Данияр Сугралинов – Инициал Спящих (страница 74)

Накануне мы изучили прогресс команд-противников. Многие скрыли свои характеристики, но средний уровень тех, чьи данные были в открытом доступе, вырос, в сравнении с прошлым годом, до 21-го. Мы решили не отставать и даже взяли с запасом – после инста огров пошли в Болотину, где добили уровни до 22-х, на этом притормозив. На Арене это будет в пределах нормы и не вызовет вопросов.

Излишки опыта сливали подросшим и, я бы сказал, возмужавшим иглоколам. Колючка Тиссы и Хрень Бомбовоза оказались девочками, у них даже цвет туловищ стал нежнее, чем у самцов. Те и стрекотали грубее, и вообще вели себя по-хамски. Игги, например, все время норовил сагриться первым, игнорируя команду находиться рядом и защищать хозяина. Пока бродили по топи, он пару раз умудрился чуть ли не нырнуть под воду, чтобы напасть на голованов. Диковатый он пока.

На 25-м уровне иглоколы достигли размеров взрослой особи и теперь выглядели весьма внушительно. Здоровенные, с теленка размером, и опасные – это тебе не какой-то там карманный Нивельский шпиц, кои из-за дешевизны стали самыми распространенными питомцами в Дисе. Те только тявкать и умеют, хотя вроде тоже считаются боевыми питомцами. Ага, боевыми. Против тапок?

Нигде, кроме подземелий и Болотины, иглоколов мы не призывали и не собирались этого делать. Грозная пятерка станет нашим оружием последнего шанса.

Каждый иглокол приобрел собственную абилку. Игги мог издавать Смертельный стрекот – массовый стан всех врагов в радиусе десяти метров на одну секунду. Вроде мелочь, но эта секунда способна изменить исход боя.

Хоботок забрасывал в цель не одну личинку, а сразу две. Хрень научилась разливать под ногами противника лужицу замедляющей слизи, наносящей урон. Колючка – щетиниться, как дикобраз, и атакующий сам получал урон даже на расстоянии – такая вот магия.

Нам в головы закрались мысли о том, что ИскИн отреагировал на клички питомцев. Подозрения подтвердились, когда Чужой при получении ран стал фонтанировать кислотой.

– «Сноусторм», вы серьезно? – восхитился Краулер. – Личинки, кислота…

– Эх, – позавидовал Инфект. – Надо было мне тоже как-то так назвать… Хищник!

– Не-а, поздно, – вздохнул Бомбовоз. – Быть ему Хоботком!

Закончив с прокачкой, мы отправились в город, чтобы докупить недостающие элементы экипировки. Общим решением постановили не тратиться на эпики – просто сменили синие низкоуровневые шмотки на актуальные, рассчитанные на наши уровни. Уложились в полторы тысячи золотых.

Экипировавшись, наша группа перестала напоминать бомжей. Наоборот, своим видом мы теперь внушали уважение большинству игроков песочницы. Бомбовоз даже заикнулся о трансмогрификации экипировки под какой-нибудь красивый комплект, чтобы не ударить в грязь лицом на Арене.

– Тысячу голды или даже больше трансмогрификаторам только за то, чтобы ты там покрасовался? – усмехнулась Тисса. – Может, ты еще макияж себе наложишь? Волосы завьешь? Ты боец или «красивый»? И вообще, я хоть и девочка, но даже не задумывалась об этом.

«Красивыми» называли тех, кто смыслом жизни сделал внешние данные. Эти ребята были заточены на заботу о физическом совершенстве и красоте. В ход шло все: от пластики до банальной косметики. Вроде бы ничего необычного, но они вообще не видели берегов. Так и говорили: «Красота не имеет границ». Некоторые ими восхищались, но мы не видели в их действиях смысла. Понятно, Дениза Ле Бон, которая зарабатывает красотой, но зачем это рядовому дизайнеру ресторанных меню?

Устыдившись, Ханг тут же дал задний ход и почему-то стал извиняться перед Тиссой. Женская магия, не иначе: виноватить парней на ровном месте так, чтоб это каждый раз срабатывало.

– Ладно, закругляемся, – сказал Краулер. – Надо выспаться перед завтрашним днем.

Начинались отборочные игры юниорской Арены. Она, вообще-то, уже стартовала, но наши первые бои должны были состояться только завтра.

Попрощавшись, друзья вышли из игры. Я же остался – из головы не выходили слова Бегемота, и мне хотелось проверить кое-что еще.

Глава 34. В единстве сила

Начался третий день юниорской Арены – и первый для отборочной группы, где собрали пять команд из песочниц нашего региона.

За пару часов до боя нас призвали в Дарант. Телепортация активировалась так же, как на кулинарном турнире, нажатием на печать в пригласительном письме. Жаль, что большой Дис ограничивался для нас только пределами главной Арены Содружества. Выход в город блокировался незримыми стенами.

Мы побродили по зданию, заглянули в сувенирный магазин, полюбовались финальными поединками прошедших турниров, поглазели на движущиеся портреты чемпионов разных лет, а потом пошли готовиться в выделенной нам комнате.

