Дара Преображенская – Последняя Универсаль, часть1 (страница 4)
Ты не желаешь? – спросил командор.
Милер поморщился:
-
А, впрочем, почему бы и нет? Хорошее вино укрепляет тело.
Он пригубил. Огненная жидкость сразу же распространилась по крепкому ещё организму.
-
А ты?
-
Думаю, мне будет лишним, тем более, впереди торжественный ужин. Хотя больше всего на свете я желал бы сейчас уснуть и полностью забыться.
«Слава командору – легендарному Артуру Крейгу!» - раздавалось снизу среди городских огней Ассинии.
-
Здорово мы утёрли нос этому выскочке Айрону!
Артур вздохнул:
-
Центуриане очень мстительны. Мне следовало дать указание Александру не улетать с Олимпией слишком далеко. И потом, они давно должны были возвратиться назад, но их нет.
-
Я больше чем уверен, что с ними ничего не случится. Александр слишком сильно привязан к твоей дочери, по-моему, между ними установилась взаимная симпатия.
-
Удивляюсь, почему он отдал себя в добровольное рабство, отказавшись от свободы.
Милер пожал плечами:
-
Не знаю, но мне кажется, едва ли во всём мире найдётся кто-нибудь, кто был бы предан тебе больше, чем он. Едва ли можно найти человека свободнее Александра.
-
Я не понимаю.
-
Люди, подобные Александру, делают только то, что согласуется с их внутренними убеждениями. Именно это отличает их от бездумных рабов, и я не считаю, что он – раб.
-
Он – мой друг, - произнёс командор, - и друг Олимпии.
Артур подошёл к окну воздушного бунгало и посмотрел вдаль на полоски алеющего заката, тонущего в сизых вечерних облаках.
«Прожит ещё один день», - подумал командор.
…В гостиной стояли накрытые столы, но, казалось, на них никто не обращал внимания – хозяева были заняты встречей гостей, ежеминутно прилетавших на своих роскошных воздухолётах. Это были, в основном, приближённые командора, люди из его эскадры, а также доброжелатели и друзья с Меркурия, Марса и соседних галактик, таких как Мэри, Гарбус, Гамма. Все они ненавидели Айрона и всё, что было связано с Центурионом, зная коварство и злобу её коренных жителей. Они также были уверены в мягкотелости королевы и не связывали никаких надежд с троном. Многие, среди которых был первый министр Марса Лайлек, носили военную форму с эмблемой Сопротивления.
Представители галактических империй отличались друг от друга цветом волос, свойственных той планете, где они жили: от фиолетовых до бледнозелёных, строения кожи (у марсиан она была, например, красноватого оттенка, а у «гарбусцев» - с жёлтыми полосами на лбу). Тем не менее, их объединяло общее дело.
Лишь гурман Густав Милер – первый помощник командора сидел за столом и уплетал бутерброды с креветками.
Отовсюду раздавалась музыка, сегодня это была классика, так полюбившаяся Лидеру Сопротивления. «Электронные звуки – ничто в сравнении с живой мелодией», - любил повторять он.
-
Перестань, наконец, есть, а лучше поздоровайся с марсианином Лайлеком. Он, кажется, хочет с тобой кое-что обсудить или вступить в полемический спор.
Милер поднял голову. Командор склонился над ним с бокалом вина. На нём был неизменный серебристый комбинезон с эмблемой «движения».
-
Не люблю полемику, а также спор. Это ничего не даёт кроме дурацкого ощущения, что ты снова «сел в лужу» или тебя намеренно посадили в неё, - буркнул первый помощник.
-
Кстати, куда ты определил свой «драгоценный подарок»?
-
Он у меня, если ты имеешь в виду рабыню с Хатхор. Кстати, спасибо, что позволил взять её. Неужели ты не жалеешь, что отказался? Ничего не говори, мне с трудом верится в это.
Артур допил остатки вина из бокала, улыбнулся, как бы со стороны наблюдая за неловкостью своего друга.
-
Мне дороже моя семья, и я считаю, что Сильвия ничем не хуже этой рабыни. Она так же молода и красива, как она.
-
Обсуждаете дальнейшие политические планы? - к столу подошло довольно интересное существо – это был представитель с Юпитера большеголовый с жёлтой кожей в мелкую крапинку сержант Юлиус, - Движение Сопротивления становится не только земным явлением, но и галактическим. Артур, Вы способны заражать всех своим энтузиазмом!
Крейг энергично кивнул:
- Я рад, что борьбу поддержали и наши братья по разуму, а также наши соседи. Лишь вместе друг с другом мы – реальная сила, способная изменить мир к лучшему.
Где-то вдалеке раздался хлопок, и по всему небу во все стороны разлетелся разноцветный красочный фейерверк. Гости почти одновременно издали вздох восхищения. Кто-то в дальнем конце залы захлопал в ладоши. Его поддержали остальные.
-
Да, - согласился сержант Юлиус, - вместе мы – реальная сила. Этот фейерверк скрепляет наше Космическое Содружество.
Артур совсем не заметил, как Сильвия подошла к нему сзади и, обняв за плечи, шепнула на ухо:
-
Ты не видел Олимпию?
-
Она в Океане вместе с Александром возле скопления доисторических раковин. Помнишь, когда-то и мы туда летали?
-
Помню, дорогой, но уже приближается ночь.
Командор поцеловал ладонь жены:
-
Не беспокойся. С ней же преданный Александр, он не даст в обиду нашу дочь.
….Оранжевый диск Солнца уже успел спрятаться за тучи, отразившись в воде. Океан жил своей собственной жизнью, и, казалось, спешил всем сообщить, что он – полноправный гражданин планеты Земля. Острозубые скалы, кое-где покрытые мхом от постоянной влаги, выставлялись из-под воды, словно сказочный замок, но это лишь в том случае, если твоё развитое воображение напоминало тебе о различных сказочных событиях.
Девочка лет двенадцати в серебристом комбинезоне, по цвету и глянцу напоминающим чешую амфибии, скользнула вдоль камней и снова нырнула вглубь подводного «замка». То, что её так сильно привлекало, находилось на самом дне Океана, как раз в том месте, где были видны остроконечные обрубки скал.