Данияр Сугралинов – Время охотников (страница 40)
Мы стояли напротив друг друга: я – человек, защищающий осколки своего мира, и он – падальщик, пришедший за душами моих друзей. Сила в правде? Нет, сила – в силе. Кто сильней, тот и прав.
Тварь ринулась вперед, защищаясь парой конечностей, а второй парой пытаясь меня схватить. Она думала, что блинкует, но по скорости мы были равны. Я нагнулся и скользнул в сторону – и вовремя, потому что из нижней руки выскочил призрачный клинок и полоснул пространство, где я только что стоял.
Вот ты какой, северный олень. По хребтине «Нагибатором» – на!
Ударить – отскочить, ударить – отскочить. Как бабочка. Как пчела. Как бабочка. Как…
Предвидя мою атаку, тварь сделала обманный выпад и чуть не дотянулась до меня. Все, что я успел, – долбануть по конечности. Столько ковыряю его, а лишь семь процентов «активности» снес! Меня, чую, он обнулит с двух ударов.
Пока везет, но это ненадолго – тварь больше меня, конечности у нее длиннее. Такую надо с дистанции расстреливать. Призрачный клинок зацепил бок, но доспех чистильщика спас.
Что-то орали наши, голоса расползались, да и ответить я не мог.
– С-с… и-и-и о-я-а! – заорала Вика.
Чего от меня хотят, я понял, услышав выстрелы. Хотят, чтобы я не закрывал цель. Мы с тварью кружили по пустырю – сейчас самое удачное время для ее расстрела. Крупнокалиберный пулемет сгинул вместе с броневиком. Жив ли РПГ?
Успею ли смотаться, когда наши жахнут?
Ни на миг не останавливаясь, сконцентрированный на противнике, я не сразу заметил летящего Кроша. Размазанный и растянутый «Ветром» его крик казался чем-то инфернальным. Прыгнув на голову НЕХ, кот залепил ей морду и принялся с остервенением драть шлем. Застанить противника не получилось, зато я пару раз приложил его «Нагибатором» и метнулся в сторону, крикнув:
– Крош, ко мне!
Не успел. Инопланетник смахнул котенка – я видел, как тот, растопырившись в полете, вращался, отлетая прочь.
– Пли! – заорал я, откатываясь к завалу из перекрытий и ДСП.
Спустя секунду грянул выстрел, сверху посыпались куски бетона, осколки впились в доски, но меня не достали. В ушах звенело, однако я вскочил и уже с нормальной скоростью побежал к скейру, надеясь, что его покалечило и хотя бы замедлило.
В оседающей пыли и дыму виднелись бегущие навстречу Тетыща и Вика, за их спинами маячили Сергеич и Рамиз.
Тварь медленно поднималась, вертя башкой и стряхивая обломки. Две конечности висели плетьми. Посеченная осколками броня напоминала костюм дайвера, но серебристый. Кое-где из нее торчали осколки, из прорех сочилась серебристая кровь. Шлем – теперь сомнений не осталось, что на нем был шлем – тоже посекло, и то, что мы принимали за глаза, оказалось стеклом. Оно покрылось сетью трещин, и инопланетянин скинул шлем, который теперь больше мешал, чем помогал.
Бляха-муха… ну и страховидло! Хищник отдыхает. Есть канал «Микромир», где всяких вшей под микроскопом показывают, так вот у этого башка была как у гигантского клеща: выступающий вперед то ли клюв, то ли нарост с заостренными краями, причем верхняя часть делилась на две закрывающиеся пластины-щитки с ворсинками. Глаз нет. Вместо глаз – будто панель с множеством прожекторов.
Я глянул на его профиль – и выругался про себя:
Цифры ползли вверх.
– Оно лечится! – заорал я, на миг скинув «Ветер». – Сука, оно лечится, мочите его!
Ну а что я думал? Если таблетки исцеления есть у нас, они должны быть и у других разумных участников движухи.
Все это заняло долю секунды, а под «Ветром» прошло и того меньше. Покачнувшись, тварь начала медленно поднимать серебристый конус, похожий на рупор граммофона. Сообразив, что это и есть его оружие – то самое, которым он взорвал броневик и чуть не снес защитный купол базы, – я разрядил в тварь магазин, а потом сдал назад, уходя с линии огня и позволяя расстреливать ее соклановцам. От каждого попадания инопланетник вздрагивал, и казалось, что его бьет током.
Сообразив, что окружен, он замер. Что сейчас воспоследует, я сообразил за секунду до того, как тварь взорвала артефакт – вроде того, что был у Папаши и убивал все в радиусе десятков метров.
Я был метрах в тридцати. Полыхнуло светом, я ощутил боль каждой клеткой тела, но доспех погасил урон, полностью разрядившись. Соклановцы были еще дальше и почти не пострадали, продолжив расстрел. Думая, что прикончил меня, инопланетник ошибся: повернулся ко мне спиной, чтобы расстреливать наших из своего граммофона.
Самое скверное, что восстанавливался он быстрее, чем наши наносили урон.