Расположившись в креслах и на диване вокруг столика с прохладительными напитками, мы ждали, когда закончится бой соперников по группе: «Аста-Расты» и «Изумрудного сна». Наблюдали мы за поединком по Шару Эгерии, подвешенному под потолком.

Эд, поглядывая на дерущихся противников по группе, занялся тем же, чем и перед любым важным боем, – принялся проговаривать тактику. В данный момент он изо всех сил готовил нас выступить против первого противника, команды клана «Корпус тьмы».

– Еще раз! Глушим «танка», быстро сносим «тряпок». Последними добиваем «рейнджей». А теперь конкретно…

В Дисе слишком много классов. Так что глобальной градацией бывшие «дементоры» не заморачивались: «танки» – любые персонажи с наибольшим количеством брони и жизни; «тряпки» – маги, жрецы, чародеи и им подобные в тканевых одеяниях; «мили» – бойцы ближнего боя; и «рейнджи» – соответственно, дальнего. А еще «саппорт» (то есть классы поддержки): барды, инженеры, феи, знаменосцы, целители – в общем, все, кто больше усиливал союзников, чем наносил урон.

– Скиф, как сблизимся, сразу врубай Жуткий вой, разрядим им медальоны. Инфект ошеломит паладина, и все вливаются в него до «пузыря». Скиф, важно, чтобы ты его тормознул до его неуязвимости! Бом с Инфектом в это время рвутся к магу и жрецу, Тисса их держит, а мы со Скифом возьмем на себя следопыта и охотника, одновременно будем кайтить пала. Как выйдет из пузыря, сразу фокус на нем, Скиф! И не забывай про Замедляющие выстрелы!

– Давайте я из лука просто сразу кончу их хилера? – предложил я. – Никто и не поймет…

– Алекс, я тебе сто раз говорил и скажу в сто первый! Как бы ни сложилась ситуация, ни в коем случае!.. – Краулер беззвучно зашевелил губами, не говоря вслух про мои экстраординарные способности, но имея их в виду, а потом зашипел: – Завтра все логи боев будут изучаться под лупой. Аналитики, заметив любое отклонение от нормы, обязательно заострят на нем внимание. От этого до интереса «учителей» – доли секунды…

– Да понял я, понял, – огрызнулся я.

На чемпионате мира среди зануд Краулер взял бы первое место. С нашего первого Поля боя, когда я, психанув, пошел всех крушить чумой, он каждый день нудел о недопустимости подобного, ведь был заинтересован в развитии потенциала «угрозы» чуть ли не больше меня.

– Просто помни, если проиграем, потеряем всего лишь твоего легендарного пета. Он дорог, не спорю, но ставки на порядок выше, понимаешь? – говорил он мягко и спокойно, будто втолковывал что-то своей младшей сестренке Полианне.

– Хорошо. Не волнуйся, я буду действовать как лучник. Даже кулаки использовать не стану.

За счет задранных основных характеристик, 75-го уровня Стрельбы из лука и развитых новых выстрелов, которым меня обучил наставник Конрад, я мог драться на Арене как настоящий лучник.

– Даже?! – воскликнул Бомбовоз. – От твоих Молотов вековые деревья рушатся, и кто поверит, что ты лучник?! Спалишь «гражданство»!

– Палить – это по части Краулера, – отшутился я.

– Жаль все-таки, что мы не накопили на Медальоны гладиатора, – вздохнула Тисса. – Они есть у всех топовых команд.

Остальные печально вздохнули. Медальоны, снимающие эффекты контроля раз в пять минут, можно купить только за Знаки доблести, и мы надеялись, что в первых боях удастся обойтись без них.

– Для всех, кто только присоединился к нашей трансляции: э-э-э-то-о-о Ар-р-р-ре-е-н-на! – прорычал бессменный комментатор Дариуш Ковальски по маго-визору.

Дариуш не игрок, но человек. «Сноусторм» переманил его из Мировой лиги боевых роботов лет десять назад, и с тех пор все состязания комментировал только он в компании приглашенного гостя.

– Арена, но юниорская, – заметил Рэм Мей, второй комментатор. – Напоминаю зрителям, что в ней участвуют только игроки подростковых песочниц!

– Ох уж эти подростковые бои, – засмеялся Ковальски. – Бессмысленные и беспощадные!

– Здесь я с тобой не соглашусь, коллега, – сказал Рэм. – Множество чемпионов взрослой Арены вышло из таких вот песочниц…

– И ни одного в составе «Модуса»! Действующих чемпионов! – перебил его Дариуш. – Никто из них не блистал в песочнице, но скажи, Рэм, чьи лица в небе ты видел, когда летел в студию? Команды «Модус»!

– Это да. Но я тоже могу кое-что напомнить. Двенадцать лет назад на этой самой Арене чемпионом стал один пятнадцатилетний мальчишка. Его звали Магвай. Помнишь такого?

– Кто не знает лучшего игрока мира? – смутился Дариуш Ковальски, но тут же взял себя в руки. – Мы отвлеклись! Итак, продолжаем отборочную серию игр следующим боем…