Данияр Сугралинов – Чумной мор (страница 21)

Свернув окно, я вернулся к достижению, выданному за прохождение сокровищницы, чтобы выбрать награду.

Бонусы к броне, уклонению и парированию откинул сразу, учитывая перспективы Неуязвимости Спящих. Бонус к скорости передвижения хорош, но бегаю я и без того в два раза быстрее мобов, и дополнительные тридцать процентов большой погоды не сделают. Задумался над плюсами к простому и критическому урону. Касаются ли они только базового показателя? Исходя из него, высчитывается финальный урон с учетом оружия, специальных приемов и боевого навыка. Но коснется ли это Возмездия Спящих? Непонятно.

В любом случае на своем уровне я справляюсь с тем, что есть, причем легко, а против превосходящих сил играет только возмездие. Оно хорошо тем, что игнорирует уровни и показатели защиты противника, но есть и обратная сторона: ущерба ровно столько, сколько энергии влито в удар. И в этом случае шанс критического урона становится бесполезным. Возмездие не критует. Так, отсекая одно за другим, я пришел к тому, что взял «+5% к шансу оглушить противника на 1 секунду при любом нанесении урона». Даже если сработает лишь раз за бой, это может стать переломным моментом: стан прерывает кастуемые заклинания, раскрывает противника и дает возможность перехватить инициативу.

Очки характеристик я по большей части распределил между восприятием и выносливостью еще в сокровищнице. Первое, помимо того, что отразилось на ряде второстепенных показателей, повысило радиус действия Возмездия Спящих. Второе улучшило выживаемость. Для тридцать девятого уровня мои характеристики смотрелись более чем хорошо.

Еще один уровень — и я смогу воспользоваться Свистком призыва! Представил, как буду рассекать по форту на Легендарном призрачном волке, и мои губы растянулись от уха до уха.

Имбовые показатели шансов уклонения и критического урона, а также высочайшая меткость хороши только со сравнимыми по уровню соперниками и ниже. Штрафы при драке с топами, как игроками, так и мобами, жестко порежут все эти показатели за каждый уровень разницы на десять процентов.

Что касается поединков с равными, то и здесь не все так просто. Скажем, мои двести с лишним процентов шанса уклониться будут снижаться вдвое с каждым успешным уходом от атаки. Этот эффект называет диминишинг. Он делает невозможной ситуацию, при которой я успешно уклонюсь от более чем пяти-шести ударов подряд, да и сработает только против физических атак.

В борьбе с чарами требуется совсем другой показатель: сопротивляемость магии, причем каждой стихии отдельно. У меня пока такого даже нет, потому что для людей это не врожденный параметр, усиливаемый только за счет экипировки. Имеется разве что Каменная кожа…

— Дорогу! — проревел викинг на огромном белом медведе, едва не перевернув нашу повозку и сбив меня с мысли.

Извозчик виртуозно избежал столкновения и послал вслед викингу трехсотого уровня тихие проклятия. Я глянул карту — до Патрика оставалось ехать пару кварталов. Использовал это время, чтобы просмотреть награбленное в сокровищнице, но все изучить не успел. Система сбалансировала плюшкопад — большую часть лута составили эпические масштабируемые «болванки». Это хорошо, позволит приодеть весь клан. Навалило с десяток магических фолиантов — будем разбирать вместе с Краулером.

Что поразило еще в сокровищнице, так это то, что некоторые артефакты требовали идентификации. Вроде бы подобную процедуру предлагали в Университете магии Даранта, но это могло потерпеть. Названия артов со скрытыми свойствами интриговали: аксессуар «Уравнитель», кольцо «Средоточие стихий», трезубец «Громовержец»… Причем я даже не понял, легендарные ли они! Качество предметов, как и их свойства, не отображались.

— Приехали, госпожа, — сообщил извозчик.

Поблагодарив его, я вылез из повозки и направился к таверне «Благодарность за отвагу». Как я понял по публике, зайдя внутрь, довольно популярное место среди легионеров и ветеранов армии Содружества.

***

Патрика я нашел в самом естественном для него состоянии: в дым пьяным у барной стойки. Он шумно скандалил, требуя долива пива после отстоя пены, причем не для себя, а ради кого-то из посетителей. Причина его праведного гнева выяснилась тут же: Патрик напрашивался на угощение. Но седоусый ветеран не удостоил первого жреца Спящих и взглядом, меланхолично прихлебывая из бокала. Патрик безуспешно гипнотизировал вояку взглядом, однако тот обладал бескрайней выдержкой.

— А я напоминаю нашим гостям, что совсем скоро на заднем дворе таверны состоятся бои питомцев! — огласил чей-то голос на весь зал. — Записывайтесь! Неделя бесплатной выпивки победителю! Ставки можно сделать…

Все это время я топтался за барной стойкой, не решаясь заговорить с Патриком. Чуть дальше от него шумно пировали игроки, и, не зная заранее реакции О’Грейди, говорить с ним прилюдно было рискованно.

