Дара Преображенская – Радость блаженства (страница 11)
Здесь было чисто, уютно и очень скромно, ведь к тому времени я привыкла к роскоши. Из мебели были всего две кровати, две тумбы, на полу лежали два коврика, сплетённых из разноцветных нитей. По углам комнаты размещались маленькие серебряные статуэтки богини Сарасвати, олицетворяющей знания, мудрость и таланты.
В Индии существует культ множества богов, согласно которому каждый бог символизирует вполне определённую стихию природы или человеческую благодетель. Например, существует бог луны Чандра, бог смерти Яма, бог ветра Вайю, богиня гнева Дурга и т. д. Точно так же, как в Египте было великое множество богов и богинь, ведь по легендам египтяне считались выходцами из Индии ещё со времён правления императора Бхараты.
Cтены и потолок были побелены, поэтому в комнате пахло извёсткой. Возле окна спиной ко мне стояла девочка примерно моих лет в синем сари. В её распущенные волосы была вплетена белая роза. Я узнала, что её звали Анджаной, она приехала из Какинады.
Увидев её, я сразу же поделилась своими сомнениями насчёт настоятельницы ашрама.
– Наверное, рани Шанти очень злая. Наверное, она любит наказывать своих учениц и получает от этого особое удовольствие.
Услышав мои слова, Анджана замотала головой и миловидно улыбнулась:
– Вовсе нет, рани Шанти добрая и любит цветы.
– А откуда ты знаешь? – спросила я.
– В прошлый раз я уже приезжала сюда и лично видела рани Шанти. Хочешь, я покажу тебе, как она общается со своими розами?
– Общается с розами?
– Да, она любит розы. В её саду много роз.
Мне с трудом верилось в слова Анджаны, поэтому я кивнула:
– Хочу.
Анджана взяла меня за руку и вывела на крыльцо балкона.
– Смотри.
Отсюда сад был виден, как на ладони. Среди густой зелени росли розы самых разнообразных цветов и оттенков. Здесь были жёлтые розы, красные, бардовые, белые, светло-розовые, как рассвет над священной Гангой. Их нежные лепестки были покрыты росой, и вокруг пахло ароматами цветов.
Среди роз пышными мохнатыми зонтиками белели головки хризантем, краснели маки и тюльпаны. Среди них пестрели астры и георгины.
Такого буйства цветов я ещё никогда не видела. Даже в нашем дворце их было не так много, как здесь, несмотря на то, что в нашем саду к цветам относились с особым трепетом, и у нас работал садовник Махеш, присматривавший за цветами и фруктовыми деревьями.
Там среди этого буйства красок медленно ходила женщина в ярко-красном сари с лейкой в руках. Лица её я не разглядела, но, судя по всему, она была средних лет с нежным золотистым загаром, который сразу бросался в глаза.
Я обратила внимание на то, с какой нежностью она подходила к каждому цветку, обращалась к нему, будто он был живым и мог всё понимать. Она с материнской лаской и заботой перебирала каждый листок и гладила его, затем поливала из своей маленькой лейки и что-то приговаривала.
– Что она говорит? – спросила я Анджану.
– А ты прислушайся.
Я на цыпочках подошла к бортику балкона и опустила голову вниз, чтобы лучше слышать.
До моих ушей донеслись слова рани.
– Успокойся, Жёлтая Роза. Сегодня ты производишь впечатление настоящей красавицы, а эти прозрачные капли росы, словно настоящие алмазы, украшают твои нежные лепестки. Разве это не так?
– Рани Шанти разговаривает с Жёлтой Розой, – сказала я, обратившись к Анджане.
– Она всегда так разговаривает и не только с жёлтыми розами, но и с остальными цветами своего сада. Я слышала это много раз.
– Она думает, что цветы – это живые люди.
– Так и есть, ведь рани Шанти отождествляет каждый цветок из своего сада с живым человеком, который в прошлой жизни был богом, а сейчас родился цветком и призван украшать нашу жизнь.
ГЛАВА 3
«ОБЕЗЬЯНИЙ БОГ»
… – Слушай, Шачи, я расскажу тебе ещё одну историю, – сказала бабушка Ведавари, устроившись рядом с моей кроватью под балдахином.
Ночь постепенно уступала в свои законные права, и на небе уже замерцали первые звёздочки.
Из соседней залы доносилось приятное дребезжание фонтанчиков, и от этого ещё сильнее хотелось спать.
Я любила, когда бабушка рассказывала мне на ночь какую-нибудь сказку или поучительную историю.
Я совсем не заметила, как погрузилась в поверхностный сон под успокаивающее бормотание бабушки Ведавари.
– Слушай же, Шачи.
–
–
–
–
–
–
–
–
–
–