Данияр Сугралинов – Level Up. Нокаут (страница 55)

Текущий статус: программист.

– Эй, полегче. Извини, камрад, не хотел напугать. – Роман нагнулся, поднял пакет и вернул Хагену. – Смотрю, ты чуть на пол не сползаешь, подумал, что тебе плохо.

– Спасибо.

Русский говорил на прекрасном английском, только слово «камрад» намеренно выделял акцентом, словно пародировал Нико Белича из GTA IV.

– Ты в порядке? Не болен? – продолжил Роман. – Есть какие-то болезни или приступы, о которых я должен знать?

– Зачем тебе знать о моих болезнях?

– Ну, я же твой сокамерник, мало ли что. – Роман улыбнулся: – Потерялся, да? Когда я впервые попал за решётку, тоже не знал, как найти свою камеру. Это нормально. Главное, не бойся.

– Я не боюсь.

– Не заливай. Все боятся, ну, кроме матёрых гангстеров. Но и они боятся.

– Кого?

– Других матёрых гангстеров. А все вместе они трусят перед надзирателями. А надзиратели перед матёрыми гангстерами. Тюрьма – это место, где все друг друга боятся.

– Что-то не похоже, что все тут в ужасе…

– Привыкли. И ты привыкнешь. Главное, не пытайся уйти в себя, закуклиться. Я же знаю, ты сейчас хочешь скорее вернуться в камеру, забиться в угол кровати. Но, камрад, у тебя нет шансов. Нельзя в таком состоянии провести два года.

– Откуда ты знаешь, что у меня два года?

– Я многое знаю. Я же, типа, этот… как их там… «русский хакер». Пойдём во двор. У меня сегодня выходной, у тебя тоже. Наслаждайся, хе-хе, свободой, как бы иронично это не звучало.

– Почему?

– Завтра тебя припашут на работу – не останется времени на то, чтобы жалеть себя. Меня зовут Роман, можно звать «Интел», мой старый ник, под которым рубился в LoL[4].

– А я Майк. Можно звать Хаген. Это моя фамилия.

Про никнейм «Плакса» благоразумно умолчал.

Роман оказался одним из тех людей, которые умели говорить без остановки обо всём о чём угодно, но при этом ничего не рассказать о себе.

– Короче, в тюрьме есть всё то же, что на свободе, только достать сложнее, – рассказывал он, пока они выходили во двор. – Если тебе нужна дополнительная еда, бухло, трава, порножурналы – ты это всё найдёшь. Куришь?

– Нет.

– Скоро закуришь, камрад. Тут делать нечего, все начинают курить. Именно в тюрьме и армии курение табака является наиважнейшим фактором социализации.

«Будто я хочу социализироваться с бандитами», – подумал Хаген.

– Я, вообще-то, спортсмен, – сказал он, оглядывая двор.

– Да тут все спортсмены, камрад.

Хаген уже заметил, что большинство молодых людей на дворе были атлетами, словно бы он находился в огромном спортивном зале. В центре двора стояли тренажёры, но все они были заняты. Многие заключённые были раздеты по пояс. Отжимались, приседали. Две или три пары спарринговались. Хаген невольно потянулся к ним, оценивая технику боя.

Но Роман одёрнул:

– Но одно в тюрьме такое же, как на свободе, – несправедливость. Ты будешь наказан за малейший промах, совсем так же, как на свободе. Ведь из-за этого ты сюда попал? Из-за того, что люди, у которых есть власть, решили тебя использовать для спасения своих задниц?

Хаген даже возмутился:

– Да откуда ты всё знаешь?

– Не всё, но кое-что. Я просто предупреждаю тебя: не лезь в компании, о которых ничего не знаешь.

– Но ты же говорил, что надо социализироваться… Нельзя закукливаться.

– Да, но и мозги не теряй. Скажи, ты на свободе подошёл бы к такой толпе?

Хаген присмотрелся к огромным татуированным амбалам: у всех было грозное выражение лица, все демонстрировали ежесекундную готовность драться за место под солнцем.

