Данил Ивакин – Белая Комната: Всадник (страница 3)

Усатый напарник, растерявшись, хотел броситься в будку и укрыться там за дверью, но его смерть уже почти настигла его. Нирш замахнулся. Его рука описала широкую дугу, и в его пустой ладони возник меч. Тот меч, который он держал в ножнах в сумках Сифа. Клинок свистнул и умертвил усатого соперника.

Молодой эльф, открыв глаза и восстановив плывущую перед глазами картинку, оцепенел. На его животе лежало обезглавленное тело конфликтного друга, с которым он служил в этой маленькой будке уже несколько лет. Эльф посмотрел на убийцу, его зубы застучали, челюсть заныла, а из глаз выкатилась предательская слеза.

– Не… не убивай… не надо… – прошептал он, едва шевеля губами.

– Да? Вы же первыми на меня накинулись, а я всего лишь задал вам пару вопросов…

Нирш подошел к испуганному эльфу, поставил на его плечо сапог и вонзил рядом с ним меч в землю. Острое лезвие было в сантиметре от уха несчастного.

– И задам ещё парочку. Где сейчас сам граф?

– В… В… в поместье у себя в кабинете. У него сейчас работа…

– Да? Графская семья уже не спит. Прокол. А где его кабинет?

– На втором этаже, окно выходит на сад…

– Так, а где графиня?

– Скорее всего в саду вместе с дочерью, они в это время всегда выходили прогуляться к белому фонтану.

– А… Вот и на следующий вопрос ты мне тоже дал ответ. И последний – Нирш вновь защелкал пальцами, – вопрос. Почему каждый хочет отрубить мне голову, когда речь заходит о юной графине?

– Я… я… я не знаю причины. У нас таков приказ.

– Приказ, вон оно как. Что же… – Нирш убрал свой сапог с поверженного, вынул меч из земли, который пропал словно пар от горячего чая.

– Вы… вы не убьете меня? – эльф смог набраться смелости и задать этот вопрос.

– Как бы мне не хотелось, но нет. Тебя просто нет в моем списке, так что живи, трусливое и жалкое создание. А говорят, что коренные эльфы патриоты…

– А… а Малус? Он же… – молодой эльф вдруг заметил, что его одежда чиста, а усатый друг лежит без сознания рядом.

– Я же говорю, жалкие и трусливые создания…

Нирш исчез. Он готовился к самой сложной части плана.

Прошло немало времени, прежде чем: Нирш смог проникнуть за высокую каменную стену графского поместья, посчитать всех стражников, вычислить траекторию их перемещения, подготовиться к необходимому спектаклю и, конечно, найти свою цель. Графиня со своей дочерью проводили время в тихом зелёном саду, окружённом оградой из живой изгороди, которая поднималась на несколько метров вверх. Колючая стена идеально укрывала женщин от чужих глаз и лишних ушей.

Графиня и её дочь сидели на мраморной скамье напротив белого фонтана, простенького и невзрачного. Из него даже не била вода. По периметру их маленькой уединенной тайной обители расположились мраморные статуи рыцарей и еще каких-то персон, которых Нирш не знал. Скульптуры были также стары, как и фонтан, но было видно, что их уже не раз реставрировали и дорожили ими.

Нирш затаился в кроне величавого дуба, что отбрасывал свою тень на белый фонтан, и стал разглядывать беседующих. Ему очень хотелось узнать, правдивы ли слухи о неземной красоте юной графини, ну и, конечно, приступить к выполнению своего плана.

Графиня Знатосская была уже пожилой, но не потерявшей за долгие годы свою красоту, эльфийкой. У неё были поистине благородные черты лица, выступающие скулы и пронзительный взгляд. Морщин практически не было видно. Может она и пользовалась пудрой или иной косметикой, но никто бы не посмел её в этом упрекнуть. На ней было тёмно-зелёное платье до пола, украшенное серебристым шлейфом и мелкими драгоценными камушками. На поясе висела сумочка, в которую она складывала всякие безделушки. Волосы графини были искусно уложены в прическу и прикрыты шляпкой от солнца.

Юная графия Мирабэлла была намного ниже, чем себе представлял Нирш. Одета она была в платье изумрудного цвета, с жёлтыми бантами, носила открытые туфельки и никогда не заплетала свои длинные русые волосы. Лицо её, как показалось Ниршу, ничем не выделялось, а, напротив, было самым обычным и самым типичным для всех эльфов. Только веснушки украшали её нос и придавали своей владелице хоть какую-то изюминку. На безымянном пальце правой руки поблескивал на солнце перстень с инкрустированным белым камнем с зелёной капелькой внутри.

Нирш не спешил выдавать себя, он ждал удобного момента, который должен был вот-вот наступить. До сей секунды он пытался расслышать, о чём же говорит графская семья.

– Мы с тобой это множество раз обсуждали, Мири, и наше решение будет неизменным! – графиня сидела прямо и статно, не удостаивая дочь взглядом, – Столько времени прошло, а ты вновь подняла эту тему.

– Но, матушка, разве так можно? Разве можно жить всё время в страхе, всё время бояться? Разве можно меня держать здесь в этом саду столько времени? – Мирабэлла говорила очень тихо, опустив голову.

– Опять эти вопросы! Ты хоть представляешь, что мы с твоим отцом чувствуем? Как тревога разрывает нас изнутри? Я не сплю по ночам, а у отца кошмары! Каждый раз мы беспокоимся… каждый раз мы боимся не тебя, а тех, кто придёт за тобой!

Мирабэлла ничего не ответила.

– В конце концов ты могла бы заняться семейным делом, продолжить то, чем занималась твоя бабка, дед и я. Может тогда бы мы и смогли что-нибудь придумать.

– Но, матушка…

Нирш перестал их слушать, уже намереваясь начать представление, но как только он сделал первый шаг, то увидел, как несколько стражей перегородили все пути к беседке с фонтаном, а гвардейцы уже расползлись по сети зеленых лабиринтов, как муравьи. