Данияр Сугралинов – Маджуро (страница 27)

Маршрут, прокладываемый по коротким указаниям мальчика, был крайне запутанным. Керлиг подумал, что в жизни не нашел бы нужных поворотов, терявшихся между убогими лачугами. Он в очередной раз восхитился Ленцем, который этим утром поехал один, быстро нашел нужное место и вернулся целым.

Наконец чумазый пацан велел остановиться.

— Дальше не проедете, — сказал он и злорадно добавил: — Застрянете. Так что идите пешком.

Проводник спрыгнул и был таков. Пока Керлиг размышлял, провожать ли ему императора или охранять экипаж, за него все решили.

— Стереги карету, — приказал повелитель.

Ничуть не смущаясь, он потопал по грязной улице. Утопая по голень в липкой жиже, Маджуро уверенно перешел через дорогу, а вскоре исчез в покосившейся лачуге. Через пару минут оттуда вышел незнакомый мужчина и изваянием застыл у входа.

Императора долго не было. Керлиг, поначалу следивший, чтобы никто из местных бродяг к нему не подкрался, окончательно разомлел и задремал. Его разбудили мухи, нагло ползающие по лицу. Он прихлопнул одну и продрал глаза. Повелитель еще не вернулся.

Когда солнце заметно сдвинулось к западу, к карете подошли три человека: император, незнакомый мужчина и высокая женщина, поддерживаемая ими с двух сторон.

Повелитель помог ей устроиться, а сам забрался с другой стороны. Незнакомец сел рядом на козлы.

— Я поведу, — сказал он. — Смотри по сторонам, здесь небезопасно… для таких, как ты.

Керлиг кивнул. Ленц говорил ему, что женщина в последней стадии болотной лихорадки. В таком состоянии и дышат-то через раз! Но эта хоть и выглядела истощенной, симптомов болезни у нее не наблюдалось. Лучший выпускник медицинского факультета мог сказать с уверенностью, что она была абсолютно здорова.

Незнакомец пояснил Керлигу, что он тоже человек Ленца, а в поскольку в трущобах он ориентировался лучше Керлига, из гиблого места выбрались быстро. Краем уха секретарь слышал, как император врет женщине, что с ее сыном все в порядке. Та стала торопливым речитативом спрашивать о дочери, сестре Луки, но и здесь император ее лицемерно успокоил, пообещав, что ту найдут и тоже привезут во дворец.

— Теперь у вас все будет хорошо, Приска, — заверил ее Маджуро. — Не о чем беспокоиться. И стирать чужое белье вам больше не надо, у вас будет полное имперское обеспечение!

«Это не мое дело, — подумал Керлиг. — Видимо, вся семья Децисиму — подходящие доноры». Правда, непонятно, к чему таинственность и личное участие императора, но к его причудам все давно привыкли. Впрочем, когда карета снова проезжала то место, где их закидали камнями, до Керлига дошло, к чему все это. Повелителю захотелось показать, что он желает быть ближе к народу? Что ж, учитывая усиление Рециния, ход понятный.

— Аве, император! — горланил тот плюгавый мужичок. В руке он держал кувшин с пойлом, купленный, видимо, на подачку повелителя. — Пресвятая мать, храни нашего императора Маджуро Четвертого, милостивого и великодушного!

К удивлению секретаря, прочие оборванцы горячо поддерживали плюгавого и тоже выкрикивали что-то подобное. Керлиг обернулся и сам не понял, как у него вырвалось:

— Что вы им сказали, повелитель?

Маджуро погладил женщину по плечу и поднял голову. К счастью, гнева в его глазах не было, только… радость? Повелитель улыбнулся и ответил:

— Керлиг, ничего такого, о чем тебе стоило бы переживать.

— Но все же?

— Объявил, что по указу императора с сегодняшнего дня лечение всех подданных Империи становится бесплатным. Ведь что может быть важнее здоровья народа?

Секретарь открыл рот, закрыл, снова открыл, но все, что готово было вырваться, виделось ему абсолютно неуместным.

— Правильно, Керлиг, — кивнул повелитель. — Ни-че-го.

Глава 30. Постоянная величина

Весь путь до дворца Лука старался коснуться матери и даже взял ее за руку, но та, вздрогнув, освободилась и отсела подальше. И ее можно было понять. Не зная, где сын и что с Корой, она не находила себе места, и нелепые ухаживания жирного доктора казались ей неуместными. Да и слова о том, что с Лукой все в порядке, ее явно не убедили. Это император хорошо почувствовал, можно сказать, увидел в глазах матери. От нее исходило недоверие, и даже то, что он ее вылечил, ничего не изменило.

