реклама
Бургер менюБургер меню

Данияр Сугралинов – Дисгардиум 1. Угроза А-класса (страница 9)

18

– Спасибо. – Я всмотрелся в ее профиль. – Спасибо, Рита!

Она закатила глаза.

– Вали уже, Шеппард!

Глава 3. Официально не рады

Закинув дубинку на плечо, я под зазывания торговцев дошел до ворот, но там меня остановил стражник Миллс:

– Спрячьте оружие, молодой человек!

– Разве это запрещено?

– Вам – запрещено. Город вам не доверяет. Я вам не доверяю. Убрать оружие!

Он положил руку на рукоять меча в ножнах и выжидающе вперил в меня взгляд. Понятно, репутации с городом недостаточно, и горожане относятся ко мне с недоверием. Так что я кивнул и спрятал дубинку в инвентарь. Одна из тех уступок игровым привычкам старой школы, которую «Сноусторм» оставил в ущерб реализму: инвентарь здесь внепространственный и безразмерный, лишь бы хватало заявленного объема сумок, измеряемого в слотах, и грузоподъемности персонажа.

От ворот по прямой центральной улице я шагал к зданию городского совета и еще долго чувствовал буравящий спину взгляд Миллса.

По Тристаду разгуливали толпы народа, даже несмотря на то, что многие побежали сражаться с «угрозой» Z-класса – каким-то незадачливым игроком, ставшим на свою голову некромантом. Я не так уж много знаю об «угрозах», но слышал, что зачастую этот статус в Дисгардиуме случайно инициируется самими игроками. Постоянное генерирование массы «угроз», а стать ею можно на любом уровне, вносит разнообразие в геймплей и позволяет игрокам повеселиться и заработать.

Другое дело, зачем это самим «угрозам»? Не знаю. Я как-то из интереса пытался покопаться на текстовых форумах, но ничего, кроме слухов или догадок, не обнаружил. Как будто корпорация просто запрещает всем игрокам, побывавшим в роли всемирного пугала, что-то рассказывать, имея при этом мощные рычаги, чтобы пресечь любые попытки огласки…

С моими характеристиками оказалось непросто пробиваться через толпы народа. Все вокруг были сильнее, тяжелее и мощнее, чем я.

Проскальзывая между воином в латных доспехах и девушкой, я наступил на подол ее платья. Ткань натянулась и начала с треском рваться. Ноги девушки обнажились, она чуть не упала, но ее подхватил латник. Другой рукой он успел цапнуть меня за ворот рубахи.

– А ну стоять! – грозно рыкнул он.

– Стою. – Я разочарованно вздохнул.

После новости о разводе родителей все катилось в пропасть, и это – просто еще одна подлянка от жизни в общую копилку.

– Ты причинил ущерб этой даме!

«Дама» – четырнадцатилетняя девчонка 1-го уровня, новичок Виста. А этот бугай, что строит из себя рыцаря, – воин 12-го уровня Утес, он же пятнадцатилетний Тобиас Ассер. Боже, какой дешевый подкат! Но Висте понравилось, и она требовательно посмотрела на меня.

– Это было не нарочно. Прошу прощения…

– Извинениями не отделаешься! Ты должен компенсировать ущерб! – протянул Утес и самодовольно посмотрел на Висту. Та ободряюще улыбнулась, совсем не смущаясь голых ног.

– Да какой ущерб? Это же стандартное платье новичка, пусть зайдет в свою комнату в таверне и вытащит из сундука новое…

– Я вообще-то спешу, меня подруга ждет! – бросила Виста.

– Я не специально!

– Плати за ущерб, иначе я вызову стражу! – рявкнул воин.

– У меня нет денег. Оплатить ущерб нечем, так что…

– Стража! – вдруг заорал Утес. – Я поймал преступника!

Да что за бред? Он серьезно? Я попробовал вырваться, рубаха порвалась, и тогда воин схватил меня за руку. Вот привязался!

– Какая стража, Утес? У меня реально нет денег!

– Ага, конечно. Ты больше года тут и хочешь сказать, что у тебя не найдется даже жалкого медяка? Будешь объясняться со стражей… А вот и они! – Утес поставил меня перед троицей прибежавших стражников. – Стражник Гейл! Этот преступник нанес ущерб прекрасной даме Висте и должен понести наказание!

