Данияр Сугралинов – Инициал Спящего (страница 73)

— Тысячу голды или даже больше трансмогрификаторам только за то, чтобы ты там покрасовался?

— спросила Тисса. — Может, ты еще мейк-ап сделаешь? Волосы завьешь? Ты боец или «красивый»?

И вообще, я хоть и девочка, но даже не задумывалась об этом.

«Красивыми» называли тех, кто смыслом жизни поставил внешние данные. Эти ребята заточились на физическом совершенстве и красоте. В ход шло все: от пластики до банальной косметики. Вроде бы ничего необычного, но они вообще не видели берегов. Так и говорили: «Красота не имеет границ».

Ну, а когда улучшать нечего или не хватает возможностей, можно заняться внешним украшательством — оттенки кожи, цвет волос, глаз и ногтей, пирсинг, татуировки, одежда, косметика, имплантированная бижутерия и биохакинг. «Красивыми» некоторые восхищались, но в нашей компании больше посмеивались. Никто из нас не видел в их действиях смысла. Понятно, Дениза Ле Бон — она зарабатывает красотой, но зачем это рядовому дизайнеру ресторанных меню?

Так что Ханг тут же дал задний ход и почему-то стал извиняться перед Тиссой. Женская магия, не иначе. Как они так виноватят парней на ровном месте?

— Ладно, закругляемся, — сказал Краулер. — Надо выспаться перед завтрашним днем.

На следующий день у нас начинались отборочные игры юниорской Арены. Она, вообще-то, уже стартовала, но наши первые бои только завтра.

Попрощавшись, ребята вышли из игры. Я же остался — из головы не выходили слова Бегемота, и мне хотелось проверить кое-что еще.

***

Мы сидели в выделенной нам комнате в подтрибунном помещении главной Арены Содружества. Это не та, на которой я дрался с Утесом, но построили ее по тому же принципу. Разве что намного масштабнее.

Небольшое помещение: посередине столик с прохладительными напитками, вокруг него кресла, у стены диван, под потолком Шар Эгерии, проектирующий на другую стену происходящее на Арене.

Для комфортного просмотра одновременно проходит только один бой на территории всего ристалища, а пятнадцатиминутные схватки идут одна за другой с утра до позднего вечера — в школах зимние каникулы. Ландшафт боевой зоны каждый раз меняется случайным образом.

— Алекс, я тебе сто раз говорил и скажу в сто первый! Как бы ни сложилась ситуация, ни в коем случае не юзай читерские абилки! — твердил Эд. — Даже чумной энергией не пользуйся! Завтра все логи боев будут изучаться под лупой всеми: и кланами-участниками, и обычными зрителями.

Аналитики и статистики, заметив любое отклонение от нормы, обязательно заострят на этом внимание. От этого до интереса «превентивов» — доли секунды…

— Да понял я, понял, — огрызнулся я. В чемпионате мира среди зануд Родригез взял бы первое место. — Все будет хорошо, Эд.

С нашего первого Поля боя, когда я, психанув, пошел всех крушить чумой, Краулер каждый день нудел о недопустимости подобного впредь. Парень был заинтересован в развитии потенциала моей «угрозы» больше меня.

— Просто помни: в случае проигрыша спора все, что мы потеряем, — твой легендарный пет. Он дорог, не спорю, но ставки на порядки выше, понимаешь? — говорил он мягко и спокойно, будто втолковывал что-то своей младшей сестре Полианне.

— Хорошо, Эд. Не волнуйся, я буду действовать как лучник. Даже кулаки использовать не стану.

— Не дай бог! — воскликнул Бомбовоз. — От твоих Молотов вековые деревья рушатся! Не спали контору, Скифи!

— Палить — это по части Краулера, — отшутился я.

За счет задранных основных характеристик, высокого уровня Стрельбы из лука и развитых новых выстрелов, которым меня обучил наставник Конрад, я мог драться на Арене как настоящий лучник.

Безоружный бой вырос до семьдесят пятого уровня, а для песочницы это предел. Мобов выше двадцать пятого я здесь не видел — Для всех, кто только присоединился к нашей трансляции: э-э-э-то-о-о Ар-р-р-ре-е-н-на! — прорычал бессменный комментатор Дариуш Ковальски по маго-визору.

Дариуш не игрок, но человек. «Сноусторм» переманил его из Мировой лиги боевых роботов лет десять назад, и с тех пор все состязания комментировал только он и какой-нибудь сменяющийся напарник, приглашенный гость.

— Арена, но юниорская, — заметил Рэм Мей, второй комментатор. — Напоминаю зрителям, что участие в ней принимают только игроки подростковых песочниц!

— Ох уж эти подростковые бои, — засмеялся Ковальски. — Бессмысленные и беспощадные!

— Здесь я с тобой не соглашусь, коллега, — сказал Рэм. — Множество чемпионов взрослой Арены вышло из таких вот песочниц…

— И ни одного в составе «Модуса»! Действующих чемпионов! — перебил его Дариуш. — Никто из них не блистал в песочнице, но скажи, Рэм, чьи лица в небе ты видел, когда летел в студию?

