Данияр Сугралинов – Север (страница 26)
— Сколько я был в отключке?
— Так дня два, — ответила она. — И не реагировал ни на что! Мы уж, грешным делом, подумали, что тебе конец — раны на тебе были такие, что с ними не живут. Ан нет, гляди ж ты — все затянулось!
— На мне все быстро заживает, — согласился Север.
— Но я вот чего не пойму… Почему ты вернулся? — спросила она. — Мог ведь остаться в холмах и не пострадал бы.
— Мутанты своих не бросают. Тут моя се… — он осекся. — Здесь мой рейд. Кстати, что с потерями? Разрушения?
— Странный ты. У Рванины давно не было хорошего верховода. Можешь встать? Идем.
Север свесил ноги с кровати, натянул штаны и, щурясь на ярком солнце, поднялся во двор. Наземные строения были разрушены, сейчас их возводили заново все оставшиеся в живых мутанты. Бывший рейд Гекко работал вместе: Жаба подавал камни Скю, тот — Йогоро, а четырехрукий здоровяк укладывал, уже пять рядов стены было возведено. Сахарок что-то мешал в огромной бочке, очевидно, раствор для лучшей сцепки камней.
Первым Севера заметил Зэ, от которого толку в строительстве было немного, и он просто околачивался рядом.
— Верховод очнулся! — радостно объявил он, и по лицам мутантов Север понял, что они не просто рады, а счастливы его видеть.
Стену отремонтировали в первую очередь, теперь возводили наземные постройки, женщины и дети отчищали остатки смертоносного яда.
Возглас Зэ заставил их отложить дела. Все завертели головами и, заметив Севера, зашептались.
— Восемнадцать человек полегло, — отчиталась Лесси. — Тринадцать мужчин, четыре женщины, ребенок. Яла, Кори… Если бы не ты, все погибли бы. Эхо-скорпионы видят не глазами, он никого бы не отпустил живым.
— Радость-то! — закричала Полли. — Верховод очухался!
Все ринулись навстречу главарю, потому не сразу разобрали крик дозорного на уже новой вышке. А когда расслышали, было уже поздно.
С лязгом хлипкие ворота слетели с петель, и во двор вошла троица, при виде которой обитатели Рванины притихли, втянув головы в плечи.
Первым шагал огромный детина локтей эдак в пять ростом — просто гора мышц, раздвоенная губа, нитка слюны до подбородка. На нем были только штаны, кожа казалась землистой, а на месте суставов торчали роговые шиповатые наросты. Два глаза обычных, но косят, третий на переносице закрыт черной повязкой, очевидно, выбит.
Двое других пришедших — тоже горы мышц. Один четырехногий, с человеческим торсом на медвежьем тулове, второй — с руками длиннее роста, передвигался он, опираясь на кулаки.
Впереди идущий урод с раздвоенной губой остановился и проговорил, слегка шепелявя:
— Кто здесь Север? — судя по невнятности речи, трансформированным у него было еще и небо.
— А кто спрашивает? — прохрипел Север в ответ.
Мутанты зашушукались за спиной, послышалось свистящее: «Рехнулся», «Это ж суперы!»…
Север насторожился, на всякий случай приготовившись принять бой.
И с огорчением отметил, что энергии Колеса нет, все истрачено на бой с эхо-скорпионом и восстановление. На что способны суперы, и стоит ли их опасаться? Оказалось, стоит.
— С тобой, слизняк, говорит Огненная длань!
С грохотом все мутанты рухнули на колени.
Глава 11. Рога Двурогого
Гигантский мутант с черной повязкой между глаз ленивой походкой прошел между павшими ниц рейдерами и жителями еще не до конца восстановленной Рванины. Приблизился к Луке, единственному, оставшемуся на ногах, он сплюнул:
— Ты, что ли, Север, слизняк?
— Я Север, но не слизняк, — спокойно ответил Лука и, решив потянуть время, поинтересовался: — А ты что за хрен с горы? Что еще за Огненная Длань? Мне это ничего не говорит. Представься, супер!
Энергия Колеса хоть и очень медленно, но все же восстанавливалась. Кто знает, может, дополнительная секунда в режиме боя склонит чашу весов в его пользу. Этих трех супермутантов Лука не боялся. Ну да, здоровенные, мощные — наверняка любой из них способен переломить пополам человека, будь тот норм или мут. Но Лука-то не совсем человек. Он странник с метаморфизмом, усиленным металлом скелетом и сверхпрочным кожным покровом, который даже острейший клинок Швая не взял!
Тот, кто спрашивал Севера, оскалился, губа его разъехалась, и стало видно, что кость там тоже раздвоенная. Обернулся к двум другим, громыхнув доспехами и роговыми наростами, и гаркнул:
— Слыхали, братва? С горы, йо-ба! Он, тля, Север, а нас не знает? Я в душе не гребу, что это за хрен, но прав был верховный. Мутный верховод… — Повернув голову, он уверенно зашагал к Северу. — Че ты за верхач такой, что твои бойцы знают нас лучше, чем ты? Ты вообще бывал в Убежище, Северок? А? Бьюсь об заклад, что нет. Иначе б знал, кто такой Даффн!