Когда Лука только вошел в хижину, она даже не понимала, что происходит и какой сейчас день. Похоже, она совсем не помнила последние несколько суток. В ее горячечном разуме события слились, наслаиваясь друг на друга: Кора в тюрьме за кражу яблока, несколько суток на ногах за стиркой белья, чудесное выздоровление Луки, обвинение в нападении на Карима, суд над сыном, пропажа Коры и…

Мучимая лихорадкой, не имея сил подняться, она утоляла жажду той водой, что скапливалась по углам лачуги, натекая с улицы. В бреду женщина постоянно с кем-то говорила: то с ним, вернее, с Лукой, то с дочкой, то с заказчиками, то с господином судьей. Имя трактирщика Неманьи тоже было упомянуто не раз — мать уговаривала его пощадить сына.

Император, терзаемый жалостью и болью, интуитивно обнял пышущую жаром женщину и отчаянно захотел, чтобы та исцелилась. И в то же мгновение тончайшие — тоньше нити — щупы срастили два тела, передав метаморфизму всю информацию по объекту «Приска Децисиму». Инфекция уже проникла в мозговую ткань и пожирала все органы — вылечить мать было невозможно. Только вычистить организм, поглотить все старые органы и заново их создать. На время операции необходимо было сохранить память объекта и обеспечить питание, в том числе кислородом. Несложная задача требовала времени и резервов энергии Колеса.

Несколько часов сын лежал, прижавшись к матери, и терпеливо ждал, пока она излечится.

Очнувшись в обнимку с каким-то жирным отвратительным мужиком, Приска громко заорала. На крик прибежал человек Ленца, и вместе им кое-как удалось убедить женщину, что они не грабители и не насильники. Еще сложнее было уговорить ее поехать с ними во дворец.

— Встреча с императором? — подозрительно прищурилась Приска. — Это еще зачем?

Нужные слова нашел сам Лука, сказав, что у Коры проблемы, и только вмешательство императора может ее спасти.

В дороге, чувствуя недоверие матери, Лука это принял и запер эмоции внутри — мама жива, здорова и в безопасности. Осталось как можно скорее вытащить сестру. Если Ленц не справится, он лично ворвется в дом целителя-кровососа и сотрет в порошок и его самого, и всех, кто попробует помешать.

У дворцового медицинского блока имелся собственный подъезд. Именно туда императора с матерью Луки подвез человек Ленца. В приемной никого не было, если не считать клюющих носом стражей, и Маджуро прошел внутрь незамеченным. Там он очистился от грязи, переоделся и уже вместе с матерью направился в свои покои.

— Давайте познакомимся заново, Приска, — сказал он, когда они остались одни. — На самом деле я не доктор. Меня зовут Маджуро Четвертый. Я император.

Мать Луки всегда была остра на язык, вот и сейчас она хотела сказать что-то вроде «ну, тогда я — Пресвятая мать», но что-то ее остановило. Женщина однозначно находилась во дворце, встреченные в коридорах придворные замирали в поклонах. И слова «ваше величество», произнесенные в адрес ее спутника, вряд ли относились к доктору. Завороженная осознанием происходящего, Приска не нашлась, что ответить.

— Чувствуйте себя как дома, — просто сказал император. — Вас накормят. Потом, если захотите отдохнуть, дальняя спальня полностью в вашем распоряжении. Я пока отлучусь по государственным делам.

Примчавшийся Керлиг запыхался и, глотая слоги, доложил, что вернулся Ленц. Маджуро оставил мать и отправился к целителям.

Придворные, повыползавшие из своих нор, с удивлением наблюдали, как целеустремленно и быстро передвигается их повелитель. Слухи, один другого чуднее, начали расползаться по дворцу, а оттуда и по всей столице. Что-то происходило, но пока никто не понимал, что именно. Император успел подумать об этом на пути в медблок и сделал в голове пометку: нужно выяснить, что в государстве с информационной политикой и кто ею занимается. А еще хорошо бы разобраться, кто все эти люди и зачем они здесь нужны.

Добравшись до владений Ленца, император ворвался в кабинет главы имперских медиков:

— Где она?

Тот, деловито кивнув императору, сразу начал докладывать:

— Повелитель! Девочку удалось вытащить прямо с операционного стола Ядугары, к счастью, до начала процедуры перелива. Сейчас она, одурманенная препаратами, приходит в себя в отдельной палате.

— Я хочу посмотреть.

Ленц провел его в палату Коры. Лука коснулся сестры и запросил статус.

Объект «Кора Децисиму». Статус жизнедеятельности: 38 %.

Обнаружены угнетающие нервную систему токсины!

Объект крайне истощен!

Мысленно Лука дал команду привести тело в порядок. Метаморфизм среагировал моментально:

Анализ вариантов противодействия…

Запуск агентов-нейтрализаторов произведен.

Насыщение энергетических резервов… Успешно.

Лука подумал, что, когда сестра очнется, первой ей лучше увидеть маму, а не его. Короткий импульс его мысли отправил Кору в глубокий оздоровительный сон. Эта способность напрямую воздействовала на мозг, имитируя работу веществ, отвечающих за сон.

— Разрешите ее матери остаться здесь, Ленц, — сказал Маджуро. — Девочка проспит до следующего утра, ей надо восстановить силы.