Данияр Сугралинов – Время охотников (страница 49)
Я вытащил браслеты из подсумка и сказал:
– Инопланетная технология, мать их. Когда надеваешь браслеты, выстреливают призрачные клинки по девяносто сантиметров, игнорируют 30 % брони…
– Нормально, – оценила Эля. – А что не так?
– На этом позитив заканчивается. – Я по памяти воспроизвел характеристики: – После пяти минут непрерывного использования урон увеличивается на 50 %, но генераторы поглощают 2 % активности владельца за каждый нанесенный удар. Деактивация доступна только после десяти секунд неподвижности. И еще они созданы для расы скейров, как подействуют на человека, непонятно.
– Дай глянуть. – Эдрик протянул руку, сосредоточился на браслетах и воскликнул: – Билат, мне другое пишет! Две минуты работы, а потом он будет сжирать 10 % активности.
Браслеты тоже пошли по рукам, и оказалось, что каждому они предлагают разные условия использования. Я подумал, что и «Граммофон» по-разному ведет себя у разных владельцев, но нет, это только браслеты – проститутки, которые себя предлагают.
Дольше всех они задержались у Макса, который сказал:
– А мне они предлагают работать десять минут в обычном режиме без подзарядки, и все.
– Видимо, это потому, что ты скейр, – буднично резюмировала Вика. – Падальщик. Ты раскрыт, сдавайся!
Ее тон был таким серьезным, что, если бы она вскинула магнитное ружье, Макс упал бы на живот и накрыл голову руками. Но Вика лишь прицелилась в него из пальца.
– Пиу!
– Они тебе нравятся? – спросил я. – Что пишут про несовместимость с людьми?
Макс мотнул головой.
– Ничего не пишут.
– Че уж, забирай, раз они тебя полюбили.
Макс просиял и примерял браслеты с лицом ребенка, получившего на день рождения желаемое. Он вскочил на полусогнутых, глаза его сияли.
– Ха! – воскликнул Макс, и из его руки будто бы вырос короткий джедайский меч, причем клинки у Макса стали прозрачно-лиловыми!
– Ха! – Макс махнул другой рукой и побежал крошить пальмы.
Обмен новостями устроили прямо на пляже за сколоченным бамбуковым столом, накрытым вкусной едой.
Я так обожрался, что сразу захотелось рухнуть на койку и проспать часов двенадцать, но вместо этого я принялся считать головы.
Если никого не забыл, получилось чуть больше полусотни человек на два лагеря. На нашей стороне – Летучий отряд и «старички»: Лиза, Макс, Дак, Вечный, Маурисио, Мигель, Марко, Дитрих, Элеонора, Рихтер, Эстер, Эдрик, Тори, семья Копченовых с мальчиками. По ту сторону тоннеля – Джехомар, Роберто и тридцать с лишним выживших из «Коста Бланки», большинство – претенденты низких уровней, толку от которых в бою чуть меньше, чем от Кроша. По меркам войны с Папашей армия вроде бы внушительная. Но три четверти людей сидят в Мабанлоке, и то выжили только благодаря нашей своевременной помощи. В общем, не фонтан.
Отужинав, я заметил, что не хватает наших пилотов.
– Они так увлеклись ремонтом, что от вертушки их за уши не оттащишь, – пояснил Макс. – Вроде бы у них там крафт качается бешено, но не такой, как у тебя, Ден, а что-то свое.
Заинтригованный донельзя, после еды я первым делом нашел Мигеля и Дитриха. Оба были чумазые, воняли машинным маслом и потом, но выглядели счастливыми.
Я поделился деталями нового квеста системы, что нужно найти непонятный объект, и Дитрих, кивнув, поднял большой палец.
– Лопасти заменили, гидравлику проверили, – доложил он, вытирая руки ветошью. – К утру все будет готово… Но, черт возьми, Денис, сто двадцать километров над морем на машине, которую чинили из того, что было, – это авантюра. Топлива впритык на туда-обратно. Если на месте задержимся – обратно можем не дотянуть.
– Задерживаться не будем, – ответил я. – Посмотрим, что там за фигня, и сразу назад.
– Тогда планируем вылет на утро, – добавил Дитрих. – Чем раньше, тем лучше. И учти – я возьму четверых максимум. Считая меня.
Ладно, с этим разобрался, а теперь самое вкусное.
Я отошел в сторонку и погрузился в себя.
Десять очков талантов жгли ляжку, но я боялся поспешить и распределить их бездумно. Решив, что одна голова хорошо, а три лучше, я вернулся к модулю, где нашел Лизу и Тетыщу.
– Народ, нужна помощь, – сказал я, усаживаясь на ступеньку модуля. – Надо решить, куда вложить десять очков. Сядьте, подумаем вместе.
