Данил Счастливый – Я переродился в рпг мире… Ржавым мечом?! Том 1 (страница 16)
Прокачка остроты до пятого уровня порадовала меня открытием ветки специализаций. Было три варианта: Многоформие, что позволяет мне переключаться между «⅔/4/4/4/ ∞» форм; Закрепление формы, что улучшает характеристики приобретённой формы на «10/20/30/40/65/100%»; Губительная острота, что открылась благодаря классу Си и позволяет накапливать урон во время применения скрытности. За каждый навык, применённый в невидимости, моя следующая атака нанесёт увеличенный на определённый процент урон, а этот процент, в свою очередь, зависит от перезарядки, урона и «редкости» конкретного скилла. Стоит ещё отметить, что этот урон будет лишён любых модификаторов атаки — того же огня, но половина от нанесённого урона будет «чистой» — неснижаемой резистами. Следующий выбор среди специализаций остроты будет доступен только на двадцатом уровне.
Накопление, которое я выбрал Си, как специализацию элементальной атаки, чем-то очень похоже на мою губительную остроту. Мне даже показалось, что они должны очень хорошо сочетаться. Впрочем, это не было простым выбором: «Накопление» позволяет, что неудивительно, накапливать элемент, которым заряжается оружие, что значительно повышает время «максимальной» подготовки и урон. Максимальное наполнение заряжается порядка пяти секунд, вместо одной-двух, но и дамажит соразмерно больше — 20%/100% к урону при минимальной/максимальной «зарядке». «Принятие», в свою очередь, позволяет заряжать атаку не своими силами, а, например, от воды в реке, сосульки, пара, камня и даже ветра, однако, что справедливо, сила такой атаки значительно снижается. «Совмещение» позволяет заряжать одну атаку сразу двумя элементами, что звучит очень внушительно, но… Слишком сложно, по крайней мере, на данный момент. Я ещё не совсем разобрался как тут работают элементы и уязвимости к ним.
От чтения даже замылились глаза, вышел из интерфейса и удивился. Мы давно проехали и лес, и поляну, и другой лес. Сейчас повозка, стуча о камушки, спускается по горному серпантину. Вид такой, что моё «компьютерно-комнатное» сознание даже не может его объяснить. Самое главное, пожалуй, простор. Бесконечное и безоблачное небо, размашистые горы и пушистые холмы. Ниже — спокойная речка, рядом с ней бирюзовые луга и жёлтые, словно напитавшиеся солнцем, поля пшеницы и подсолнуха. Взгляд, словно тугая резинка на рогатке, отпускаешь его вперёд, а, когда хочешь вернуть, он ещё некоторое время по инерции летит вперёд, возвращаясь — стукает. Настолько красиво!
Неожиданно звук, который издавала наша повозка, изменился. Уставшая лошадь стала стучать бодрее по камню, чем по песку. А колёса перестали так надоедливо скрипеть. Старик, который небезвозмездно приютил нас, везёт крупную партию морковки и только её. Куда же столько, спросил себя я, а затем понял. Кроссград. Вон же он!
Как под копирку из самых популярных фэнтези вселенных — величественный и серый. Крупные каменные кирпичи образуют широкие внешние стены, по «углам» стоят башни для лучников и дозорных, а, ещё выше, почти дотягиваясь до небес, танцуют флаги — белые с синим крестом по центру. Почему же он называется Кроссградом?
— Си, — шепнул я, — ты тут была? — она отрицательно качнула головой, — спроси тогда, почему город так называется. Ну и вообще, пускай рассказывает — отрабатывает плату.
Ящерка улыбнулась:
— Дедуль, расскажи путешественнице про эти края! Я прибыла из Синикса, что у солёных морей и ничего не знаю.
— А? — отозвался дедушка.
— Говорю путешественница из далёких краёв, расскажи про эти просторы! — почти прокричала Ящерка.
— Совсем старый стал, не слышу, хоть палкой по пчеле ударь. Вы зачем в наши края приехали?
— Странствую!! — сорвала горло Си.
— А? Ладно. Коли рассказывать не хотите, я сам расскажу…
И он действительно стал рассказывать, да так увлекательно, что нельзя было оторвать слух. Мешал только вечно каркающий и очень надоедливый ворон… Чего ж ему от нас нужно?
