Данир Дая – Каждая веснушка (страница 48)

— Богато тут, — рассматривал здания Артур, — даже завидно.

— У нас не хуже, — с завистью говорил Роберт, — и где-то даже лучше.

— А ты всё продолжаешь традицию соревнования? — смеялась Маша.

— Нет, конечно. У нас просто получше.

— Я думала о том, чтобы переехать сюда. — мечтательно произнесла Маша.

— Ты мне такое не рассказывала. — отвлёкся от стройки Артур.

— Потому, что ты мне о Москве всегда говорил.

— Кстати о богатстве, — указывал пальцем Роберт на строчки в книге для Ксюши, — тут говорится, что у Ёлмак-хана целая гора из драгоценностей умерших людей в подземелье.

— Ого. Какой он всё-таки мерзкий. Прихватишь пару монеток, как сувенир?

— Воровать? Ну, тогда Тенак-хан точно не станет меня слушать.

— Ворованное не ворует. Будешь, как Робин-гуд.

— Интересно, — улыбнулся Роберт, — почему все так любят Робин-гуда? Он ведь воровал то, что не заслуженно, и отдавал бедным, будто они смогут совладать с тем богатством, что им отдано?

— Потому, что бедных — большинство.

— Так и проявляется лень. Если глобально смотреть, а не на исторический промежуток. Жаловаться все горазды, а делать реальные дела не хочется. Сидишь в луже и жалуешься, что не можешь просушиться.

— Иногда судьба складывается так, что ты действительно не подвластен своей судьбе. Или хочешь сказать, что богатые тоже плачут?

— Плачут, конечно, но тоже показывают, какие они жалкие. Каждый дотягивается тех вершин, которые позволяет рост. В каждом жизненном репертуаре можно найти своё счастье.

— Не думала, что ты так углубишься в моё «Счастье в мелочах».

— Нет, просто нужно поменять воспитание. Справедливости никогда не было и не будет. Я даже не переживаю, что умру молодым и не пытаюсь жаловаться на то, какой я несчастный.

— Но ты ведь не умрёшь.

— Зависит от состоятельности переговоров. — покачал головой Роберт.

— Мне кажется, — заступался за друга Артур, — Роб имел ввиду, что не стоит попусту болтать, а иногда нужны действительно что-то делать. Многие же могут исправить своё положение.

— Спасибо, брат. — дал пять Роберт Артуру.

— Пусть каждый останется при своём мнении. — закончила дискуссию Ксюша.

Проезжая новостройки, заброшенные бараки, что наполовину снесены, зелёные парки, что расставлены по каждому углу и наблюдая за проходящими по своим делам людям в такой солнечный день, Денис остановился неподалёку от исторического здания, построенного из красного кирпича, сохранивший свой облик в истинном виде, без тёплой обшивки, а на здании красовалась табличка, что указывала о исторической значимости здания, что стоит здесь с конца XVIII века.

— Ну, ребят, — выдохнул с разочарованием Денис, — я бы рад дальше вас завести, но мне нужно спешить назад.

— Ничего страшного, — отмахнулась Ксюша, — нас встретят родители.

— Мы доехали, — пожал Роберт руку Денису, — и на том спасибо.

Они вышли с машины будучи налегке, оставив вещи в машине Артура, становясь под козырьком красного здания. Ксюша сразу же начала звонить родителям, чтобы предупредить о том, что они в городе и их нужно встретить.

— Ну что, готов знакомиться с родителями? — разминаясь подстёбывал Артур Роберта.

— Первое впечатление обо мне будет такое себе: сальные волосы, измученный взгляд, тряска рук, как у алкаша.

— Ты ради неё проехал двое суток, напряг связи и был всегда рядом, а самое извращённое, что сделал — только поцеловал её. Думаю, они будут рады, что рядом с ней такой мужчина.

— Спасибо, Арт.

— Не за что, как тебя не похвалить?

— Нет, я имею ввиду… спасибо, что согласился на это всё. Мне это действительно важно.

— Для этого и нужны друзья.

— Только вози машину почаще в сервис и рассказывай сразу, когда мной интересуется какая-нибудь девушка. Хотя, — Роберт посмотрел на разговаривающую по телефону Ксюшу, — сейчас можешь не говорить. Другие меня больше не нужны.

Ксюша попрощалась по телефону и вернулась к друзьям.

— Сейчас приедет отец.

