думаю, времени достаточно, даже если водителю придется вернуться.

— Они могут прислать вертолет. В Пенроузе ведь есть вертолет?

— Вроде бы.

Конни готова была согласиться с планом Рика. Какая разница, обзвонят они больницы из дома или из полицейского участка? Если бы мобильный телефон работал, они и сами могли бы доставить содержимое холодильника бригаде хирургов, в эту самую минуту ожидающей доставки. Конни так и представляла, как они с Риком входят в реанимационное отделение больницы Уилтвика. Рик несет контейнер под мышкой, а врач в зеленом халате уже протягивает к нему руки в перчатках. Без телефона им не остается ничего, кроме как поспешить домой. Учитывая, сколько раз их уже останавливали за превышение скорости, им, возможно, придется потерять драгоценное время, объясняя сотрудникам дорожной полиции всю серьезность ситуации. Не факт, что те, кому предназначался контейнер, могут позволить себе столько ждать.

«Ничего не случится, — подумала Конни. — Ты прекрасно знаешь, что все обойдется. Ты просто злишься из-за того, что твой муж вечно превышает установленную скорость на десяток миль в час как минимум». Она окончательно приняла план Рика, тем самым поддержав его стремление стать важным действующим лицом в истории — случайным незнакомцем, без помощи которого не вышло бы вытащить другого человека из черных врат смерти. Все потому… все потому, что ей самой было интересно участвовать в такой истории и внести в нее свой весомый вклад.

Стрелка спидометра перевалила за восемьдесят пять^{22}.

Конни протянула левую руку и легонько сжала бедро Рика. Тот обеими руками вцепился в руль.

Спустя четыре часа Рик и Конни сидели за кухонным столом и разглядывали холодильник. Покрытие контейнера было из термопластика, но Конни сомневалась, помогает ли оно сохранять внутри низкую температуру. Красный крест на крышке был блеклым, чуть светлее, чем цвет нижней половины контейнера, и частично стертым. Он не был похож на привычный символ Красного Креста. Поперечины сужались к центру, а их концы, напротив, расширялись и были закруглены, как лезвия топоров. Конни встречался такой или подобный крест. Когда-то она снимала жилье вместе с девушкой по имени Алекса, которая была набожнее самого папы римского и среди прочей религиозной символики хранила такой крест. Мальтийский? Тамплиерский? Что-то из двух. Конни помнила, что крест старой подруги был вдобавок украшен какими-то небольшими изображениями. По правде говоря, крест на холодильнике мало напоминал религиозный символ — скорее абстрактный цветок или вычурную замочную скважину. На долю секунды красные расширяющиеся полосы показались Конни зрачком чудовищного глаза, но она посмеялась над своей глупой выдумкой.

О том, откуда взялся этот символ на холодильнике, стоящем на бледной деревянной столешнице, Конни могла лишь гадать. Быть может, у Красного Креста были подразделения или локальные филиалы с такой эмблемой? Конни никогда о них не слышала, но она была простым менеджером в сети супермаркетов «Таргет» и не слишком-то интересовалась медициной.

Тут Рик произнес:

— А что, если он принадлежит мафии?

— Что-что?

Рик выпрямился:

— Вдруг в холодильнике часть тела кого-то, кто перешел дорогу мафии? Или кого-то, кого им заказали убить.

— Например, палец?

— Палец или кисть руки — любое доказательство того, что заказ выполнен.

— Шутишь?

Рик пожал плечами:

— Все возможно.

— Сомневаюсь.

— В чем?

— Не знаю… в том, что мафия перевозит в холодильнике отрубленные части тела? Серьезно? По-моему, мы в кино такое видели.

— Правда?

— Уверена. Вместе смотрели то ли на Ти-эн-ти, то ли на Ти-би-эс. Там Джо Пеши играл наемного убийцу, у которого в сумке были головы…

— «Восемь голов в одной сумке»?

— Точно!

— Раз это было в фильме, то почему не может случиться на самом деле?

— Просто…

— А может, тут замешан черный рынок. Нелегальные аукционы по торговле почками.

— Это же байки!

— Не бывает дыма без огня.

— Но я…

— Послушай, мы уже проверили все логичные версии. Пора проверить другие, вот и все.

Конни перевела дух:

— Согласна. Но мы даже не знаем, что внутри холодильника. Вдруг он вообще пустой?

— Ты сама сказала, что мы не должны его открывать.