«Я родился на ферме в девяти шарах от Града. Раньше, ещё до моих родителей и родителей моих родителей, город звался Лайнград, да не просто так. По самому его центру текла река, исходящая из небесной горы. А в реке той, по легенде, и зародилась вся жизнь на большом континенте. Вокруг реки той вырос город первых людей, что звали себя поклонниками небес. И был у них праздник, что, память не дура, был назван в честь Главного Бога „Си“ первым цветком…» — на этом моменте глаза Ящерки разбежались в разные стороны, а затем врезались и застыли на мне, выражая крайнюю степень удивления. — «…. В день на третьем цикле лун каждого года, по реке стекал один единственный цветок. Смелые и молодые забирались повыше в гору, а старые ждали на центральной площади. Когда цветок приплывал, люди начинали танцевать и петь. Настоящее счастье прыгало по улыбкам и глазам. А тем, кто улыбался шире и танцевал лучше, цветок открывал свою суть. Его бутон раскрывался, а внутри было… пять серебряных монет.»
— Деньги внутри цветка⁈ — тихонько удивилась Си.
— Да нет же, дамочка, деньги за продолжение рассказа. Или слезай и иди пешком! — хитрый дед, что, оказалось, имеет очень острый слух, дёрнул поводья.
Си, не проронив больше ни слова, спрыгнула с телеги. Дедок, хихикая, уехал дальше.
— Во дела! Руби тебя дракон, ну и народец! — выругался я.
Однако Си неотрывно смотрела куда-то вдаль, выше неба. Пронзительно и беззащитно, а затем спросила:
— Как думаешь, это правда?
— Что именно?
— Что главного бога звали «Си». Я ведь этому старику не представлялась, разве он мог угадать моё имя?
Я хорошенько задумался, заглядевшись на пушистую гусеницу, медленно ползущую по дороге. Волосики-иголочки на её спинке надёжно держали несколько недозревших зёрен пшеницы. Куда она, интересно, ползёт?
— Откуда ж мне знать, может это и совпадение — вопрос философский. Но ведь вся наша жизнь состоит, так или иначе, из совпадений. Не согласна?
Си слегка опустила взгляд с небес и посмотрела на стены Кроссграда с вызовом. Затем уверено зашагала. Мы шли намного быстрее чем раньше — ноги Си в этот раз находились под защитой тугих кожаных сапог, а броня давала небольшой, но приятный бонус скорости передвижения. С каждой секундой стены города становились больше. Мы шли в будущее, а прошлое оставалось за спиной. Не только Тёмные щели и структурный данж, ещё и моя жизнь. Теперь я живу здесь.
— Не знаю, я о таком не думала… — призналась Си, — я, скорее, верю в судьбу. Точнее — путь, который у каждого свой. Можно идти медленно, можно быстро, можно искать обходные пути, а можно идти напрямик, но, в конечном итоге, ты придёшь туда, куда и должен был. Мне не нравится твоя идея с тем, что всё состоит из совпадений. В чём тогда смысл жизни, если всё случайно?
— Если бы я только знал… В нашем мире считается, что смысл жизни нужно найти, а затем следовать ему. Я вот живу так, чтобы мне жилось хорошо, но и умирать было не стыдно.
— Это хороший смысл, но он подходит не всем.
— Почему это?
— Ну вот смотри, про меня существует какое-то пророчество. Думаешь оно меня отпустит? Позволит жить ради удовольствия? Нет! — чётко ответила Си на свой же вопрос. — Для начала мне нужно выбраться из-под влияния высших сил.
— Обещаю тебе в этом помочь. Мне с тобой нравится странствовать, а больше ничего и не нужно… — я задумался. — А, нет, вспомнил, давай наконец заскочим к кузнецу?
Си рассмеялась, наковальня раздумий свалилась с её головы, тогда её походка стала ещё легче.
«Долго ли, коротко ли», как всегда говорится в сказах, но мы добрались к стенам. Потребовалось минут семьдесят, так что дедок нас не сильно обломал. У городских ворот стояла очередь из двух-трёх человек. Все они ждали, пока стражники в блестящих доспехах пропустят их.
Первым был молодой лучник со светлой косой, за ним стояла крохотная девчулька со светлыми волосами с небольшим уклоном в зелёный на кончиках, лет пятнадцати. Замыкал ряд широкий рыцарь в солидном и одновременно грозном доспехе, наверняка выкованном на заказ. От него прям веяло негативными вайбами, подходить совсем не хотелось. Казалось, что его декоративные чёрные рога, припаянные к такому же чёрному доспеху, вырваны из голов настоящих демонов, мясо которых этот парень ест голыми руками.
Девчонка же напротив, вела себя крайне активно, никак не могла усидеть на месте и постоянно покачивалась из стороны в сторону, опираясь на свой деревянный посох с прозрачным, словно стеклянным, шариком на конце.