Дара Богинска – Скорми его сердце лесу (страница 23)
– Что в нем?
– Не знаю. Мне его оставила много лет назад одна девушка… Хорошая девушка. Пусть и дурная. Говорила, что так я смогу уйти отсюда. – На лице лисы появилась и быстро пропала улыбка. Она опустила лицо и нежно провела пальцами по стеклянному боку. И вдруг сказала: – Это была моя дочь. Она была обычным человеком, но… одаренной травницей. Тут моя магия и ее сила.
Сказав это, она взмахнула рукавом по своей щеке, а когда подняла лицо, то была сосредоточена, двигалась быстро, словно давно продумала этот план.
– Послушай. Ты поменяешься внешностью с Амэей и убежишь.
– С Амэей? – Я посмотрела в лицо девушки. Та кивнула, ее голос прерывался, по лицу не прекращаясь лились слезы. Неужели они с госпожой Сато придумали это за моей спиной? Почему не рассказали?
– Госпожа… Вы… Ваша семья… Это моя семья! Вы – моя госпожа! Это мой долг. Я готова его заплатить. Я все сделаю…
– Но… Тебе придется…
– И пусть! Знаешь, каково это – быть рабыней? Я теперь знаю. Так у меня хотя бы появится шанс… на лучшую жизнь. Я сама встречусь с Хэджаймом, главное, бегите!
– Но… Разве не проще нам двоим убежать? Госпожа, раз вы можете останавливать время…
– Не останавливать. Лишь погружать в сон. И нет, не проще. – Госпожа Сато подняла на меня глаза, полыхающие желтыми щелочками зрачков. – Если Хэджайм вернется, а тебя не будет в доме, он убьет всех нас. А я обещала позаботиться о своих девочках.
Мои руки сами собой упали с плеч Амэи. В ушах кровь шумела, как беспокойное Белозубое море. Магия… Сбежать с помощью магии. Ты же этого хотела? Сбежать! Для того, чтобы отомстить, надо выжить. Оставят ли тебя в живых после этой выходки?
– То, что я сделала с теми…
– Ублюдками? Поверь, они заплатят за это. – Лиса взмахнула хвостом. По нему пробежала слабая волна искр. Я услышала, как замерший где-то шмель едва слышно начал жужжать. – Моих сил надолго не хватит. Решайся.
– Амэя…
– Госпожа! Я согласна! Пожалуйста, дайте мне сделать это! Никто не заметит пропажи банщицы. Позвольте отдать вам долг!
Она почти кричала на меня сквозь слезы, внезапно согнулась в поклоне и обхватила мой пояс руками.
Почему я сомневаюсь? Почему так тяжело? Кем я буду, если уйду? Беглянкой с лицом Амэи… Просто девушкой, что бредет через лес? Мне хотелось расплакаться, не хотелось ничего решать, хотелось в комнату, под одеяло… Гулять по парку и смотреть на оранжевых уточек.
Но я была здесь. И я больше не могла бездействовать. Амэя смотрела на меня умоляющим взглядом, и я вдруг подумала: что, если я смогу… смогу вернуться. Дойти до самого Императора, рассказать ему все и вернуться сюда, в эту богами забытую провинцию, и заставить всех… всех, кто участвовал в этом, пожалеть! Казнить генерала. Да. Я смогу. Я сильная. Я – дочь своего отца и своей матери, и я смогу.
Я выпрямилась, поправила рваное платье, кивнула. Госпожа Сато тут же смахнула со стола миски, которые медленно, будто сквозь смолу, начали падать, и взяла нож.
– Нужна магия Матери-Лисы… И ваша кровь. Амэя, Соль.
Мы протянули руки, обменявшись кивками. Амэя отвернулась, когда ее пальца коснулось лезвие, я обняла ее голову и прижала лбом к своему лбу. Порез на моей руке был тонким и горячим.
– Спасибо тебе, Амэя. Я никогда этого не забуду. Спасибо тебе за дружбу.
– Госпожа Соль…
Наша кровь, смешиваясь, стекала в бутылочку, пачкая горлышко алым. Потом госпожа Сато закрыла глаза, и под ее силой кровь зашипела и вспыхнула, а зелье в склянке засияло ровным голубым светом.
– Сделайте по два глотка.
Я протянула руку. Бутылочка оказалась горячей. Я прижала горлышко к губам, чувствуя пузырьки на языке. Как забродивший сок… Как бы я ни хотела, я не смогла бы описать вкус этого зелья. Я словно пила шум моря, ветер в древесных кронах и грохот водопада. На языке остался привкус неизведанных цветов и сладость их нектара. Я передала бутылку Амэе, и та тоже сделала глоток. Голубое сияние скользнуло по ее гортани, охватило грудь. Вытянув перед собой ладонь, я видела пробегающие по ней мурашки. Во всем теле стало щекотно, потом больно, я зажмурилась, скрутилась, застонала, а когда снова посмотрела на свои руки – они были уже не мои.
