Дарби Кейн – Милая женушка (страница 35)

– Если речь об освобождении от брака, к чему идти на риск, покушаясь на Аарона? – Джинни не видела в этом ни малейшего смысла.

– Люди делают так сплошь и рядом.

– Ради защиты денег и репутации. Меняют старую жену на молодую, обновленную версию. Избавляются от ответственности за детей. – Она опустила руки вдоль туловища, ощутив, что внутреннее напряжение чуть ослабло. На сей раз Чарльз не орет и не требует большего. Он явно в таком же тупике и не знает, что предпринять. – Сюда это все не вписывается.

– Остается всего несколько объяснений, но ни за одно просто так не ухватишься. – Чарльз постучал ручкой по настольному табель-календарю трехлетней давности, заменить который до сих пор не удосужился. – А как насчет проверки на детекторе лжи?

– Ее адвокат заявил, что не разрешает проходить их никому из своих клиентов. Слишком подозрительно.

– Удобно. – Чарльз пробурчал что-то вроде бессвязного набора ругательств. – Пит потолковал с одним здешним учителем, поставившим под сомнение блестящую репутацию Аарона, но тот утверждает, что это было «просто ощущение».

– У владелицы агентства, где работает Лайла, точно такое же впечатление. – То же «ощущение» донимало и Джинни. Что-то с этим Аароном неладно. У каждого есть свои причуды и недостатки, но слишком уж мало людей разглядели в нем таковые или упомянули о них. Это противоестественно.

Поработав с Питом, она может не задумываясь назвать полтора десятка его недостатков, а ведь он ей симпатичен. В этом и суть. Видеть личность целиком – вовсе не значит сплетничать. Не всегда. Иногда речь идет о том, насколько искренен человек, раскрывая, кто он такой. И Аарон в этом отношении может быть такой же темной лошадкой, как и его непостижимая женушка.

Чарльз помычал, не разжимая губ.

– Может, он все-таки не так уж кристально чист…

– Кристально чистых не бывает в природе.

– Выверните его жизнь наизнанку. И здесь, и в Северной Каролине – может, что-нибудь подвернется. – Отложив ручку, Чарльз протянул ей папку. – А пока надавите на любовника. Он лжет, и, есть там проблема с водой или нет, звонки могут означать сговор. Получи ордер. Может, то, что уличает Лайлу, находится в его доме.

Что ж, смысл здесь есть. На самом деле Джинни сама предложила это Чарльзу вчера вечером. И вот сейчас, менее двадцати часов спустя, это уже его идея… Вот так сюрприз!

Но Джинни, придерживаясь сценария, не стала бросать ему вызов.

– Будет сделано.

И дошла до самой двери, когда ее догнали слова:

– Мы закрываем глаза на одну возможность.

– Какое-нибудь случайное преступление? – Она ненавидела этот вариант.

Чарльз кивнул.

– Остановился помочь не тому или на что-нибудь нарвался.

Кошмарный сценарий. Задача, практически не поддающаяся решению, потому что неизвестно абсолютно все.

– В четыре утра?

– Он выбрался так рано в этот день – только в этот день – не без причины. Может, кто-то ему позвонил.

Это проблема. Невозможность объяснить, почему Аарон так решил.

– Если это случайное преступление, то мы в жопе.

– Нет, потому что ты решишь это дело, пока полиция штата и ФБР со всей чертовой спецгруппой копошатся в окрестностях, высматривая Карен Блю. Тогда СМИ нас вознесут.

«Вот оно». Переносит давление с себя на нее.

– И мы раскроем дело.

Его неизменно насупленные брови сдвинулись еще сильнее.

– Выполни это, пока мне не пришлось уступить и задействовать другие юрисдикции.

А теперь в ход пошла угроза.

– Есть, сэр.

– Потому что меня это взбесит, Джинни. – Он посмотрел мимо нее в помещение со столами, за которыми сидела команда. – И может даже заставить меня пересмотреть иерархию.

– Я вас услышала. – Она слышит угрозы всякий раз, когда Чарльз пускает их в ход.

– Тогда пошевеливайся.

Лайла открыла дверь впервые за несколько дней. Прячась за ней, впустила Кристину внутрь и тут же захлопнула, отсекая хаос, затаившийся снаружи.

Она игнорировала прессу перед домом, сколько могла. Камеры и фургоны. Толпу родителей хоккейной команды с плакатами, требующими поведать, что она сделала с Аароном. Если б не пристроенный к дому гараж, выходить ей каждый раз пришлось бы через испытание яростью. Но даже с имеющейся защитой машину каждый раз окружали и стучали в окна, стоило ей покинуть охраняемый периметр и выехать на улицу.

Подняв темные очки на лоб, Кристина внимательно посмотрела на Лайлу.

– Тебе незачем это делать.

– Ты пытаешься вести бизнес, а я только мешаю. – Лишнее бремя ответственности. Кирпич, брошенный вчера вечером в окно бюро по продаже недвижимости, – тому доказательство.

– Люди так разочаровывают…

Взяв коробку с содержимым своего стола, Лайла жестом пригласила Кристину в гостиную.

– Спасибо, что привезла. Извини, что не присутствовала при обыске. Просто не могла.

Взгромоздив коробку на кухонную стойку, Лайла последовала за Кристиной на диван. Даже раздраженная, на взводе, та выглядела безупречно в своем темно-синем брючном костюме и ярко-голубой блузке, словно всем своим обликом заявляла: «Командовать здесь буду я, так что прочь с дороги».

Бросив свою большую кожаную сумку на пол, Кристина закинула ногу на ногу.

– Здесь все, что не забрали следаки.

– Они что-то взяли?

Лайла оставляла вещи с осторожностью. Жевательная резинка. Ручки. Зацепки по потенциальным клиентам.

– Твой компьютер и блокноты, – отмахнулась Кристина. – Ничего серьезного, насколько я могу судить.

Воцарилось уютное молчание. Лайла приготовила чай. Они проработали вместе достаточно долго – обмениваясь рассказами о доставучих клиентах и сплетничая о других агентах бюро, – чтобы она изучила предпочтения Кристины. Молчаливая компания Лайлу вполне устраивала.

Вручив кружку Кристине, она села напротив.

– Я понимаю, какая это заноза в заднице.

– Перестань.

Кристина никогда не говорит того, чего не думает. Не кривит душой. Она не из тех, кто говорит или терпит успокоительные глупости.

Лайла оценила заботу, но ее жизнь и ее бардак прорвались и начали отравлять жизни других.

– Я в самом деле…

– Я серьезно. Прекрати. – Кристина застыла, глядя на Лайлу поверх края кружки. – Ты в отпуске. До тех пор, пока накал страстей не спадет.

В глубине души обе они понимали, что это конец. Вернуться к прежней жизни Лайла уже не сможет. И всякому вставшему на ее сторону придется нелегко.

– Да, мэм.

– И потом, виноват Аарон, а не ты.

Это было не совсем правдой.

– Люди винят меня. Некоторые считают, что он мертв.

– Мало ли что считают… Меня весь этот абсурд ничуть не трогает.

Лайла охватила кружку ладонями, впитывая тепло.

– Хотелось бы и мне так сказать.