Покачал головой, признаваясь:

– Нет…

– Если тебе охота заниматься спортом – занимайся. Бегай, прыгай, делай отжимания. Кровати в наших камерах можно откручивать от пола и поднимать вместо штанги. Главное, чтобы надзиратель не видел. Но когда на этаже дежурит Джимми, то можно. Джимми – свой парень. Ладно, вот и он сам, мне надо с ним переговорить. А ты давай, делай свою тренировку. Я же вижу, как тебе не терпится.

Роман взял у Хагена пакет с ланчем и отошёл к Джимми, который прятался от солнца под козырьком входа в тюремный блок.

Хаген и в самом деле был захвачен желанием устроить себе изматывающую тренировку. Во время суда он полностью забросил их, но вид заключённых, которые занимались спортом, напомнил ему о том, что тренировки нельзя прерывать.

Деметриус уже несколько раз намекал, что скоро все показатели упадут. Но Хаген сильно переживал, ему было не до прокачки.

Майк несмело вышел на дорожку, окаймлявшую весь двор, и ещё более несмело пробежал несколько шагов. Ему казалось, что все на него смотрят. Ускорился. Как выяснилось, заключённые – все эти гангстеры и насильники – интересовались Хагеном так же, как и люди на свободе: то есть не интересовались вообще.

Тогда Хаген втопил во всю силу.

Бег дал ему ощущение свободы, чувство возвращения в собственное тело, из которого его выбило на время суда. Все остатки тумана выветрились из головы. Он отчётливо понял: он здесь надолго. Надо привыкать к постоянному лязганью замков, к дребезжанью связки ключей на поясах надзирателей, к вышкам охранников; привыкать к тому, что весь мир покрылся сеткой и решётками.

Он снова ощущал свои мускулы, силу, выносливость… даже вызвал статы, которые давно не смотрел. «Выносливость» и «Сила» угрожающе мигали. То же самое было с «Ударом рукой» и «Комбо ближней дистанции».

Ничего, скоро он всё исправит.

– Дем? Ты тут? Прости, что накричал на тебя. Как мне вернуть утерянный навык? Как восстановить психическое равновесие?

– Чувак, начни ментальное восстановление вот с чего: перестань общаться со мной, как с реальным человеком. Я не человек. Не надо посылать меня, а потом извиняться за это.

– Ладно, далее.

– Далее нужно вернуть прежние силы. Именно падение физических показателей угнетает твоё душевное состояние.

– Ясно.

Хаген заметил, что один тренажёр освободился. Недолго думая, он свернул с дорожки и уселся на раскалённое от солнца металлическое сидение. Нагрузка уже была выставлена на максимум, поэтому он с усилиями начал выжимать вес, сводя и разводя руки.

Ох, как же он соскучился по тренировкам! Теперь Хаген недоумевал: почему он так упал духом, что забыл свою мечту? Без ежедневного прогресса нет пути в UFC.

– Pinche idiota![5] – Раздалось над его ухом. – Сраный ублюдок!

Кто-то невидимый схватил Хагена за воротник, стащил с сиденья и бросил на землю. Хаген вскочил на ноги: перед ним стоял тот парень – латинос – который был в автобусе и перекрикивался с другим. Майк узнал его по густой татуировке, поднимавшейся до самого подбородка, напоминая кофту с горлом.

Лоренцо «Брикс» Рейес

Очков здоровья: 32000.

Уровень 13.

Боев/побед: 211/133.

Вес: 90 кг.

Рост: 178 см.

Текущий статус: член банды «Суреньос Фамилиа».

– Hijo de tu puta madre![6] – выкрикивал Лоренцо, наступая на Хагена.

Вокруг них быстро образовалась плотная толпа, скрывая происходящее от взглядов надзирателей. А те, что были на вышках, спокойно смотрели сверху, покуривали и ухмылялись.

– Я не понимаю… – ответил Хаген, спешно вспоминая школьные уроки испанского. – No… no puedo hablar… español.