Втиснувшись между ним и ветераном, я заказал два эля. С плеча ухнул прилично уменьшившийся Игги в виде совы, пришлось заказать ему мяса. Я же говорил, что иглоколы — плотоядные хищники? Еда питомцу нужна не только для восстановления бодрости и очков здоровья, но и для роста. Каждый прием пищи давал небольшой приток опыта.

Патрик, заметив нас, заинтересованно смерил меня взглядом и расплылся в щербатой улыбке:

— Славная нынче погодка… э…

— Можете звать меня Шелли, мистер О’Грейди, — ответил я. — Позволите угостить вас элем?

— Не знаю, не знаю, — кокетливо покачал головой Патрик. — У меня так много дел! К тому же дома ждет прекрасная жена и дети…

Бармен поставил на стойку два запотевших бокала. Взяв их, я бросил Патрику: «Как хотите», — и направился к свободному столику. Найти такой оказалось непросто, для этого пришлось переместиться в другой зал, поменьше и без сцены.

— Постойте, Шелли! — отчаянно запротестовал Патрик. — Вы знаете, что я почетный гражданин Тристада?..

Развязавший городской пропойца семенил следом, шумно рассуждая о том, что бокал прохладного пива не может помешать его планам, да и жена вряд ли ждет дома, ведь она собиралась пойти погулять по магазинам с подружкой, а дети… что дети? Детям найдется, чем заняться с няней. К окончанию пути оказалось, что детей и вовсе нет, да и не женат Патрик, просто вырвалось для красного словца при виде такой прекрасной дамы, коей я, вне всяких сомнений, являюсь, а…

— Помолчи, Патрик. Я от Скифа. Помнишь такого? Не произноси имя вслух, за ним охотятся.

Сказав это, я уселся за стол и глазами показал Патрику на место напротив.

Тот сглотнул, косясь на пиво. Я кивнул, и он присосался к бокалу. Шумно фыркая, опустошил наполовину и умиротворенно откинулся. Потом его брови поднялись, и пропойца восторженно возопил:

— Ски…

Я пнул его под колено.

— …тальцем был, скитальцем и остался! Мальчик мой! Где он?

— Просил передать привет. Что случилось, Патрик? Ты же бросил пить и поехал встретиться с Джейн!

— Моя прекрасная Джейн…

Спустя еще пару бокалов, заливаясь слезами, соплями и пьяными откровениями, он выдал, что Джейн вышла замуж за какого-то высокопоставленного мага и укатила за фронтир в экспедицию. Патрик пытался заговорить, но девушка его не узнала.

— Забыла… — горько усмехнулся пьянчуга.

Я подумал, что вряд ли. Сложно забыть того, кого никогда не знал. Но разбираться с загадками истории личности Патрика было не время.

— Печальная история, — посочувствовал я вполне искренне. — Скиф сказал, что тебя надо доставить к нему. Спящий нуждается в своем первожреце. Кроме того, он упомянул о канализационных троггах. Где я могу их найти? У меня для них сообщение.

— Трогги… — печально произнес Патрик. — Они ушли.

— Куда именно? Ты знаешь, где их найти?

— Их вождь Муварак на прощание сказал, что они направляются в Каменное ребро. В Даранте их считали за мусор и вычищали как могли, но не трогали, если трогги не высовывались с нижних уровней канализации. Все стало хуже, когда там, внизу, что-то пробудилось. Трогги оказались в капкане: снизу атаковала нечисть, сверху — стража Даранта. Одной темной ночью они прорвались наружу и через сточные пруды ушли на север…

Пока он рассказывал о печальной судьбе канализационных троггов, я изучал карту. Каменное ребро обнаружилось в зоне «Буреломье», предназначенной для игроков от сорокового до пятидесятого уровня. Несколько инстансов, пара рейдовых подземелий, штук пять клановых замков. Где там искать троггов, и стоит ли оно того? И как потом перетащить их на Кхаринзу? Двигаться глубинкой, даже группами, не вариант. Патрик говорил, что в племени почти тысяча особей, здесь нужен Большой рейдовый портал. Что-то вроде того, что ставил маг «Модуса» в ущелье.

— Забавная у тебя птичка, Шелли. — Патрик обратил внимание на моего питомца, перенявшего, похоже, не только облик совы, но и ее повадки. Игги по-птичьи, стоя на столе, рвал мясо, прижав его когтистой лапой, и заглатывал, запрокидывая голову. — Как там… парень?

— Просил тебя присоединиться к его клану. Сказал, что такой опытный боец и солдат, как ты, будет очень полезен. Кроме того, в форте клана есть таверна с неограниченной выпивкой для членов. Вступишь?

Зрачки Патрика расширились, когда он, став соклановцем, увидел мой истинный облик: я воспользовался подобной опцией так же, как Инфект позволил нам видеть себя в незаметности. Понимание пришло не сразу — Патрик долго тер глаза, потом пытался сфокусироваться, но зрачки упорно расходились в стороны. Когда же все удалось, и пропойца понял, что перед ним Скиф, он разразился проклятиями, обвиняя в том, что я взвалил на него слишком многое. Но увидев, как я прижал палец ко рту, О’Грейди кивнул, заозирался и, казалось, протрезвел.