Данил Коган – Изгой рода Орловых: Ликвидатор 2 (страница 14)

Над проходной красовалась надпись, собранная из разнокалиберных рекламных букв: «Оставь надежду». Чуть ниже официального вида табличка с двуглавым орлом: «Поселение зарегистрировано в имперском реестре жилых районов, за номером…» Еще ниже синяя табличка: «Поселок Счастье».

Оригинальный маркетинг. Интересно, дизайн им Юрген из «Золотой Пули» делал, или свой такой же креативщик нашелся?

Внутри караулки нас попробовали заставить сдать оружие, но сержант просто отодвинул местного охранника плечом, бросив «Отсоси. Форму не видишь-на?», и двинулся наружу.

Охранник матерно заорал, вскинув автомат. Я тут же перехватил ствол и задрал его в потолок, левой рукой приставив ему к голове револьвер. На шум из внутренних помещений выглянул еще один мужик, с заспанной бородатой физиономией.

— Что творится⁈ — Рявкнул он. — А ну, успокоились все! Кривой, что за херня?

Кривой, видимо, тот парень, к голове которого был приставлен мой револьвер.

— Эти уроды не сдают стволы, Иваныч. — Проныл Кривой.

— Ты что, форму не видишь? Это ликвидаторы, мать твою козлом трахнутую!

— Да мало ли кто форму может надеть! Они стволы не сдали. Ксивы не предъявили. Че я должен их с пушками в поселок пустить?

— Привет, Иваныч. — Сказал Ветер. — Бдительная у тебя молодежь-на. Тока неопытная.

— Так! Успокоились все. Пусть твой человек пушку уберет, Ветер. — Сержант махнул мне рукой, и я немедленно убрал револьвер в кобуру. Автомат парня, впрочем, так и не выпустил, продолжая держать его стволом вверх. — Кривой запомни их. Я их знаю.

После этого я отпустил ствол, заметив, что парень слегка расслабился.

— И Ветер. Борзеть здесь не надо. Вы не на своей базе, понял. С тебя штраф в пользу поселка — сотка. И еще раз так сделаешь, я тебя с твоими людьми прикажу вообще внутрь не пускать.

На удивление Ветер не стал спорить или накалять ситуацию. Молча достал сто рублей из подсумка на поясе и кинул в стоящую здесь же коробку с прорезью. Видимо, мы напоролись не просто на еще одного охранника, а на какого-то местного начальника.

— Отлично. — Резюмировал Иваныч. — Конфликт улажен. Удачи на Базаре. И Красавчик. Я бы на твоем месте к Резвану заглянул. Слышал, он недавно вспоминал тебя во всяких там склонениях. Нехороших. Чуешь?

— Мне когда совет по жизни нужен будет, Иваныч, я к матери пойду, а не к философу из бочки. — Ответил Красавчик зло. — На моем месте тебе не бывать. Так и просидишь в этой дыре, пока у тебя гармониум не выкипит.

Иваныч хмыкнул, почесал промежность и заявил:

— Да как знаешь. Тебе жить. — И закрыл за собой дверь.

Мы же, наконец, вывалились из караулки в поселок.

— Я запутался. — Сказал я Занозе. — «Счастье» или «Базар»?

— Поселок Счастье называется. — Ответил вместо нее Ветер. — А Базар — то, ради чего в него мы приходим. И с тебя сотка, Боярин.

— С чего это баня-то сгорела? — Удивился я. — Ты сам конфликт спровоцировал.

— Оружие ты достал. И штраф мы получили за это. Я тебе уже говорил. В таких местах ствол достал, стреляй-на. Даже Заноза, на что уж злючка и дерзкая девчонка, не стала ствол поднимать. Уясни уже: достал ствол, выстрелил. Тем более ты физик-на. Зачем тебе ствол-то в таком случае, как сегодня.

— Сознаю свою вину, меру, степень, глубину. — Примирительно ответил я. — Наличные не додумался взять, потом перекину. А насчет физика — этого по мне не видно. Приходится человеку что-нибудь ломать обычно, чтобы он проникся моим величием. А ствол к голове — понятная всем угроза. Но я осознал, что придется перестроиться.

Ветер только рукой махнул. Не похоже, чтобы сержант на меня всерьез разозлился. Красавчику он тоже предъявил, скорее для порядка.

— У тебя ума хватило у Резвана в долг взять?

— А у кого здесь еще можно быстро пятеру подрезать? — Огрызнулся Красавчик.

— Проблемы? — уточнил сержант.

— Да нет. Как раз сегодня собирался отдать. Сейчас и пойду.

Я коснулся плеча Красавчика. Опять мелькнуло виде́ние окровавленного лица. Достал монету, подбросил. Профиль Анны был согласен с решением, которое я и так принял. Я бросился догонять отделившегося от нас парня, пока он не потерялся в толпе.

— Красавчик, подожди! — Он с удивлением оглянулся.

— Чего тебе, Боярин?

— С тобой схожу. Ты же не против?

— Да… на хрена тебе? Это мои дела.

— Предчувствие у меня плохое. Гармониум проблемы вещает. Подстрахую, если что. Заодно и посмотрю, где здесь можно быстро денег перехватить. Проведешь мне экскурсию.

