Данияр Сугралинов – Вида своего защитник (страница 36)

— От которого ты сбежала на Сидус?

Не ответив, она продолжила:

— …и он подарил его своему другу — Хангу, с которым, как я понимаю, ты знаком.

— Воин Ханг Ли? — изумился я. — Он владелец фрегата, не юяй?

— Он. Да’ари Ри’кор и рапторианец Хва Лангва были пилотами «Слейпнира». Вместе с Хангом они избороздили с два десятка систем в ясном пространстве галактики, пока Хва Лангва вместе со своим другом, рапторианцем Рангитом Мерангом, не угнал фрегат. То есть, так считалось, что угнал. Никто тогда не подумал на юяй, потому что никто о них и не слышал. Ханг и Ри’кор набрали команду и устремились в погоню на зафрахтованном военном судне, но никого не нашли и вернулись восвояси. А потом, когда пропал и да’ари Ри’кор, Ханг решил, что оба его пилота изначально были в сговоре и обратился ко мне. Он знал, что я провожу много времени в… э… злачных местах Нидума, а потому попросил выяснить хоть что-либо.

— Почему он решил, что его пилоты в сговоре?

— Видишь ли, несмотря на земное происхождение фрегата, технически он в чем-то даже превосходит стандартные корабли, производимые на Сидусе. — Он вгляделась в мое лицо, развела руками. — Вижу недоверие, но извини, доказать или объяснить это не могу.

— Ну ладно. Ханг обратился к тебе и…

— Тогда-то я и раскопала, что на Сидусе появилась новая раса, которая, по слухам, владеет ментальным контролем, причем может брать под контроль только тех, у кого низкий показатель «Разума»… — она запнулась, а я улыбнулся:

— Похоже, юяй плевать на показатель «Разума». Или мы с тобой тупее, чем себе льстим.

— Ни Ри’кор, ни Хва Лангва не относились к категории глупых, — согласилась Лекса. — Просто до сегодняшнего дня я не думала, что похитили обоих пилотов «Слейпнира»… Короче говоря, вот и вся история.

На мой взгляд, в этой истории было еще полно белых пятен, вроде загадочной личности бывшего владельца фрегата и культа пробужденных, но лезть в душу Лексы я не собирался. Захочет — сама расскажет. А сейчас нужно приниматься за дело.

Но сразу приступить к поискам друзей не удалось — у Лексы тоже был вопрос:

— Ты «Вида своего первый», да? То есть, это ты активировал артефакт Предтеч на Марсе, верно?

Увиливать и уклоняться от ответа не хотелось, потому что Убама уже раскрыл меня при ней, да и доверие девушки терять не хотелось.

— Да. Мы охраняли ученых, которые его исследовали, когда нас атаковали внепространственные паразиты. Погибли все. Я бы тоже погиб, но моя кровь попала на артефакт, и он проснулся и уничтожил всех паразитов.

— Так вот что на самом деле там случилось! — воскликнула Лекса. — Я знала! Первая Марсианская все засекретила, даже для своих… — запнувшись, она сменила тему. — Твой статус как-то помог тебе договориться с паразитами на Агони?

— Помогло, — кивнул я.

— Сейчас… — Она растерянно покрутила головой, тряхнула конским хвостом и спросила: — Сейчас они здесь?

— Нет, остались на Агони, — ответил я, почти не соврав. — Первая Марсианская не только закрыла доступ к тому, что произошло в той пещере с артефактом Предтеч, но и убила моих друзей. Ты можешь помочь найти тех, кто был ответственен за это?

Лекса отвела взгляд. Не глядя на меня, ответила:

— Не знаю. Ты просишь многого. Мне придется… В общем, к чему ворошить прошлое, Картер? Давай договоримся так: если мы благополучно вернемся на Сидус и закроем контракт с Тукангом Джуаланом, я сделаю все, чтобы тебе помочь. Договорились?

— Договорились, — кивнул я. — Тогда довольно вопросов. Идем, пока те двое без нас не улетели.

Шутка вышла так себе, но Лекса улыбнулась.

Как только мы покинули ангар, голос да’ари внезапно заполнил пространство:

— Направляйтесь к мостику, хомо. Включаю корабельного гида, следуйте маршрутом, отмеченным на полу, затем зайдите в переместитель.

Под нашими ногами зажглась синяя линия, уводящая нас вглубь коридора. Она приглашающе пульсировала, и когда мы пошли по ней, она гасла позади нас.

Все больше деталей подсказывали мне о происхождении корабля — настоящая деревянная кадка с лимонным деревом, указатели и надписи на стенах, даже гравитация была земная.

Когда мы дошли до поворота, синяя линия завела нас прямо к стене, в которой открылся проход в небольшую кабину — просторную и высокую, обшитую деревом. Управляющей панели не было видно, но она не понадобилась.

— Переместитель, — опознала Лекса и приказала: — Капитанский мостик.

Кабина, постоянно меняя направление и заставляя мое сердце ухать в пятки, за пятнадцать секунд доставила нас куда-то и выпустила наружу.

Переступив порог, я отвесил челюсть — мы оказались в уютном просторном кабинете, в центре которого стоял мраморный круглый стол, его поверхность переливалась сине-фиолетовым светом. Над ним висела трехмерная голограмма вида вокруг фрегата в обрамлении интерфейса. Это и есть капитанский мостик? Даже без иллюминаторов? Больше похоже на рабочий кабинет очень богатого человека.