— Это да. Но тоже имею кое-что напомнить. Двенадцать лет назад на этой самой Арене чемпионом стал один шестнадцатилетний мальчишка. Его звали Магвай. Помнишь такого?

— Кто не знает лучшего игрока мира? — смутился Дариуш Ковальски, но тут же взял себя в руки. — Мы отвлеклись! Итак, мы продолжаем отборочную серию игр следующим боем...

— На третью арену вызываются команды кланов «Пробужденные» и «Корпус тьмы»! — раздалось в комнате. — Минутная готовность!

Мы переглянулись и, не сговариваясь, одновременно поднялись из кресел. Двадцать секунд ушло на то, чтобы экипироваться. Оставшееся до призыва на поединок время мы стояли, стянувшись в круг, обнявшись и склонив головы.

— Клан «Пробужденные», представляющий Тристад, встретится с кланом «Корпус тьмы» из Эбенгарда, — затараторил Дариуш. — Обе команды из отборочной группы NA-12. Всего в ней пять команд. Каждая встретится в бою с каждой. За победу начисляется одно очко, за поражение — ноль.

Две лучшие команды группы выйдут в основную сетку плей-офф, откуда начнут свой путь к званию чемпиона этого года!

Ш-шу-у-ух-х! Только что мы находились в тишине, а в следующее мгновение оказались в стартовой позиции на бурлящей от зрителей Арене.

Пара секунд ушла на то, чтобы перестроить зрение. Нас перенесло так же, как мы стояли, — кругом.

Разделившись, осмотрелись. Справа виднелся заброшенный трехэтажный дом, слева заросли какой-то буйной растительности, в дальнем от нас конце поднимался настоящий лес. В центре возвышался холмик. Здесь вообще все декорации были настоящие: маги просто копировали реально существующий участок местности.

— Мы расскажем вам о составах команд сразу же, как только начнется бой! — пообещал Дариуш. — А сейчас... Три! Два! Один!

— Деритесь! — взорвались трибуны

Глава 29. Первый храм

В Дисе слишком много классов. Так что глобальной градацией бывшие «дементоры» не заморачивались: «тряпки» — маги, жрецы и им подобные в тканевой броне, «мили» — то есть бойцы ближнего боя, и «рейнджи» — соответственно, дальнего. А еще поддержка или «саппорт». Эти могли быть бардами, инженерами, феями, знаменосцами, хилами — в общем, всеми, кто больше усиливал союзников, чем наносил урон.

Первый бой мы слили вообще без шансов. До выхода на Арену Эд с Тиссой определили тактику: станим паладина, быстро сносим «тряпок», то есть, двух магов, после чего переключаемся на хила. Последними добиваем стрелков: следопыта и охотника.

Как и намеревались, сразу после «Деритесь!» успешно законтролили пала и ринулись фокусить ближайшего к нам мага. Пока добежали, тот сотворил четыре иллюзии, следопыт разбросал вокруг него ловушки, охотник захватил позицию на возвышенности и натравил на Тиссу медведя... В общем, сложили нас одного за другим — под улюлюканье зрителей и едкие иронические комментарии Дариуша — стремительно и профессионально. Я, честно, растерялся и умер последним только за счет быстроты ног, Каменной кожи и высокой Устойчивости. Пока меня пытались добить, сумел все-таки отправить на перерождение их иллюзиониста.

Потом долго ждали следующую схватку. Клан «Изумрудный сон» казался слабее, чем «Корпус тьмы», и мы надеялись реабилитироваться.

Напрасно. Умудрились продуть и им. Побарахтались, само собой, даже вынесли дерзкого разбойника и шамана воды. Первого выцепили из инвиза и сразу загнали в стан, больше оттуда не выпуская, второго по традиции добил уже я, оставшись один.

В результате бездарно слились. У них даже хила не было, зато Тиссу снесли первой. Потом под раздачу попал Краулер, я шуганул их Жутким воем, они сразу же как-то сняли Страх и добили мага огня. Инфект вгрызся в их чернокнижника, а через секунду сам побежал в Страхе. Лока, кстати, петоводил и водился с Демоном бездны, это впечатлило даже Эда. С таким классом действует бешеный штраф на набор репутации у фракций Содружества — очевидно, что чернокнижник планирует переметнуться к Темным сразу после песочницы. Добили меня за счет сработавшего проклятия Внезапной смерти.

Короче, снова проиграли и оказались на грани вылета. Из группы выходят только две команды, и даже если победим в оставшихся боях, не факт, что займем место выше третьего.

Радовало только то, что у «Аксиомы» дела шли не лучше. В первом поединке они разгромно продули юниорской команде «Модуса», а во втором по глупости сами отдали победу — убили двоих, при этом все пятеро у них оставались живы, но вместо того чтобы отступить, залечить раны и спокойно вынести оставшихся противников, кинулись добивать. Не смогли, подорвались на магической мине и застыли на десять секунд. Соперникам этого хватило, чтобы обратить результат в свою пользу.