— Они же попали в аварию? Я думала, что машине конец.

— Он занял машину у лучшего друга, пока его в капитальном ремонте.

— Сдашь на права, — толкнул Артур в плечо Роберта, — тебе тоже буду одалживать машину.

— Да ты скорее сам раздолбаешь машину.

Решив, что стоять в ожидании не очень приятно, компания решила отойти на ближайшую скамейку, где снова разбились на пары. Роберт повторял выученные стихи, чтобы план точно сработал, и заметно нервничал.

— Ты в порядке? — с волнением спросила Ксюша.

— Да. Переживаю на счёт встречи. И с богом, и с твоим отцом. Не знаю, что страшнее.

— Не переживай, — подбадривающим тоном произнесла девушка, — ты точно ему понравишься. Отцу, точнее.

— Очень на это надеюсь. Как думаешь, я справлюсь?

— А есть предпосылки, что нет? Ты подружился с богом леса, огня, богиней воды. Воссоединил семью, перенёс на добрую сторону потерянного Булута, хоть ты и не очень любишь деление на добро и зло. До конца изуродовал Ёлмак-хана, хотя казалось, будто хуже быть не может. Ты большой молодец.

— Я всё это делал только, чтобы впечатлить тебя, на самом деле.

— Ты впечатлил меня уже тогда, возле кафе. Так выдержать удар не каждый сможет.

Роберт стеснительно улыбнулся, принимаю похвалу, и приобнял Ксюшу. Город вокруг них пестрил разнообразием и напоминал по своей атмосфере и менталитету Адду с бешенным потоком людских тел в разных конструкциях транспорта: от самокатов и велосипедов до жужжащих мотоциклов и автомобилей разной расценки и статуса. Спешно бегали собаки, вынюхивая столбы знаков и деревьев, гулял редкий пух, а тот, что кучно отдыхал у бордюров, поджигался отдыхающими школьниками, будто данная забава передаётся генетически. Где-то за разрезом зданий рассасывал утренняя пробка, что ежедневно собирается в одном и том же месте, и не исключено, что одними и теми же людьми. В окна выглядывали скучающие бабушки, которым оставалось развлекать себя так между просмотром ТВ-передач и чаёвничеством с такими же потухающими кошками. Свежий японский автомобиль чёрного цвета, отсвечивая от капота солнце, подъехал к скамейке, где сидела компания, и отпустила стекло, откуда выглянул светловолосый мужчина с морщинами у глаз, на одном из которых светился красно-фиолетовый фингал, и переваливающейся рыже-русой бородой, которая точно выдавало родство с Ксюшей. Он не мог скрыть радости, хоть и был немного подбит и не успел восстановиться перед приездом дочери. Компания подорвалась с места и расселась на свои места, как и в внедорожнике Дениса. Роберт сразу же проявил вежливость, пожав руку отцу Ксюши, но не уточнял более, чем своё имя.

— Спасибо, ребята, — начал говорить отец Ксюши, — что поддержали мою дочь. Не думал, что она так быстро найдёт себе друзей. Здесь ей, конечно, было сложнее.

— Пап! — рявкнула Ксюша, чтобы отец не сказал лишнего.

— Хорошо-хорошо, — с злорадством ответил отец, после чего дёрнул рычаг с нейтрального, — просто соскучился по тебе, Сю-сю.

Роберт старался скрыть смех, но теперь знал, какое будет использовать прозвище для Ксюши. Они выехали к больнице, особо не спеша.

— Вы так быстро сели за руль после аварии. — удивлялся Роберт смелости отца Ксюши.

— А чего бояться? Судьба если захочет, то заберёт по-разному.

— Иногда судьбу можно обмануть. — шёпотом отвечал Роберт.

— Только вот Кирю судьба не жалеет совсем. Я виноват в целом за это. Мог же лишний раз посмотреть по сторонам.

— Не вини себя, пап. Сейчас я приеду и вытащим его. Как он вообще?

— Врачи только и говорят, что он в тяжёлом состоянии. Но борется. Борется. Мама кошмарит врачей, но они и без этого делают всё, что в их силах.

Отец Ксюши посмотрел в зеркало и увидел, как тремор одолевает Роберта.

— Как ты? Роберт, верно?

— Да, Роберт. Всё в порядке, спасибо. Просто организм так борется со стрессом.

— Рад, что ты так переживаешь за моего сына. Дочь, надеюсь, не обижал?