Данияр Сугралинов – Буквы (сборник) (страница 2)
Тишина. Вадик краснеет. Анжела Викторовна, выпучив глаза, пытается понять, в чём подвох. Шокированный Александр Дмитриевич артистично «роняет» нижнюю челюсть.
Красота!..
– А что скажет Денис?
Бегло осматриваю комнату, краснею и начинаю что-то бубнить об оживлении эфира, прекрасной новой концепции радиостанции, восторженных слушателях, духовности…
Программист Вадик хихикает в кулачок.
Блядство.
Вот счастье бы…
К старым порванным кроссовкам липнет грязь. Обволакивает, просачивается сквозь дыры. В кроссовках греется, сука. А хрена ли, другой обуви нет. Нужна работа. Встретил только что одноклассника.
– Как дела? – спрашивает.
– Нормально, – отвечаю, – институт закончил, работу ищу.
Осматривает меня сверху донизу, хмыкает:
– Ну, удачи в поисках.
Запрыгивает в свой «Ауди» и уезжает. Автомобиль не новый, но у меня и такого-то нет. Мне чего-нибудь попроще: кроссовки поменять на ботинки, например. Но и тут нужны деньги. Работу бы, хоть какую, но главное – по специальности. Приодеться, матери помочь. Вот счастье бы настало.
– Да вы чего, охренели, что ли? Я, б…., за вас это должен решать? Что? Да меня не волнует! Решайте!
Отключаюсь. Вот суки! Я, когда простым менеджером был, сам подобные вещи решал. Развели детский сад, чуть что – заму генерального звонить. П….ц.
Сажусь в свой «Мурано», звоню матери:
– Ну, что, мам, поехали твою новую квартиру смотреть? Ага, сейчас подъеду, спускайся.
Завожу машину, а сам думаю: «Как же я устал!». Как-то всё опротивело, до чёртиков. Надоело. Пустота какая-то. Работа, пьянки… Одиночество. Влюбиться бы. Семью создать. Уют, тепло. Вот счастье бы настало.
– Сегодня сибиряков надо встретить, накормить, устроить, в баню сводить. Программа стандартная, Миш.
– Саныч, я… Чёрт, не могу я сегодня. Пусть Кияшко встретит, растёт парень, думаю, сам справится.
– Кияшко? Не завалит? Ну, пусть Кияшко. А ты чего довольный такой? Влюбился, что ли?
Чувствую, как по лицу расплывается тупая улыбка:
– Ага, влюбился.
Саныч хмыкает:
– Хорошо, Миш, приятного вечера.
Срываюсь. Успеть забрать кольцо и цветы… Цветы не забыть! Хоть бы согласилась. Хоть бы. Вот счастье бы настало.
Лежу, смотрю телевизор. Она запрыгивает на меня, смотрит так загадочно. «Что такое?», – думаю.
– Миш! – голос срывается и становится совсем тихим. – Я беременна.
– Что? А-а-а!
– А-а-а! Дурак! – орёт она вместе со мной, когда я, обняв, заваливаю её на спину. Целую.
Я буду отцом! Родился бы сын. Вот счастье бы настало.
В кроватке заходится криком сын. А она болтает по телефону. Сука!
– Успокой сына, – говорю.
Негодующе сверкает глазами. «Я перезвоню», – в трубку. Недовольна. Ленивая тварь. Бросить бы. Но сын. Как я раньше не замечал? Истеричная, лживая, ленивая сука. Сутками сидит в чатах каких-то, на сайтах знакомств. Паролей везде наставила. Штирлиц прямо. А тупая какая: фанатка Димы Билана! Уйти бы. Вот счастье бы настало.
Кияшко всё-таки подсидел. Да все на откатах сидят в этой грёбаной компании, я один, что ли?!
Саныч еще, безгрешный наш:
– Миша, не будешь ты больше работать ни в этой, ни в любой другой подобной компании! Понял, мразь? Это я тебе обещаю.
Неделю без работы, а жена уже подаёт на развод. Квартиру банк забирает, в кредит покупал. И что дальше делать?
Счастлив ли я? Конечно. Я понимаю, что быть счастливым – нетрудно.
