Данир Дая – Каждая веснушка (страница 24)

— Только не начинай, драмаквин. Вы ведь всегда мирились. И сейчас помиритесь. Вы ведь идеальная пара.

— В каком месте?

— Вы постоянно находите компромисс. Постоянно работаете над собой. Ты пытался защитить её и не струсил. Даже если это была просто палка. Ты сделал важный шаг.

— Она ведь сказала, что всегда можно поменять решение.

— Сказала сгоряча. Тебе ли не знать её пыл?

Артур вытащил шланг поддевая его на бензоколонку, задумываясь над разговором. Ветер с надрывом прошёл мимо них сквозняком, нагоняя облака. С ними пришли и грозы, а редкие капли уже подкапывали на землю, скрашивая его.

— Всё это сложно. Сложнее, чем казалось.

— Это отношения. Их строить, как здание, только нужной схемы нет, строители пьяные, а поставщики вас кинули. Поэтому приходиться собственными руками строить рай в шалаше, возможно смешивая палки и грязь. Да, может выйти не очень, но будут ведь держаться стены между собой? Тебе хорошо с ней, я вижу. Ты всегда счастлив, всегда светишься рядом с ней. Тебе же даже нравится моменты, когда вы в ссоре.

— Да, — усмехнулся Артур, — она так смешно надувается.

— Тогда цени эти моменты. Одна девушка научила меня этому.

Артур протянул главную в удивлении и радости, что Роберт к кому-то смог прислушаться и проявить симпатию, и шёл к водительскому месту.

— Ты дай ей шанс. Я понимаю, что ты не любишь эту тему, когда она касается тебя, Роб, но время, когда тебе нужно было понять себя, давно прошло. А значит пора довериться кому-то. Я же вижу твой взгляд.

— Арт, я бы с радостью, но… — Роберт указал на свою руку, что поддавалась тряске ещё больше.

— Да ничего такого. Ты не в первый раз обманываешь смерть.

Они посмеялись и залезли в машину.

— Загрузилась, — с счастьем в голосе показывала карту Маша, — тут недалеко есть крупный посёлок и вроде библиотека, но я не понимаю: она что-то типа музея или правда можно купить книгу?

— Какую книгу? — прослушавший весь план Артур спросил у Маши, а после повернулся к Роберту.

— Нам нужен справочник от монстров, Арт. Кто знает, что за существо нам попадётся следующим?

— То есть, наша поездка может затянуться ещё больше?

— Если она закончится ещё, — иронизировала Маша, — но не хотелось бы стать трупом, чьё тело бесцеремонно оставят на съедение тараканов в кухне. А то и хуже.

— По-моему, нам надо спешить в Сарай-Куарт? — повернулся Артур к Ксюше с вопросом в глазах.

— Лучше нам доехать живыми, чем быть съеденными или попасть под власть смерти.

— Ну, — отдёрнул ручник Артур, повернувшись к Маше, что не смотрела на него, — если я при этом условии проведу с тобой больше времени, то мне не жалко.

Они выехали на дорогу. Артур вёл себя более сдержанно с Машей, смотря на неё всё также влюблённо, а Роберт смотрел на Ксюшу, задумываясь над тем, кто она ему и что должен сделать. Ксюша в свою очередь не понимала это внимание от Роберта — он смотрел на неё чаще и дольше, чем за всю поездку, и не так влюблённо и с интересом, а более задумчиво. Она пыталась разбавить обстановку и немного смутить парня, тыкнув ему по носу, но он не менял настроя; она пыталась как-то прокашляться, намекая о странном поведении Роберта, но он выбрался из своих раздумий кивнув своему же решению, что додумал в голове. Дышать все стали реже и тише, слушая надвигающиеся над них грозы, а дворники стирали с лобового стекла редкие, но крупные капли. Маша отдёргивалась от каждого грохота, после чего Артур схватил её за колено, чтобы немного приглушить страх. Он бы и обнял её, поглаживая по спине и прижимаясь губами в шею, водя ими ей со словами поддержки, что всё будет хорошо, как делал это, если у Маши поддавленное настроение, но нужно было вести машину, ведь они и без этого сильно опаздывают, а ещё и нужно заехать в какую-то деревню, чтобы купить книгу и не умереть по пути.

Знаки, сплошные, фуры, реки. Краткий дождь набирал обороты, барабаня по автомобилю чаще. Маша прибавила музыку, чтобы приглушить плачь погоды. Заиграл какой-то русский рок с акустической гитарой, где пальцы перебором звенели по струнам; где пелось про потерянную горесть утраты своей любви. Маша чувствовала тепло ладони Артура на своей ноге, но старалась всё ещё придерживаться своей обиды, не распуская руки, что скрестились на груди. Она смотрела в окно, но украдкой поглядывала на Артура. Удивительно, как связь людей со временем впитывается и в голову: когда она бросала на него взгляд, Артур делал тоже самое. Всего секунду, но их глаза схватывались. Роберт старался сдерживать, но поддёргивался, постоянно придерживая свою руку в стабильном положении, но одному было довольно сложно делать это. Ксюша видела страдания, но всё, чем могла помочь — взять его руку в свои, поглаживая пальцами по больным костяшкам, мило улыбаясь ему.

