Дара Бояринова – Спецзадание для дриады, или Маньяк маньяку рознь (страница 6)

– Спасибо Александр, это даже больше, чем то, на что мы рассчитывали. И раз уж, мы свами говорим честно, то у меня к вам ещё одно предложение.

– И какое же?

– Если мы с моей командой выполним условия этих трёх контрактов, что мы уже с вами подписали… Вы отдадите нам проект «Малахит»

– А вы полны сюрпризов, Елизавета… – пристально посмотрел на меня Броуди.

– Если играть, то по-крупному. – вернула взгляд. – Если я проиграю, вы ничего не теряете. Даже ваша репутация будет белее-белого. В конце концов, строительные сроки всегда проваливают…

– Алекс, соглашайся. – вдруг сказала молчавшая до этого Валери. – Всё получится.

– Хм… Хорошо. – после минутного напряженного молчания сказал Броуди. – Я готов рискнуть. Но, поведайте мне, на чём базируется ваша уверенность? Вы очень умная девушка, и вряд ли вы рассчитываете на русский авось, или везение…

– «Форкс Групп» …

***

– Послушайте, барышня. – почесал густую бороду бригадир. – Если мы сегодня не начнём, то весь график сдвинется. Эти ненормальные кидаются под технику…

– Не беспокойтесь, мастер Гровс. Мы сейчас всё уладим. – глядя на пикетчиков в окошко строительного вагончика сказала я, набирая номер.

– Валери, доброе утро… не сильно отвлекаю?.. Отлично… уделите буквально час времени?.. Да, это срочно… угу… да… жду. – и тут же набрала другой номер. – Привет Киса… как дела?.. здорово… слушай, хочешь горяченьких новостей? Супер! Жду тебя через сорок минут… Адрес кину… Целую. Катя – повернувшись к девушке, сказала я. – Немедленно добавляй к этой презентации свой проект Лазурного озера.

– Поняла, – лучезарно улыбнулась Катя. – Это гениально! Но…

– Вот поэтому я и пригласила Валери? Нам нужно её согласие, и новый контракт.

Валери прибыла через пятнадцать минут.

– Вот же подонок. Он знал. С самого начала, знал. – шипела Валери. – Лиза, план шикарный. Я сейчас позвоню кое-кому. У меня есть пара знакомых в мэрии и администрации области.

***

Через три часа, сидя в моём кабинете, мы с Валери, смотрели на миловидную ведущую, ласково улыбающуюся с экрана.

– Дорогие телезрители, – задорным голосов, начала она. – Мы ведём наш репортаж со строительной площадки у всем знакомого нам Большого Симагинского озера, которое имеет ещё одно название – Красавица, что вполне заслуженно. – на экране замелькали кадры озера. – Как мы помним, это озеро, и прилегающие к нему территории, совсем с недавнего времени являются одним из заповедных мест. Как нам стало известно, несколько месяцев назад, был согласован план по строительству реабилитационного госпиталя, в котором смогли бы прийти в былую форму те, кто занят на работах по восстановлению Диких Пустошей. И тут же напрашивается вопрос… Что же тогда станет с заповедником? Идея, которую предложила представитель «Этилиан и Ко», на мой взгляд прекрасна. Нашему вниманию представлен проект, который сочетает в себе, казалось бы, невероятное. Предлагаю вам самим оценить. Внимание на экран…

– Вы знаете, Елизавета, – выключив трансляцию, сказала Валери. – я как-то совсем не так представляла вашу работу.

– Это сейчас, я, владелец и руководитель… – Хмыкнула я. – Раньше, когда мы только начинали, у нас было всего два кабинета на пятерых, я, и проектировала, и на встречи с заказчиками ездила, и на каждой стройке. Сейчас, я больше консультант, – хмыкнула я. – Общаюсь с каждой командой проекта раз в неделю, и то хорошо, чтобы им помочь, или разрулить особенно трудный момент, как сейчас. Остальное время – заказчики, городские чиновники, презентации, переговоры, или вот такие эксцессы.

– Да уж… эксцессы… и что? Все бюро так работают?

– На самом деле, у всех по-разному, всё зависит от размера бюро. Как вы обратили внимание, мы предпочитаем комплексный подход. От и до. От эскиза, до строительных чертежей. От фундамента до кровли. А все свои "уникальные" и "креативные" идеи по поводу архитектурно-планировочного решения необходимо обосновать со строительной точки зрения. Никакой романтики. Только номенклатура, каталоги и судорожные попытки сделать так, чтобы твой проект можно было построить без кучи лишних к тебе вопросов от прорабов и мастеров.

– Именно поэтому проекты вашего бюро так дороги?

– Да, именно поэтому. Мы не только создаём проекты, у нас в команде есть уникальная и неповторимая Мия.

– И чем же она так удивительна?

– Она может купить любые строительные материалы у клана Кои-Гану.

