Данияр Сугралинов – Угроза А-класса (страница 57)
Мой первый эпический лут, определенно, предназначался для магов. И он был сетовым! Думаю, он одинаково хорош как для Краулера, так и для Тиссы. Об условиях раздела лута мы с ними не договаривались, и о том, что мне выпало, они не знают.
Но врать не хотелось. Зато хотелось кое-что проверить. Даже если этот низкоуровневый эпик можно загнать за пару тысяч золотых, я предпочел бы сначала им рискнуть — продемонстрировать и послушать, что скажут «дементоры». После этого можно будет решить, как взаимодействовать с ними дальше.
В этом подземелье осталось ещё семь боссов, вряд ли они поверят в мою обычность, если я убью всех сам. Тем более, я подписывался только на то, чтобы тихонечко курить в сторонке и воскрешать их, если лягут. Так что, пусть завтра и «дементоры» поработают.
С этими мыслями я выставил будильник интерфейса на шесть сорок пять утра и завалился спать.
***
— Просыпайся, Алекс, просыпайся, — нашёптывал чудный девичий голос.
Тон нарастал, и в какой-то момент я осознал, что это не сон, а сработавший будильник интерфейса. Я открыл глаза и тут же закрыл. Спать хотелось невыносимо, но надо было вставать — успел заметить, что вкладка группового чата мерцала очень интенсивно. Это значило, что пришло очень много свежих сообщений.
Я снова открыл глаза. Продолжая валяться, убедился, что здоровье полностью восстановлено, и проклятье нежити снято. Потом пролистал чат:
Ох, бездна, они уже здесь! Продрав глаза, я поднялся и ощутил, как ломит кости и болит спина, и это были ощущения реального тела.
Я попрыгал, потряс головой, но чувствовал себя всё так же хреново. Горло пересохло, очень хотелось есть, и не здесь, а там, в реале — организм подавал сигналы, что надо утолить голод и жажду как можно быстрее. Среди иконок дебафов я заметил предупреждение интерфейса, что мне грозит обезвоживание, и через пять часов будет произведено принудительное выгружение из «Дисгардиума».
В чат больше никто ничего не писал. Видимо, сетовый эпик их так поразил и вогнал в азарт, что они бегом помчались ко мне, чтобы скорее начать прохождение инста.
Минут через десять я увидел входящих в пещеру Фараса «дементоров», а появившийся за спиной Инфект закрыл мне глаза руками и нежно прошептал:
— Угадай, кто?
— Даже не начинай, — я застонал и освободился. — Меня реально мутит!
Тисса, завидев меня, зачем-то
— Спасибо.
Эд похлопал меня по плечу, а потом я попал в объятия здоровяка Ханга. Тот крепко тискал меня, ломая ребра, и орал, не скрывая восторга:
— Получилось! У нас получилось! Представляю, как охренеет долбанная «Аксиома», когда мы уведем ачивку у них из-под носа! Большой По лопнет со злости!
— Не лети поперек грузового флаера, Бомбовоз, — сказал Эд. Он участливо посмотрел мне в глаза, взяв за плечи. — Скиф, теперь ты можешь выйти из капсулы, мы подождем.
— Э… А как же прогресс? Не обнулится?
— Нет, пока хоть один живой член группы в инстансе. Полчаса тебе хватит?
— Так… Ну, по идее, да, но я бы душ ещё принял, — сказал я, прикинув.
— Не вопрос, — кивнул Родригез. — Мы до финального босса вчетвером проходили, так что спокойно иди, мы пока мобов расчистим. Спокойно приводи себя в порядок. Обычно до ласта у нас уходило часов шесть-семь. Но первого ты уже убрал, так что в пять уложимся. Всё, давай.
— Если хочешь, можешь там даже поспать, — предложила Тисса.
— Это если ему опыт не нужен, — заметил Инфект. — Будет отсутствовать — не получит.
— Всё равно из-за разницы в уровнях с нами экспы ему особо не дадут, — не согласилась Тисса. — Алекс, тебе нужны единицы опыта с каждого моба? Очков триста потеряешь, может, пятьсот, если с учетом боссов, но ты тут сам, по-моему, столько с пака мобов получал.
— Да, хорошая идея, — сказал Краулер. — За лут не переживай, всё честно поделим. Приоритет — по нужности. Если вещь окажется вообще никому не нужна, что вряд ли случится, тогда продадим и поделим деньги. Мы всё в клановую казну собираем, но твою часть — двадцать процентов — выдадим, конечно. Если тебе ничего не достанется, выплатим долю по рыночной стоимости шмоток.
Все посмотрели на меня, ожидая решения. Я подумал, хочу ли торчать здесь ещё пять-шесть часов, рискуя умереть от какой-нибудь массовой способности босса или сагрившегося моба? А ведь здесь ещё ловушек полно, да и просто в пропасть свалиться можно. Умирать мне нельзя. На ласте я помогу им с уроном, подливая чумной энергии в свои удары. В принципе, будет выглядеть правдоподобно — ребята не новички и должны понимать, что с возможностью перерождаться на том же месте, где умер, прокачать
— Хорошо. Я лягу спать, — сказал я. — Если не сложно, позвоните мне на комм, когда я буду нужен.
— Добро, — сказал Эд. — Насчет… Ладно, потом. Иди отдыхай.
Я активировал экстренный выход из игры, и на этот раз не было никаких предупреждений об обнулении прогресса. Мир вокруг стал терять краски и темнеть.
— Да, ты появишься здесь же. Мы отправим к тебе Инфекта, чтобы проводил к нам. А то там дальше такие лабиринты начинаются… — голос Эда затихал.
— Эй, а кофе? — последнее, что я успел услышать, был обиженный голос Ханга.
О чем же Краулер хотел поговорить?
***
— Нам тоже повезло, — похвастался Инфект. — С Локуста, четвертого босса, выпал ещё один эпик — кольчужный доспех. Остальное — хороший эквип, но синий…
— Мы здесь не за лутом, — перебил его Эд и протянул мне артефакт, на который они возлагали такие надежды. — Держи, Скиф.
Небольшой камушек размером с куриное яйцо не производил впечатления. Неправильной формы, со сколами и щербинками, на ощупь он был булыжник булыжником. Но из пор по всему минералу струился еле видимый свет.
Я прикинул, что на аукционе камень может стоить до десяти тысяч, ведь две штуки — это всего лишь цена выкупа вендором.