Спросил: «Кто предки у тебя, пришлец?»
43 А я, пред ним стоя с благоговеньем,
Не утаив, все высказал вполне.
Тогда нахмурил брови он с смущеньем
46 И рек: «Враги то злые были мне
И партии моей и нашим дедам:
За то я дважды их громил в войне».
Когда ж у гроба стал я наконец,
Дух, на меня взглянув, почти с презреньем
49 «Ты их громил, но возвратились следом
Они отвсюду, – я в ответ сказал. —
Твоим же путь к возврату был неведом!»
52 Тут близ него из гроба приподнял
До подбородка лик другой безбожный:
Он на коленях, думаю, стоял.
55 Вокруг меня водил он взор тревожный,
Как бы желая знать, кто был со мной;
Когда же луч угас надежды ложной,
58 Он, плача, вскрикнул: «Если в мир слепой
Проникнул ты таланта высотою,
То где же сын мой? что ж он не с тобой?»
61 Но я ему: «Иду не сам собою:
Там ждет мой вождь, за кем иду вослед;
Его твой Гвидо презирал с толпою».
64 Казнь грешника и слов его предмет,
Кто был сей дух, мне объяснили вскоре,
И потому так прям был мой ответ.
67 Вдруг, выпрямясь, вскричал он в страшном горе:
«Как? презирал! уж нет его в живых?
Уж сладкий свет в его не блещет взоре?»
70 Когда заметил он в очах моих
Сомнение, тревогу беспокойства,
Он навзничь пал и навсегда затих.
73 Меж тем другой, муж силы и геройства,
Не двинув выи, не склоняя плеч,
Являл в лице души надменной свойства.
76 «Да! – продолжал он прерванную речь. —
Мысль, что досель мое в изгнанье племя,
Крушит меня сильней, чем эта печь.
79 Но лик жены, гнетущей злое семя,
В пятидесятый раз не проблеснет,
Как взвесишь сам, сколь тяжко это бремя.
82 О, если мир тебя прекрасный ждет,
Скажи: за что с такою нелюбовью
Законами гнетете вы мой род?»
85 И я: «Тот бой, что залил нашей кровью
Всю Арбию, в ней воды взволновав,
Подвиг нас в храме к этому условью».
88 Тут он вздохнул, главою покачав,
И молвил: «Я ль один виновен в этом?
И не имел ли я на это прав?
91 Но там, где общим решено советом
Развеять в прах Флоренцию, лишь я
Защитником ей был пред целым светом».
94 «Да обретет же мир твоя семья!
А ты, – сказал я, – развяжи мне сети,
В которых мысль запуталась моя.
97 Коль понял я, мрак будущих столетий
Со всеми их делами вам открыт;
Но в настоящем – вы сомненья дети».
100 А он: «Мы зрим, как дальнозоркий зрит,
Лишь только то, что вдалеке таится:
Еще нас этим Высший Вождь дарит.
103 Когда ж событье близко, иль свершится, 