– Преступник он или нет, будет решать господин судья, – проворчал Гейл. – Взять его, ребята!

«Ребята» схватили меня под руки. Гейл задал направление и громко рявкнул:

– Дорогу страже!

Народ расступился, освобождая нам путь.

– Ты такой сильный! – раздался за спиной голос Висты.

Ответа Утеса я уже не услышал, но подумал, что тот доволен. Цеплять девчонок в игре все горазды, в этом ничего нового. Как и в том, что некоторые девушки совсем не против получить помощь прокачанного игрока, удачно стрельнув красивыми глазками.

«Да вы тут все сбрендили!» – крутилось в голове, пока меня куда-то волокли. Народ здесь вел себя так, будто это и есть настоящая жизнь, а не просто отыгрыш персонажа в ролевой игре. Как-то странно…

Мы прошли пару кварталов, а потом стражники завели меня в безлюдный переулок и прижали к стене. Старший стражник Гейл приблизил лицо и, громко рыгнув и обдав луковым духом и перегаром, интимно прошептал:

– Договоримся без судьи? Три медяка – по одному на брата – и ты свободен. По рукам?

– У меня нет денег, стражник Гейл.

– А если подумать?

– Думай – не думай, а денег нет.

– Ну медяк-то хоть есть? Ребята после смены расслабятся, а?

– Был бы медяк, отдал бы его той девушке, стражник Гейл.

– Бездна!

Он в сердцах ударил латной перчаткой по стене и наморщил лоб, думая, что бы из меня выжать.

– Тащиться к судье, Гейл? – недовольно спросил один из стражников. – Может, ну его…

– В бездну! – вынес вердикт Гейл. – Идемте, ребята. А ты, Скиф, держись-ка подальше от Тристада. Здесь тебе официально не рады!

Ваша репутация с городом Тристадом понижена: −5.

Текущая репутация: недоверие.

Стражники ушли, мгновенно обо мне забыв. Мыслями они уже выпивали с друзьями и играли в карты за столом таверны.

Я посмотрел на прогресс-бар репутации с городом: пока не враждебность, но уже близко. До этого доводить нельзя ни в коем случае, иначе в город мне не попасть.

Ладно, ничего страшного. За счет социальных квестов можно восстановить и повысить уровень репы хотя бы до дружелюбия. Это увеличит торговые скидки, мне будут давать более интересные задания, да и вообще сделает жизнь в Тристаде комфортнее.

В общем, стоило попытать счастья, поговорив с первым советником Уайтекером. Конечно, я помнил его самое первое «поручение», за которое ничего не получил. Как бы опять не нарваться на что-то подобное… С этими мыслями я побежал к зданию городского совета, пока оно не закрылось.

К несчастью, Уайтекер уже закончил работу и шел прочь от здания. Заметив его спину, я рванул за ним и завопил:

– Советник! Постойте!

– Да? – Он обернулся, в нетерпении перебирая ногами на месте. – Что вы хотели, Скиф?

– Нет ли у вас для меня каких-либо поручений?

– Поручений? – Он задумался, покачал головой. – Нет, молодой человек… На сегодня все задания уже розданы, приходите завтра, и я что-нибудь для вас придумаю.

– Я обязательно приду и завтра, советник Уайтекер, спасибо. Но вдруг… может, у вас найдется что-то поинтереснее, чем уборка улиц и разнос почты?

Его улыбка оставалась приклеенной, но глаза смеяться перестали. Он изучающе посмотрел на меня, во взгляде мелькнуло что-то неуловимое.

– Поинтереснее?

– Да. Не такое скучное.

– Не такое скучное? Я вас понял. Вынужден пояснить, что уборка общественных территорий и своевременная доставка почтовой корреспонденции очень важны для горожан. В жизни много важных и необходимых вещей, которые вряд ли можно назвать интересными. Видите ли, работа в принципе не должна развлекать. За развлечения, понимаете ли, мы не платим. Когда приезжие оказывают городу услугу, взяв на себя эти, как вы выразились, малоинтересные занятия, город отвечает им уважением и гостеприимством. Если же приезжие воротят нос от основополагающих вещей, благодаря которым Тристад остается привлекательным и комфортным для жизни городом, значит… Значит, этим приезжим не место в Тристаде. Город не может доверить важные функции таким гостям, как вы, Скиф.

– Простите?