За столом… Вернее, на столе сидели да’ари и кур’лык. Ри’кор сделал приглашающий жест. Приблизившись, я сел в удобное кресло. Лекса задержалась у стены, а когда заняла место рядом, у нее в руках были бутылки с водой и… сэндвичи!

Мы с ней поели, поговорили немного с инопланетянами о фрегате, о том, как он был «угнан» зомбированными рапторианцами Хва Лангва и Рангитом Мерангом, после чего мне в голову пришла идея:

— Нет ли возможности изучить логи корабля? Возможно, остались какие-то следы присутствия моих друзей, голографические записи? Да’ари Ри’кор, это может помочь также понять, куда делся ваш напарник Хва Лангва.

Пилот посидел с остекленевшим взглядом, после чего провел когтями по покрытом пушком розоватой груди:

— Как я и боялся, Хва Лангва, да нависнет над ним вечный потолок, зачистил бортовой журнал и все логи, — сообщил Ри’кор. — Хорошо хоть не тронул копилку гиперпривода. Тебе повезло, хомо, возрадуйся.

— Что?

— В бортовой компьютер «Слейпнира» заряжено две сотни монет Сидуса, так что хватит на то, чтобы попробовать поискать твоих друзей. Однако деньги придется вернуть настоящему владельцу фрегата.

— Этот фрегат является нашим боевым трофеем, — возразила Лекса. — И в первую очередь — Картера. Твой настоящий владелец потерял все права на «Слейпнир», когда махнул рукой на его поиски.

— Не думаю, что Разум придерживается такой же точки зрения, — влез в разговор кур’лык Тензин Конгбу. — Однако, хомо Картер Райли имеет право на вознаграждение от хомо Ханга Ли. Очевидно, что он также может использовать загруженные вычислительные мощности в счет этого вознаграждения.

— Ханг так отблагодарит, что мало не покажется, — туманно пробурчала Лекса. — Мы ему еще должны останемся.

Да’ари Ри’кор запросил у меня координаты для гиперпрыжка, ввел их в систему и поставил на просчет. Это обошлось почти в сто монет Сидуса, о чем пилот сообщил не моргнув глазом, да еще и со злорадством.

— Сколько? — не поверил я своим ушам.

— А как ты хотел? — Ри’кор, летучая мышь-переросток, чертов инопланетный Бэтмен, ухмыльнулся. — Масса фрегата огромна. Радуйся, что «Слейпнир» — сверхлегкий корабль для исследований и спецопераций, он почти не несет вооружения, ведь его главная задача — скрытно проникнуть в систему и, оставаясь незамеченным, собрать данные.

— Эта махина — разведчик? — удивлению моему не было предела. — Ты наверное шутишь, да’ари.

— Не шучу. Возрадуйся, что не шучу, иначе ты бы не расплатился за гиперпрыжок до конца жизни. Да и вообще, это был бы прыжок в один конец…

Кур’лык Тензин Конгбу завращал глазами и указал на экран:

— Сейчас прыгнем!

Да’ари возразил:

— Не сейчас, а через три осмысления. Всем приготовиться, до гиперпрыжка два осмысления… одно… Прыж-ж-жок!

Я внутренне сжался, готовясь к корежащей внутренности боли гипера, но ничего не случилось. Лекса, закрывшая глаза, медленно их приоткрыла, поинтересовалась:

— Мы прыгнули? Так быстро?

Ри’кор всмотрелся в голографический экран и провел когтями по столу. Потом, едва сдерживая гнев, посмотрел на меня, взлетел и вцепился мне в горло:

— Хомо, ты идиот? Если ты собирался в Солнечную систему, надо было сказать сразу! Сто монет — в щель извержения отходов!

Сохраняя спокойствие, я попросил объяснений. Лекса, мягко отодвинув да’ари, села на стол так, что оказалась между мной и разъяренным пилотом, а мой взгляд уперся в ее бедро.

— Ри’кор, Картер всего несколько дней на Сидусе. Он не знает таких тонкостей, тем более Солнечная система закрылась недавно. Откуда ему знать?

— Это его родная система! — возразил да’ари. — Как он мог не знать?

— Да об этом мало кто из наших вообще слышал! — воскликнула Лекса.

Ничего не понимая, я встал, снял девушку со стола, потом навис на да’ари и потребовал объяснений. И вот что выяснил: с некоторого времени Солнечная система закрыта для гипепрыжков извне, если на борту есть хоть один нечеловек. Как такое возможно и почему, никто не знает, но по большей части всем чужим все равно — никого наш мир не интересует.

Главное, фрегат не прыгнул по моим координатам, и да’ари Ри’кор логично предположил, что я собирался прыгать к Земле. А раз так, надо было сказать ему заранее, чтобы он не тратил монеты на расчет гиперпрыжка зря.

Меня в этом намного больше удивило другое: почему юяй отправились в Солнечную систему? Что это за юяй — те же самые, которых убил спиннер, или другие? Если те же самые, вполне возможно, что я не найду Ирвина, Шака, Хоуп и Юто на Земле — скорее, они сгинули на Агони. А если другие… Черт, это ломает мою теорию, что похитителей всего двое, зато оставляет надежду.