Данил Счастливый – Я переродился в рпг мире… Ржавым мечом?! Том 1 (страница 6)
К тому моменту мы подошли к деревянному указателю. На нём было две надписи: «Кроссград» — стрелочка вправо и «Тёмные щели» — влево. Сошлись на том, что пойдём налево, как бы тёмные щели стрёмно не звучали, в город нам пока рано. Не знаю почему, но так решил мой хозяин. Шли медленно — ноги Си были совсем плохи, она прошла несколько километров голыми ногами только при мне, и чёрт знает сколько ещё до встречи со мной.
Солнце прошло состояние зенита, песчаная дорожка была изрезана колеями круглых деревянных колёс, значит изредка тут катаются телеги, а прохладный ветерок, пролетая мимо, нёс с собой рыжеватые листики далёких деревьев. В речке то и дело резвилась рыба, а живот Си громко урчал.
Через несколько часов мы прошли локацию «поляна» и вновь зашли в лес, речка ушла направо. Однако это лес оказался совсем другим, деревья были в несколько раз толще, а их корни, как дикие щупальца кракена, вырывались из-под земли. Шумные кроны совсем не пропускали солнечного света. Вскоре солнце ушло окончательно, чаща моментально покрылась мистическим туманом. Вдали вновь кто-то завыл. Стало по-настоящему страшно, ведь, вылезь перед нами монстр сильнее слизня или кабана, вряд ли мы с ним справимся. Уже решив отыскать где-нибудь подходящее под костёр место, мы увидели прыгающий по деревьям свет множества факелов.
Темные щели
Вскоре мы вышли к небольшой деревеньке на десять-пятнадцать домиков. Всего было три с половиной улицы — не заблудишься. Мы выбрали центральную, где было светлее и шумнее всего, если, конечно, полушёпот из трактира можно назвать шумом, и двинулись к самому большому зданию. На улице не было никого, кроме одинокого стражника в потрёпанной броне. Окна соседних лачуг были занавешены. Перепуганная скотина сжималась друг к друге в накренившимся сарае.
Стоило нам приблизиться к таверне, к нам обратился, пожилой на вид, стражник:
— Солнце выходит лишь раз в году в этих местах, кто вы, дорогие странники, и что привело вас в Тёмные щели, дорогие странники? — его рука медленно опустилась к ножнам.
— Не стоит, дорогой местный, называть нас дорогими странниками, покуда не убрал руку с меча, — глядя старику в глаза произнесла Си, а затем поклонилась и положила меня на грязную землю, шепнув лишь: «прости.», — Меня зовут Саламанта, я прибыла к вам с далёкого юга, где тёплый океанский бриз укладывает шумных детей спать, а солнце нагревает золотые кирпичики храма великого Бога Грандис, — девушка скрестила средний палец с указательным, а мизинец с безымянным на левой руке, приложив открывшееся пространство к правому глазу, а затем повторила то же со второй рукой.
Стояла она так, с причудливой маской на лице, неприлично долго и, кажется, даже стражник стал испытывать дискомфорт:
— Зара-ла, за-хо, — прошипела Си, а затем опустила руки. — Меня прислал мой жрец, с указанием помочь тем, кто заблудился в тени могучих дубов. Скажи мне, дорогой местный, дубы ли растут в ваших щелях?
Я же, в это время, претворился самым настоящим мечом, что, впрочем, было не так трудно — мне нужно было застыть, а это практически единственное, на что я способен. Слова Си подействовали великолепно, стражник убрал руку с рукояти.
— Тёмные щели уважают всех богов, дорогой странник, мы действительно живём в тени могучих дубов и будем рады всякой помощи, — он почесал свою бородку, — Моё имя Грегори, я старейшина и единственный страж деревни, прошу простить меня за осторожность, дорогой странник, времена сейчас неспокойные, — он опустил голову и ужасом посмотрел на окровавленные ноги Си. — Прошу, проходите. Моя дочь накормит вас и выделит кровать.
Си подняла меня с земли, вытерев об штанину, за что я был ей крайне признателен, а затем Грегори проводил нас до двери и выразительно кивнул упитанной девушке внутри. Внутренности трактира оказались куда уютнее, чем внешности: ярко горели лампы, как я понял — с магическими камнями внутри, горячо дышал крупный камин, а люди, собравшиеся за круглым столом, так же горячо обсуждали что-то. Однако, стоило нам переступить порог, они в миг замолкли и обернулись на нас. Что странно — большая часть из этих людей были девушки, а я всегда думал, что они не являются целевой аудиторией подобных мест. Си, в свою очередь, не растерялась.
— Добрый вечер вам, дорогие незнакомцы, меня зовут Салама…
— Мы слышали твою сказку, — вдруг перервал мою хозяйку крупный мужчина, сидящий за дальним концом стола. Прервал так грубо, что мне захотелось прервать его жизнь! — Лучше скажи, чем ты можешь быть нам полезна, южанка.