— Невыносимо, — говорил ей Роберт.

— Похоже на что?

— Как будто раскалённый металл льют в распотрошённую руку.

— Жуть. Может тебе дать обезбол?

— Я не думаю, что он справиться с этим.

— Можно хотя бы попробовать?

Роберт не стал спорить. Ксюша порылась в сумке и вытащила связку таблеток, читая их название и нашла нужные, вытаскивая из оболочки белый круг, передав Роберту. Он резким движением закинул её в рот и вытащил из кармашка двери бутылку воды, запив таблетку.

— Спасибо.

— Рада помочь, — любезно кивнула Ксюша, а после приняла роль матери, — ты как? Не каждый день узнаёшь, что тебе осталось жить всего пару дней, а ты ведёшь себя, будто только не выспался. Как-то неестественно грустно, но не разочарованно.

— А что я могу сделать? Жаловаться бессмысленно.

— А ты попробуй.

Роберт улыбнулся, но сделал вид, будто решил облизнуть губы.

— Гадко, конечно. Столько планов было на завоевание этого мира, а остаётся только думать о том, где взять листок и ручку, чтобы написать завещание. Хочешь что-то из моих вещей?

— Мне нравится твоё худи. Но я думала, что ты мне его просто подаришь, а не оставишь после смерти.

— Я тоже об этом думал. Тебе бы она очень подошла.

— Думаешь?

— Ещё как, — посмеялся Роберт. — Только боюсь, что ты утонешь в ней.

— Знаешь, у тебя есть огромный плюс.

— В том, что я умру?

— Когда ты так говоришь, то звучит не очень. Но везде есть свои плюсы. Ты можешь сделать то, что хотел бы сильнее всего. Представить жизнь, какая бы она могла быть и не сожалеть о выборе. Какая разница?

— Жить одним днём наглядно. Окей, что бы я хотел?

Роберт почесал подбородок трясущейся рукой и увидел серьёзный взгляд Артура в зеркале заднего вида.

— Побывать на свадьбе этого придурка, — пнул Роберт в переднее кресло.

— А куда ты денешься? — спросил Артур. — Я тебя даже из того света вытащу, чтобы ты сидел за столом.

— Ещё бы я хотел открыть свой бизнес. На этом бизнесе заработать побольше денег и скупить квартиры в ипотеку, а покрывать её сдавая квартиры студентам с надбавкой. Потом с этой кучей денег ехать с личным водителем, а на остановке увидеть одну дрянь, остановиться возле неё, отпустить окно и кинуть пару купюр в её сторону.

— Что за бизнес бы ты открыл?

— Он бы открыл сеть ресторанов, — начал говорить Артур, — и кормил бы меня бесплатно.

— Не бесплатно, — пресёк мечтания Роберт, — а со скидкой. На просрочку.

— Ты бы питался дома, — включилась Маша.

Издалека показалась стела о въезде в посёлок, а издалека начали появляться домики и коротыши-хрущёвки.

— Вот именно, — продолжал Роберт. — Нечего размениваться, когда дома полезная еда. Ещё я бы сыграл самую дорогую свадьбу. По крайней мере самую дорогую по меркам нашего города. Мог бы…

Взгляд Роберта, что горел от мечтаний, в миг потускнел, понимая, что это только мечты, которым не суждено сбыться, но он всё равно повернулся к Ксюше, улыбаясь мрачно, по грустному притягательно.

— Но это неважно. Сейчас мне остаётся жить только моментом, верно?

Ксюша кивнула ему с одобрением, что он услышать её и запомнил разговор.

— Например, — показал в окно Роберт, — буду наслаждаться этим прекрасным дождём, а после него свежестью улицы. Буду вдыхать этот приятный запах мокрого асфальта.

Всех сидящих в салоне наклонило немного в бок, когда Артур сворачивал вглубь посёлка, украдкой смотря, куда ему нужно ехать, через телефон Маши, который она ему показывала, но не смела смотреть на самого Артура. Сельская дорога, которая вместо хотя бы дырявого асфальта состояла в большей части из насыпной земли и кальки, клеилась на шины, разбрасываясь кусками в стороны. Дождь и не думал прекращать лить, чем сильнее размывал путь. Артур старался ехать неспешно, не набирать скорость по скоплению луж, а сам в это время уставши зевал.

— Ксюш, — смотрел он в глаза девушки через зеркало, — сможешь повести, когда мы купить эту несчастную книгу?

— Да, конечно.

— А я пока посплю на коленях у Робика.

— Размечтался, — в очередной раз Роберт пнул в переднее кресло.