А вот сохранить то, что есть, – немного сложнее.
Времена жизни
А вот ещё бывает: бежишь по улице, мокрый снег липнет на ресницах и лезет в глаза. Смаргиваешь, снег тает, капли текут по скулам и щекам. А на роже улыбка радостная. И понимание, что вот оно – счастье. Хотя нет, вру, пока без понимания, только подозрение лёгкое на счастье. А то, что счастлив ты сейчас, – это потом понимаешь, когда уже лето на дворе. Рядом она, и хорошо с ней, и виснет она на тебе, и как-то всё легко воспринимается. Как и должно быть, наверное.
Весной вообще всё было зашибись. Но понимаешь это сейчас только, да поздно уже. Всё напрягает. Нелепо суетишься.
То по женской части у неё что-то, а ты разговоры веди с врачами, да только успевай лекарства покупать. А трахаться хочется. Но нельзя.
То родичам её помочь: дача, картошку посадить, баньку достроить, тестя будущего на рыбалку свозить. А друзья девок клеят в это время. На пиво разведут – и те на всё согласны. А ты носишься. И не по-весеннему злое солнце бьёт по глазам. И ещё так многое надо сделать.
А летом всё как-то совсем худо. Жара, пот по телу, думы всякие безрадостные, ещё и она недоступна. Вне зоны, короче. И зачем ты её вчера послал туда? Вернуть будет уже сложно. Алкоголь не в кайф, друзья не помогают. Сидишь, убиваешь время.
СМС эти еще грёбаные: забиваешь одну за другой, клавиатурного Шумахера из себя строишь. Сообщение отправлено. Нет ответа. И вот уже вместо «Прости», «Ты где, любимая?» и «Солнце…» шлёшь «Сука!», «Ох. ла?», «Ты где, б….?». Это не только в тебе дело, это и пиво ещё такое. Отличный антидепрессант – пиво после водки. А утром не хочется просыпаться. Бывает.
Осенью как-то уже проще. Гуляешь, высматриваешь ту самую. Девок меняешь как перчатки. И пару раз в месяц вспоминаешь её. Грязь, слякоть? Насрать, ты заново родился, вылечился, живёшь полной жизнью и, наконец, встречаешь её. Не ту, а новую ЕЁ. Ищешь подходы, выстраиваешь правильную осаду или берёшь с налёту… Да неважно. Главное – добиваешься своего. Она твоя.
И снова зима. Снег, Новый год. А ты бежишь по улице, мокрый снег липнет на ресницах и лезет в глаза. Смаргиваешь, снег тает, капли текут по скулам и щекам. А на роже улыбка радостная. И понимание, что вот оно – счастье…
Всё будет…
– Андрюх, пойдём с нами? – предлагает Макс. – Посидим часок-другой, выпьем пива, футбол посмотрим.
– Да, Андрюш, – присоединяется Маринка, – пойдём! Идёшь? Да? Нет? Не знаешь?
Маринка берёт меня за руку, смотрит в глаза, улыбается. Да, Мариш, я тоже тебя хочу. А-а-а, как же хочется. Хочется посидеть с друзьями-коллегами, выпить пива, почувствовать, как тепло разливается по нутру, как становится проще и легче жить… А ещё больше хочется нормального общения.
– Ну пожа-а-алуйста! – тянет Маринка. – Всего на часок…
Я думаю. Сложно думать, когда тонешь в Маринкиных глазах. В это время Валерка Громов громко (как и полагается с его-то фамилией) со всеми прощается:
– Успешно нажраться! А меня ждёт «Каражан»!
Это он в подземелье собрался в сетевой игре. «Каражан» называется.
– Эй! Стоять! – возмущается Макс. – Какой ещё «Каражан»?
– Э-э-э, «дарагой», «какой-такой каражан-маражан»? – поддерживает Ирка. – Мы ни о «какой-такой каражан-маражан» не договаривались!
– Мы же вместе собирались! Гром! Ты идёшь с нами!
– Э-э-э… – пытается сопротивляться Валерка. – Я там ребят из гильдии обещал сводить в данж…
– Каких ребят? Какой гильдии? Мы – твоя гильдия, понял? Так идёшь?