Тетыща присел рядом, Галя тут же улеглась у его ног. Несмотря на то, что у нее тут четыре поросенка в загоне, после приручения потомство перестало ее интересовать. Лиза осталась стоять, скрестив руки. Я подметил, что войти внутрь никто не предложил – уж больно погода сегодня благодатная. С моря дул легкий бриз, пахло солью и цветами, а наши лица ласкало по-зимнему нежное тропическое солнце.
– Огласите весь список, пожалуйста, – пошутила Лиза, сымитировав похмельную речь алкаша из «Операции „Ы“».
– Я бы пригласил еще и Максима, – предложил Тетыща. – У него математический склад ума.
Когда пришел Макс, раздувшийся от осознания собственной важности, как брачующийся голубь, я перечислил свои таланты, зачитав описания и цифры, и Макс все записал. Я поймал себя на мысли, что он в душе еще совсем ребенок, ему важно как никому, чтобы его хвалили и ценили.
Пока Макс размышлял, слово взяла Лиза:
– Начну с очевидного, – проговорила она. – Охотники – инопланетяне. Скейры – инопланетяне. Все, что идет на нас, – не с нашей планеты. Тебе, Денис, нужен «Внепланетарный чистильщик», и как можно выше.
– Скорость ему нужна, – возразил Тетыща. – «Ветер». Если ты быстрее врага, ты выбираешь, когда и где драться. Со скейром вы бились на равных по скорости, а этого мало. Против группы – мало вдвойне, Денис.
– А бездушные? – добавил я. – Мне нужно управлять Донки Конгом на расстоянии, расчищать тоннель. И если получится подчинить Костегрыза…
– Костегрыз семидесятого уровня, – напомнил Тетыща. – Ты сорок девятого.
– Знаю. Потому и хочу поднять «Сокрытие души» – может, тогда получится сократить разницу как-то? Я хэзэ.
Макс нахмурился, подсчитывая что-то в уме, потом пробубнил под нос:
– Десять очков. Если раскидать по три… нет, не делится. Четыре, четыре, два? Думаю, оптимальный профит Ден получит, если вкинет четыре очка талантов в «Внепланетарного чистильщика», четыре – в «Ветер», и два – в «Сокрытие души».
– Почему? – коротко спросил Тетыща.
– Все просто, – сказал Макс. – «Сокрытие души» – талант, безусловно, важный, но теряющий актуальность. Зомбаков почти всех на острове перебили, и большей проблемой для нас, наверное, станут охотники, которых мы ждем, или твари типа этой НЕХ.
– Скейр, – уточнил я.
– Ага, – кивнул Макс. – Но, если мы сдвинемся отсюда, кто его знает, что за бездушные там будут? Поэтому совсем забивать на «Сокрытие души» нельзя. Два очка. И по четыре – в два других важнейших таланта, и то, что за один ратовала наш контролер Лизанька, а за второй – самый продуманный и рациональный чувак из всех, что я видел в своей жизни… Логика понятна?
Тетыща молча поднял большой палец.
– Логично, – согласилась Лиза. – Давай.
Кивнув, я открыл интерфейс и мысленно выбрал распределение. А увидев, что получил, улыбнулся и дал Максу «пять».
Тело пронизала знакомая волна перестройки – мышцы подергивались, суставы хрустели, словно организм подгонялся под обновленные параметры.
Пережидая неприятные ощущения, я перечитал описания еще раз. Даже без «Рывка» теперь я быстрее. Значительно быстрее.
Бонусные 150 % урона по инопланетянам – это прилично, учитывая, что «Нагибатор» снимал скейру жалкий 1 % за удар. Теперь снимал бы 2,5 %. Против твари 143-го уровня этого все равно мало, но против кого-нибудь помельче – уже серьезно. Кстати, странно, что особых наград за его убийство я не получил. Интересно, почему? Может, для системы жнецов неважно, жив был скейр или нет?
Что касается «Сокрытия души»… Сокрытие присутствия, распространяющееся на приборы наблюдения, – это вообще подарок. Наверняка НЕХ нашла меня с помощью чего-то подобного.
– Ну как? – поинтересовалась Лиза.
– Как заново родился, – ответил я. – Но дайте-ка мне кое-что попробовать.
Закрыв глаза, под «Сокрытием души» я мысленно потянулся к Донки Конгу, ни на что особо не надеясь. Сработало! Эманации локального босса титана Глубинника были настолько мощные, что связь восстановилась мгновенно – будто радио включили после помех. Маленький, в сравнении с гигантами Мабанлока, титан стоял неподвижно. Просто стоял и ждал. По всей вероятности, скейр, перехвативший над ним контроль, сдох, и Донки Конг подвис, не зная, что ему делать.