Не дожидаясь ответа, супер медленно снял повязку. Из-под нее в Луку вперился третий глаз — выпуклый, черный, как мгла, без белка, с узором в виде тончайшей золотистой спирали по центру. Эта пружина двигалась, будто в самом деле вкручивалась в центр глаза.
Логи сменялись с бешеной скоростью, но Луке стало не до них — он не мог отвести взгляда, тонул, словно в черноте, завороженный движением…
…и почувствовал, как просыпается после кошмара, где враги стали друзьями, а друзья — врагами. Детали воспоминаний меркли перед внезапно обрушившейся на него правдой! Как он мог?
Тупо оглядев все вокруг, Лука сообразил: вот эти трое — его братья. Несокрушимые супермутанты из Огненной Длани: Даффн, Мофаро и Дигоро. А эти жалкие подлые черви, надевшие маски его друзей, — плесень, которую надо спалить дотла! Уничтожить!
С ревом Лука прыгнул к ближайшему червю, поблескивающему чешуей, собрался отрастить мономолекулярный клинок, чтобы покончить с тварью… но не хватило ресурса. Взревев, Лука сжал железные пальцы на боку чешуйчатого.
— А-а-а-а! Север, ты рехнулся?! — завизжал червь, дернулся.
Не размыкая пальцев, Лука рванул на себя, сдирая с червя кусок чешуйчатой кожи.
Мутант закатил глаза и покатился по земле, вопя и матерясь. Вперед выступил другой слизень, пожирнее, отрастивший сразу четыре руки! Остальные, стоящие дальше, были словно в тумане. В сознании пульсировало воспоминание, рвалось наружу, что-то было не так, и Лука колебался, не спешил расправляться с четырехруким. Что-то билось внутри, пытаясь прорвать белесую пленку хмари, вспыхивали и гасли непонятные буквы.
Истина побеждала. Под личиной человека все отчетливей проступала истинная сущность этой твари: гигантский трупный червь, проникающий в разум и влияющий на мысли, заставляющий людей выполнять свои команды и капризы.
И дальше, Пресвятая мать!.. Дальше копошилось море гигантских опарышей, подергивающих черными головками и шевелящих жвалами.
Луку захлестнуло желание залить огнем это место, стереть его с лица земли, но прежде — раздавить червей одного за другим. Бить, пока не лопнет белесое сегментированное брюхо…
Прыгнув к ближайшему противнику, загородившему раненого, Лука ударил его в голову и, не дав упасть, рубанул пинком под колено — червь рухнул. Лука бросился на него, занес кулак для добивающего удара, чтобы размозжить отвратную рожу…
— Даффн, прекрати! — заревели за спиной, и картинка замигала: на месте червя вспыхнуло знакомое лицо, его сменила голова, шевелящая жвалами, снова лицо, этот человек говорил:
— Север, это же я! Верховод, свои!
— Очнись! — извергла из себя уродливая башка другого насекомого.
Не зная, что делать, Лука обернулся. Его разум разрывало надвое, словно в голове поселился второй человек, вот только кто из этих двоих настоящий?
Четвероногий мутант с туловищем медведя застыл напротив здоровяка, назвавшегося Даффном.
— В натуре, Даффн, харэ Рванину кошмарить! Ща положит ни в чем не повинных бедолаг. На хрен оно надо?
Даффн спрятал третий глаз под повязкой, и все встало на свои места. Север с ужасом посмотрел на Жабу, с которого чуть не снял живьем кожу, на Йогоро, вставшего на защиту боевого товарища, помотал головой, вытрясая остатки наваждения, и сообразил, что это с ним сделал Даффн.
— Походу, морок навели! — объяснил Лука своим. — Как ты, Жаба?
— Да трындец! — простонав, поморщился тот. — Ты мне чуть печень не вырвал! Вместе с ребрами!
Секунду подержав руку на его ране, Север пробормотал извинения и, зарычав, попер на суперов, занятых выяснением отношений. Пару дней назад он сделал невозможное — почти уничтожил эхо-скорпиона размером с двухэтажный дом. Что ему мутанты, пусть даже втрое превосходящие обычного человека? Главное, чтобы Даффн не успел открыть свой гипнотизирующий глаз, главаря нужно обезвредить первым.
Суперы среагировали на движение, но не восприняли Севера как опасность. Все что они успели — вытаращить глаза. Усиленный кулак врезался в нос Даффна, вминая его в череп, пальцы пробили под повязкой глаз, брызнувший горячим и липким. От второго удара грудина Даффна хрустнула и вмялась, захрипев, он сложился и повалился на подогнувшиеся колени, захлебываясь хлещущей из носа кровью.
Стоящий сбоку Мофаро выхватил тесак и обрушил на голову Севера — лязгнуло, скрежетнуло, будто металл ударил о металл. Упали на пол срезанные волосы, но кожу острейший клинок лишь оцарапал.