Я наносил удары с максимальной скоростью, пока тварь не развернулась. В скорости она значительно потеряла, и «активность» стала снижаться аж по пять процентов за удар.
Когда она неловко повернулась, я ударил по конечности с граммофоном, потом еще раз. Отпрыгнул, поднырнул под призрачный клинок, увидел Тетыщу, целеустремленно бегущего к цели со своим клинком.
Тетыща был умный. Прежде чем ввязываться в бой, он понаблюдал за противником, оценил его скорость и оружие и выбрал правильную тактику: ударить – отбежать, ударить – отбежать.
Бронекостюм твари все еще держал удары, к тому же он оказался самовосстанавливающимся: края ткани там, где зияли дыры, будто оплавились и начали зарастать.
«Активность» противника застопорилась на семидесяти девяти процентах, потом действие таблетки закончилось, и она начала снижаться. Тетыща пару раз не увернулся от атаки и защитился своим экраном. К избиению подключился Рамиз, стараясь попасть копьем в прорехи в броне.
Как бы сейчас не помешали пятнадцать процентов к урону, которые давала бы нам свинья, если бы Тетыща взялся прокачивать ее как боевого питомца и купил «Берсерка»! Но свинья у нас – разведчик и следопыт, у нее другие свинские таланты, потому Галя бегала вокруг и визжала, сопереживая хозяину.
Вика в драке благоразумно не участвовала, просто подбадривала наших. Лукас целился в тварь, но не стрелял, боясь задеть своих. Сергеич потоптался на месте и тоже ринулся в атаку с клинком-шокером.
С каждым ударом тварь двигалась все медленнее. Мы окружили ее, как гончие – кабана, как древние люди – мамонта. Трещал шокер, вгрызался в плоть клинок Тетыщи, клацал мой «Нагибатор». И вдруг что-то хрустнуло – Сергеич сложился и отлетел в сторону, упав сломанной куклой.
Вика бросилась к нему, сунула в рот таблетку. Боковым зрением я заметил, что ему на грудь уселся Крош.
Нельзя отвлекаться – у меня тоже броня слетела. Подставляться нельзя. Следующим из строя выбыл Рамиз: ему досталось меньше, просто повредило ногу – тварь дотянулась клинком. И в этот момент наконец прокнула «Контузия» – противник замер.
Я ринулся к нему и принялся долбать по конечности, сжимающей «граммофон». С четвертого раза «рупор» упал. В этот момент «Контузия» закончилась, тварь попыталась поймать оружие, но я оказался быстрее.
Отскочив на антигравах и смахнув мелькнувший перед глазами текст, я навел «рупор» на инопланетянина, отключил «Ветер» и заорал:
– Разойдись! Стреляю!
Все бросились врассыпную: Вика с Лукасом потащили Сергеича в разваленный дом, Рамиз и Тетыща метнулись в другую сторону, к Бергману перебежала свинья.
Я навел неведомое оружие на бегущего ко мне инопланетянина и просто пожелал его прикончить.
Перед глазами появилось предупреждение, что это последний заряд, потом потребуется перезарядка. По рукам прошла легкая дрожь, а потом просто – бам! И тело твари окуталось то ли электричеством, то ли огнем, то ли плазмой. Вспышка – и туша осела наземь. Мы бросились добивать падальщика, тварь лишь вяло отмахивалась. Теперь к избиению присоединилась Вика, и за пять минут мы справились.
Первым делом я бросился к Сергеичу. У него была деформирована грудная клетка, но он понемногу приходил в себя. Я осмотрел команду.
Посеченный осколками Рамиз сидел на земле, выпив таблетку, и восстанавливался. Тетыща ласково гладил повизгивающую Галю. Моя рука сама потянулась к Крошу.
– Спасибо, дружище, ты здорово помог. А теперь пора заняться подарками.
Глава 17
Пораскинь мозгами!
Н-да, не так я представлял себе первый инопланетный контакт!
Я шагнул к дохлому скейру, остановился в полушаге, точнее, ноги сами вросли в землю. Сколько тварей мы перевидали, а поди ж ты, инстинкты вопят, что опасность, пасуют перед чужеродным. Помню, у меня такое же чувство было на морской рыбалке, когда поймал ската.
Да и, судя по тому, что и Вика наблюдает с дистанции, опасливо сжимая ружье, не один я тревожился, хотя казалось бы, все уже закончено. Тетыща, успокаивающий Галю, выпрямился и подошел ко мне, а вот свинья не рисковала, осталась на месте и сперва повизгивала, а потом, когда Бергман остановился рядом со мной, заверещала предостерегающе.
Рамиз повернул голову, но к нам не пошел, как и Лукас.
Подождав, пока инстинкты договорятся с разумом, я толкнул тварь ногой. Ну и угрёбище!
– Скейр… не, это как-то благородно звучит, – прокомментировала Вика. – Раса НЕХ – самое то. На фестивале уродов однозначно намба ван. Ден, если ты не берешь ту штуку, можно я?
– У меня право первой брачной ночи, – проговорил я и поднял серебристый «рупор».