– Ого! – присвистнула Валери. – Тогда, всё понятно… А расскажите мне, как устроена работа именно, в вашем бюро? У каждого из архитекторов есть своя сфера ответственности внутри общего проекта? Или есть отдельные команды, которые работают над разными проектами?

– У каждого архитектора, разумеется, есть свои границы ответственности. В моём бюро три ведущих архитектора, они в первую очередь отвечают за коммуникации с заказчиком и творческий замысел. И могут, конечно же чертить, если хотят.

– Вы ещё работаете над какими-то заказами, кроме наших?

–Да, два архитектора отвечают за текущие заказы, но ваши, как понимаете, в приоритете. Не знаю, насколько вы знакомы с работой архитектурных бюро, но в обычной практике, один архитектор обычно делает несколько проектов одновременно, но в разных фазах. Например, по одному проекту можно придумывать концепцию, по второму – заниматься рабочей документацией, по третьему – авторским надзором. У каждого архитектора в группе есть младший архитектор или чертежник, визуализатор, если короче. У нас, это фиксированная группа на всем протяжении проекта, то есть, над проектом работают одни и те же люди. У каждого архитектора есть специализация. Причем, и по типу проекта, и по размеру, и по стилю коммуникаций.

– Я думала, что все архитекторы универсалы?

– Да, так и есть, до некоторой степени, каждый архитектор – универсал. Но это на уровне идей и концепций. Чем ближе к строительству и чем больше здание, тем глубже специализация. В моём бюро, кроме архитекторов, есть группа инженеров и конструкторов, и, как я сказала ранее, младшие архитекторы, они конечно же разделяются, кто-то лучше делает фасады, кто-то работает над интерьерами, кто-то лучше всего умеет размещать здание в городе. Есть те, кто, гениально делает макеты, и они больше не занимаются ничем. В моём бюро, макетная мастерская, это практически, небольшая фабрика, там работает несколько человек. Что касается организации работы над проектом, то, она ведется в командах.

– Слушайте, никогда не думала, что это так интересно. Я представляла работу архитекторов по-другому.

– Да-да, – улыбнулась я. – Все ждут, что мы строители, художники, и этакие творческие ребята в очках, в одном лице. Хотите, я раскрою вам главные мифы и заблуждения об архитекторах.

– Очень. – закивала головой Валери.

– Ну вот первый миф. Архитектор – исключительно творческая профессия. Да, без творческого видения пространства архитектором не стать. По крайней мере, архитектором интересных проектов. Современная профессия архитектора – практически цифровая и включает много совершенно нетворческой работы: исследования, переговоры с заказчиком, финансовые вопросы, работа с командой проекта и многое другое. Вот и получается, что время на творчество в проекте регламентировано.

– Хмм… А как же, художества?

– Да-да, нас часто представляют художниками, вечно что-то зарисовывающими. Ну такие чудики на своей волне, в своем мире, с мольбертиками или ваяющие экстравагантные скульптуры. В свободное время – возможно, хотя у многих есть нетворческое хобби. В рабочее время мы проявляем художественные способности во время эскизного проектирования. И вовсе не зациклены на создании художественных полотен.

– А путешествия? Вы же много путешествуете?

– Ой, да бросьте, – махнула рукой, – не чаще других. Да, мы стремимся увидеть в живую многие архитектурные творения. Но это не самоцель, а как одна из сторон развития личности архитектора. Зато, мы часто путешествуем по стройплощадкам, офисам заказчиков и бюрократическим инстанциям. Этого не отнять. А бонусом, нередко можно попасть в такие места, куда обычных посетителей не пускают, а тебе можно – ты архитектор. – подняла палец вверх.

– Слушайте, вот вы же тоже, архитектор, к тому же, руководитель и владелец, а говорят, что архитекторы не предприимчивы.

– Оо-о-о! Ну это, самое главное заблуждение, все думают, что мы натуры творческие, а значит наивные, замкнутые или полностью погруженные в творческий процесс. Современные архитекторы должны быть предприимчивыми и активными, уметь работать локтями, договариваться с заказчиками, работать в коллективе и со строителями, уметь отстаивать свои идеи и решения, уметь презентовать себя и проекты. Иначе хорошим архитектором можно остаться только на бумаге и в своей голове.

– Ну и последнее, архитекторы всегда экстравагантно выглядят! Что скажете на это?

– Да, мы можем выглядеть экстравагантно… потому что, имеем свои представления о том, как одеваться, не ориентируясь на моду. Как и многие другие люди со своим вкусом…

Дверь кабинета распахнулась, и в проёме появилась лохматая голова Макса.

– Привет. Классная идея. Твоя? – откусывая от яблока, спросил Макс.

– Угу.

– Есть у меня подозрения… кто-то знал, что через неделю после того, как они, – ткнул пальцем в Валери, Макс. – Выиграли тендер, этим землям присвоят статус заповедных.