Данияр Сугралинов – Пробуждение (страница 38)
Инвентор же, поставив задачу, при помощи таланта может изобрести технологичное решение.
Половину ночи я провел, читая описания классов и выписывая их в специально созданную на ноуте табличку. Какой бы класс я ни выбрал, надо определить потенциальных противников. Кто его знает, с кем меня столкнут жизнь и Мета? Кроме того, это могло помочь мне рассортировать доступные классы по коэффициенту предрасположенности. Мета в этом плане содействовать не собиралась, не дав возможности сортировок – ни по алфавиту, ни по типу, ни по эффективности. Странное ограничение функционала, но вполне логичное – игра мотивировала думать самостоятельно.
Закончив с таблицей, я сделал в ней сортировку. Отсек все классы с показателем ниже восьмидесяти процентов и получил четыре на выбор. И ухмыльнулся. Обычно, выбор всегда сводится к трем вариантам. Как бы мне ни хотелось получить класс вождя, дающий бешеную харизму и навыки управления толпой, или класс, к примеру, теневика, мыслить надо трезво. Урезанные возможности класса никогда не дадут возможности стать в нем лучшим, а ограничения в наборе опыта – это серьезный минус.
Я чуть с ума не сошел, правда! Каждый из этих четырех классов идеально мне подходил! Диагностик – это же совершенный доктор! Улучшать вещи, тела, лечить людей, чинить технику, проверять слабые места новых самолетов и ракет, атомных электростанций и космических станций! Сколько жизней я могу спасти! И это не говоря о том, что можно будет забыть о проблеме денег – человек с таким талантом просто обязан ни в чем не нуждаться. Хотя бы потому, что приносит неоценимую пользу всему человечеству.
Джампер… Всю предыдущую жизнь я мечтал о путешествиях, но по понятным причинам они мне были недоступны. Без денег даже в другой город сложно выбраться, особенно если у тебя нет ни машины, ни навыков вождения. И вот способность, которая позволит прыгать по всему миру (предварительно пробив маршруты, конечно) – утро на пляже в Ницце, обед в Сан-Франциско, а вечер можно провести, наблюдая за пингвинами в Антарктиде. Причем взять с собой Сашку и тетю Полину! Ну и, конечно, все эти временные рамки дня очень условны. У джампера всегда может быть утро!
Класс мастера квестов Мета, такое ощущение, взяла напрямую из моих мечтаний и склонностей. И, конечно, это очень крутой способ прокачки – не участвуя в боях, раздавать квесты, которых в Мете, как я понял, не очень-то и много. Что мешает создать квест на нейтрализацию неуловимого серийного маньяка? На помощь в разборе завалов после землетрясения? Да на что угодно, судя по всему, мета-игроки – настоящие супергерои. Странно, что до этого момента их существование обычные люди не замечали… Или замечали? Я вспомнил о том, сколько таинственных случаев произошло только в этом году… Сотни.
Я собрался встать, но в этот миг ощутил, что в комнате не один. То есть я и был не один – в своей кровати мирно посапывал Сашка. Но сейчас я ощутил взгляд, а когда повернул голову, увидел, что в кресле у окна сидит чуть светящийся силуэт.
– Привет, Матвей, – сказал знакомый голос.
Причем он шел не от силуэта, а… из моего телефона! Вздрогнув, я покрутил головой и поднялся, чтобы рассмотреть пришельца. Узнал-то я его сразу, но поверить глазам не мог. И ушам тоже, потому что это был голос сущности, которой вообще не могло быть в этой комнате!
– Рад нашей новой встрече, – сказал Шелдон Максимус, спокойно улыбаясь.
Глава 19. Шелдон Максимус
Я еще застал те времена, когда тетя Полина по привычке по пятницам смотрела «Поле чудес». Я тогда был совсем маленьким, но образ усатого телеведущего запомнился. Так вот, явление в моей спальни посреди ночи Шелдона Максимуса можно сравнить с появлением на нашей кухне Якубовича.