— Да что там может случиться? — Но в голосе его уверенности не было. Чего-то он опасался. Но не то чтобы сильно. — Ладно, пойдем. Покажу тебе главного по финансам здешних мест. Человек опасный, к тому же чужинец. Откуда-то с Кавказа. Ты сам смотри, не нарвись там. А то ты резкий, как вода в унитазе, Боярин.

— Да что я-то. Я вообще ничего. Другие вон чего, и то ничего! А я как чего, так сразу вон чего. — Произнес я скороговоркой любимую присказку моего бывшего тренера. — Скажи лучше. Что с оружием?

— Придется сдать. Я свое оставлю в шашлычке неподалеку, его бывший ликвидатор держит. Тебе тоже советую.

— Тогда подожди, родной. Родовые клинки я никому не отдам. Давай сюда.

Я затащил Красавчика в промежуток между двумя транспортными контейнерами, в которых размещались какие-то мелкие лавки. Сапожник и торговля телефонами с починкой, кажется сапожник, неодобрительно покосился на нас, когда мы протискивались в узкое замусоренное пространство, но ничего не сказал.

Я отстегнул клинки, снял броню и прицепил их на пузо, рукоятями вниз. Сверху с помощью Красавчика, снова напялил бронежилет и прикрыл все служебной курткой.

— Вот так хорошо, — заметил я. Хотя было неудобно и мечи давили на грудь. — Теперь пойдем.

Мы еще какое-то время месили грязь на узких улочках, проложенных между невысокими строениями, собранными из этого самого и веток, контейнерами и странными конструкциями, собранными на живую нитку из профлиста. Навстречу нам попадалось все больше чернявых, кучерявых подданных «кавказской национальности». Бросаемые ими искоса взгляды напоминали короткие порезы опасных бритв. Однако скорее всего, наша форма и вооружение не давали разгуляться их не самым законопослушным мыслям.

Впрочем, краем глаза я заметил, что двое местных пацанчиков пристроились за нами. Пасли нас довольно плотно, и я на всякий случай проверил ход мечей в ножнах под курткой.

Кажется, намечается гоп-стоп?

Глава 34

Всем сестрам по долгам

К низкому длинному строению, сложенному из разноформатного кирпича, мы дошли без происшествий. Островерхая крыша щеголяла заплатками разной величины и цвета. Красавчик нырнул внутрь, я последовал за ним. Наш эскорт остался снаружи.

Внутри было дымно. Пахло угольной пылью, жареным мясом и какими-то специями. У здоровенного мангала стоял высокий, широкоплечий мужик. Его мускулатура и фигура в целом уже начала заплывать жирком, но он все еще был в неплохой форме. Чернявый, горбоносый гладковолосый брюнет в майке «алкоголичке» и клеенчатом фартуке поверх нее. Он вращал шампуры и вглядывался в нанизанные на них куски мяса.

— Привет, Агаси. — Хлопнул мужика по плечу Красавчик. — Пушки сбросим у тебя с коллегой?

— Конечно, дорогой. Знаешь, куда нести. — Он достал из кармана спортивных штанов приличных размеров связку ключей и протянул Красавчику. — Отойти не могу, сам положи, а? Опять к Резвану? Ой дождёшься беды. Может, по шампуру вам с другом, ай, какое мясо нежное сегодня! — И все это практически на прерываясь на паузы.

— Потом. Сперва я с долгом рассчитаюсь, Агаси. Спасибо, как обычно, выручил. — И Красавчик сунул в карман, из которого были извлечены ключи, десятку.

Мы сложили свои пушки в продолговатый, объемный металлический сундук, стоявший в служебном помещении шашлычной. Красавчик запер ящик и дверь, вернул ключи хозяину, и мы вышли наружу в осеннюю слякоть.

До нужного места оказалось недалеко. Мы уперлись в импровизированную ограду вокруг подъезда одной из крайних пятиэтажек. Кто-то отлюбил в свое пользование целый подъезд на двадцать квартир, и прихватил к нему кусок двора. Над узкой металлической калиткой висела зеленая растяжка с лозунгом на арабском: «Ангелы смотрят». Ну надо же. Ангелы! Кажется, имя Резвана что-то такое значило. Ангел-надзиратель.

Красавчик стукнул в дверь, и нас немедленно запустили внутрь. Один из сопровождавших нас шнырей, заскочил за нами в калитку. Второй остался снаружи. Невысокий, коренастый кавказец, открывший вход, быстро оглядел нас. Сунулся было ощупать, но я тут же сказал:

— Руки убрал. Сломаю обе. — Красавчик одобрительно кивнул и добавил.

— Я долг Резвану принес. Если неинтересно, можем уйти. Но тогда проценты с сегодняшнего дня не начисляются.

Парнишка, который шел за нами всю дорогу, рванул в подъезд. Кавказец, пытавшийся нас обыскать оскалился, но продолжить не решился.

Ждать нам пришлось недолго. Скоро во двор из подъезда хлынула целая толпа черноголовых черноглазых парней. Всего семнадцать человек, вооруженных чем попало — от арматурины до милицейских коротышей. Один даже приперся со старинным длинноствольным автоматом с деревянным прикладом. Интересно, здесь всегда так должников встречают? То, что внутрь нас не пригласят, я понимал. У этих ребят было не принято звать в дом чужаков или решать там деловые вопросы.