Рядом со мной стояла девушка невысокого роста. Ее густые черные волосы были высоко собраны, белая кожа испачкана сажей – весь день Амэя прислуживала в бане. На меня изумленно посмотрели яркие голубые глаза. Бледные тонкие губы раскрылись в удивлении. Это была я. Соль.
– Госпожа, – прошептала она моим голосом.
– Сработало, – с облегчением выдохнула госпожа Сато и развернула меня к себе. На ее лбу блестели крупные бисеринки пота. – А теперь тебе надо бежать. Очень быстро. Не знаю… сколько я продержусь. Беги на запад. Смотри на закат и иди! Ничего не бойся. Благодаря магии духи будут считать тебя ханъё. Может, ты сможешь их видеть, но не бойся. Просто иди на запад. Слышишь?
Она обняла меня на прощание. Как-то тепло, слишком мягко. Так обнимала меня только мама, только тетушка. Я ответила на объятие, поцеловала Амэю на прощание в соленую, мокрую щеку…
И побежала. Вначале было непросто. Ноги были словно чужие, тело было тяжелее, больше была грудь, все было странно, все было страшно. Вдруг стража очнется? Вдруг это все – просто какая-то насмешка? Я бежала по постепенно оживающему павильону. Деревянная сандалия слетела с моей ноги. Я пронеслась мимо стражников, за воротами огляделась и увидела последние отблески солнца, что окрасили ночное небо слабой лиловой дымкой на закате, там, за деревьями. Мне оставалось только бежать. На запад.
На границе леса я обернулась. Подогнутые кверху крыши, мигающие в красных фонарях огни, гостеприимно открытые на ночь врата. Мне хотелось рассмотреть где-то там госпожу Сато и Амэю, но я лишь увидела, как открылась и закрылась дверь в гостевой дом. В груди кололо.
Я кивнула внутреннему голосу и побежала в Море Деревьев.
Зеленые волны, что помнят голос вечности
Темно. Страшно. Ничего не видно… Пока лес не был густым, я еще могла бежать, но чем глубже я заходила в него, тем непрогляднее становилась тьма. Вскоре я могла идти, только вытянув перед собой руки. Скользили по грязи ноги, спотыкались о корни. Я успокаивала себя тем, что никто не бросится за мной в погоню: сбежала простая рабыня, никто не будет тратить на нее силы.
Было холодно в рваном платье и босиком. Мне бы обрадоваться своему освобождению, но я шла и думала: что будет с Амэей? Как поступит госпожа Сато с напавшими на меня чиновниками? Что сделает с моей подругой генерал Тайра?
Не надо было мне бежать. Я всех подвела. Надо было остаться, защитить свою служанку… Принять свою судьбу, возможно! Но какая меня ждала судьба? Зачем я нужна генералу?
Прошел час или два, и тропинка под моими ногами исчезла. Здесь явно редко ходили люди, и я вспомнила слова Тоширо о том, что даже гвардейцы, патрулирующие провинцию, боятся злых духов Моря Деревьев. Боялась ли я их? Я остановилась, чтобы сделать передышку, подняла голову, надеясь увидеть небо, но обзор закрывали высокие темные кроны.
Во тьме леса за мной будто кто-то наблюдал, что-то шуршало в опавших старых ветвях и шумело в листьях. Словно некто большой шел за мной, всматривался, оценивал… Когда ощущение стало совсем невыносимым, я остановилась, села под деревом и прикрыла глаза, вспоминая дом. Оживила в своей памяти хриплый тихий голос отца:
Было ли это в Море Деревьев? Голос отца расплывался, интонации в его голосе менялись, он становился чужим. Голубые глаза отражали теплое пламя очага…
Шумел лес, в котором я слышала волны Океана Душ. Отец, нашел ли ты покой в его синих водах?
Ноги гудели от усталости. Больше ни шагу сделать не смогу… Меня хватило лишь на то, чтобы отползти подальше, упереться спиной в дерево и спрятать лицо в коленях. Так я и уснула, под эхо отцовского голоса, который остался только в моей памяти.
Меня разбудила стайка муравьев, кусающих ноги. Стало немного светлее, но рассвет еще не наступил. Я продрогла, одежда покрылась росой, а тело затекло от неудобной позы.
– Нужно идти дальше, – тихо сказала я себе. Вздрогнула от того, что вместо своего голоса услышала голос Амэи. А потом встала и пошла.
Деревья были старые, влажные, затянутые мхом, он полз по лианам над моей головой и свисал темно-зеленой бахромой. Напитанная влагой земля мягко пружинила, носки уже были черные от грязи. Сюда не пробирался ветер, но шумел в кронах, таких высоких, что я словно шла мимо щиколоток великанов. Людям здесь было не место. Будто подтверждая мою мысль, мимо меня, задевая волосы крыльями, пролетела стайка птиц. Наглый рыжий воробей сел совсем рядом на ветку, изумленно оглядел меня своим блестящим глазом и, раскричавшись, улетел прочь.