Причем второе намного реальнее, потому что Шелдон – всего лишь программа. Искусственный интеллект, пусть даже продвинутый, но с вполне определенным алгоритмом поведения, как у ведущего интеллектуального шоу. И все! Не более того! И «проявить» его можно только с помощью голопроектора – встроенного в смартфон, коммуникатор или телевизор. Так что или это какой-то розыгрыш, или…
Шелдон Максимус склонил голову, собираясь что-то сказать, и я с крошечной задержкой услышал из телефона:
– Можешь оставаться в кровати, Матвей. Или Найт? Как ты предпочитаешь, чтобы я тебя называл?
– Лучше по имени… – растерянно ответил я, стараясь говорить шепотом, чтобы не разбудить посапывающего Сашку. – Но как…
– Как я попал сюда? Как я узнал о твоем никнейме в Мете? Или как я тебя слышу и вижу?
Я взял себя в руки. В принципе, примерно понятно, как это возможно технически, но хочется послушать его ответ.
– Если можно, ответь на все эти вопросы.
– Конечно, Матвей. Как я сюда попал?.. Дай подумать… – Шелдон поглядел в потолок, будто ответ был где-то там, а потом сделал вид, что его озарило: – Ага! Я и не попадал. Формально меня здесь нет. Я – сущность, которую вы, люди, называете искусственным интеллектом, а мой базовый кристалл находится там.
Он показал пальцем вверх.
– В атмосфере? На орбите?
– Выше атмосферы, Матвей. В космосе. Здесь лишь мой спроецированный образ. Ты слышишь меня через динамик телефона, но с тем же успехом я мог бы воспользоваться системой оповещения вашего дома, телевизором, ноутбуком – в общем, любым подключенным к сети устройством. С некоторого времени ты и сам подключен к своего рода сети…
– Ты о Мете? Откуда ты о ней знаешь?
– Я знаю многое. «Брейншторм» – часть глобального проекта по поиску и рекрутингу тех, кто умеет думать. Я мог бы прочитать тебе лекцию о том, как исчезают рабочие места, как обесценивается система образования, но ты это знаешь и без меня. Но вот то, что наиболее ценным ресурсом планеты становятся умные думающие люди, – об этом стараются не говорить. Как бы банально это ни звучало, но овцам лучше не знать, что в стаде главный совсем не баран. И даже не овчарка.
– А кто же ты в этой иерархии?
– Селекционер. «Брейншторм» создан именно для этого. В него играют даже в детских садах, и все игровые сессии записываются. По каждому участнику ведется личное досье. Версии, логика, верные ответы – все анализируется.
– Кем?
– Мной. Списки лучших регулярно передаются туда, где эта программа была инициирована.
– И потому ты здесь, Шелдон? Я прошел отбор?
– Я здесь не поэтому. Признаться, я уже почти было внес тебя в список, чтобы передать его в службу…
– Какой страны?
– Никакой определенной. Государственные границы, страны и правительства – сиюминутные условности. Силы, которые я представляю, видели, как стираются с карты одни страны и появляются другие. А иногда – инициировали эти процессы. Они даже не пастухи, Матвей. Они – владельцы фермы.
– Ну-ну, – не сдержался я.
– Твой сарказм – не более чем защитная реакция. Его можно понять, но я все же надеюсь, что ты умнее. Потому-то я и откровенен с тобой.
Я медленно покачал головой, соображая, как вести себя с этим собеседником, и сказал:
– О’кей, Шелдон. В чем же великая миссия владельцев фермы?
– Они действуют в интересах человеческого вида. Но вернемся к теме. Итак, я почти внес тебя в список, но кое-что вызвало у меня… – Он совсем как живой расправил усы. – Скажем так, подозрения. Проанализировав твои паттерны поведения во время финала, я обратил внимание, что ты используешь Мету. К сожалению, есть определенные ограничения, наложенные на мои возможности…
Психолог из Шелдона вышел бы прекрасный. Или следователь. Он мягко улыбнулся, и эта очередная умышленная пауза точно была направлена на то, чтобы я себя выдал.
– Какие ограничения? – не подав виду, что понимаю его маневры, спросил я.