— Альберт, замолкни! — рявкнул сосед грубияна. — Они шли тяжёлой дорогой и нуждаются в отдыхе, как иначе они смогут нам помочь.
Девушка, явно дочь стражника Грегори — с идентично отцовскому плоским носом, ударила кулаком по столу, сурово кусая взглядом Альберта. Затем она посмотрела на нас и улыбнулась:
— Мы всегда рады путникам, особенно в столь трудные времена, позвольте мне накормить вас и попросить о помощи. Присаживайтесь, я, кстати, Джаванна, — представилась девушка и указала на один из столов рукой.
«Что же за трудные времена такие?» — подумал я.
Из последних сил Си дошла до стула, а затем грохнулась на него с таким облегчением, что из её глаз пошли слёзы. Ногам совсем плохо. Буквально через три минуты Джаванна вынесла с кухни кипящую от температуры похлёбку. Я успел разглядеть только крупные куски, что были похожи на картофель, и, хоть и тоненькие, но волокна мяса. Я был положен на стол, а Джаванна села напротив, терпеливо ожидая пока Си доест, с чем та, к слову, справилась крайне быстро.
Соседний столик недовольно поглядывал на нас. Моя хозяйка отодвинула тарелку:
— Спасибо, было вкусно, однако мой Бог прислал меня сюда не набивать живот. Что я могу сделать для вас?
— Передай своему Богу от меня, что тебе нужно отдохнуть! — возмутилась Джаванна, — залечи свои ноги, а завтра мы с тобой поговорим. Это не обсуждается! — она протянула руку, сжимая бренчащую связку ключей. — В комнате грязно, но тепло. Можешь брать себе любую одежду, а, если пойдёшь с нами, я выдам тебе меч, что будет явно лучше твоего, — девушка презрительно бросила на меня взгляд.
— Спасибо за вашу доброту, но с этим мечом я не расстанусь. А ещё я попрошу у вас горячей воды, если позволите, мне нужно помолиться, — она вновь скрестила пальцы на своём лице. — Зара-ло, за-хо.
Дверь неохотно поддалась, Си дотолкла исцарапанный таз с водой до кровати, опустила в него ноги и, закрыв рот руками, взвыла. То ли от боли. То ли от удовольствия. Затем принялась тщательно отскабливать закаменевшую грязь вперемешку с кровью от пяток. Я же стоял молча, облокотившись на стену. Закончив, она махнула рукой, после чего я подлетел к ней. Она легла и выпрямилась, сжав меня в правой руке.
— Давненько я не лежала в одной постели с парнем, не чувствуя от него угрозы, лишь безопасность.
— Моё лезвие, кажется, краснеет от стыда, — подумал я, невольно произнеся вслух.
— Почему это? — спросила ящерка, повернув голову.
— Я… никогда не лежал в одной постели с девушкой. Тем более… Ладно, забудь.
Она понимающе улыбнулась и кончиком мизинца провела по моему лезвию.
— Сейчас, считай, не считается. Ты мой верный меч, а я твоя верная и слегка озорливая владычица.
Палец хозяйки приятно ласкал острие, отдаться наслаждению мешал лишь страх о том, что она может порезаться, а, скорее, поцарапаться…
— Кстати, про озорливость, — начал я полушёпотом, опасаясь прослушки, — ты ведь обманула их не только по поводу своего имени?
— Всё верно, хочешь меня пристыдить? — Си повернулась ко мне лицом, от чего свет единственной в комнате лампочки стал нежно играть с её лицом. — Хотя, может, это и правда неправильно, но я ведь не желаю им зла, а за добро и комнату я расплачусь. Ловко я придумала с югом и богом Грандис? — она хихикнула. — Захри-захро!
— У тебя получилось столь убедительно, что даже я поверил. Кстати, есть идеи, чем эти люди так обеспокоены?
— Хм… — Си глубоко задумалась.
В это время я стал «разгребать» свой инвентарь: деньги сложил в одну ячейку, а лут с мобов рассортировал в соседний стобец. Затем полез в характеристики, где меня ожидали приятные глазу: «2 нераспределённых очка характеристики!»
Открыв список возможной прокачки, моя рукоять задрожала от восторга — взор был сверху донизу закрыт тоненькими прямоугольничками с текстом и «+». Я стал, по старой привычке, подробно вчитываться в каждый из возможных узлов прокачки. Она, кстати, оказалась не совсем стандартной. Переключив формат я понял, что начинается всё с трёх «корней», которые дальше раскрываются обширным «стволом», а тот заканчивается «ветками» — ответвлениями. «Неужели для местных это — норма жизни?» — задавался я. — «как для нас чайник или поход в школу?»
Начинать в любом случае нужно с корней: «Острота», «Адаптивность», «Форма». В остроту точно нужно, а вот куда вкинуть второй? И что это вообще значит? Нажал на соответствующую иконку: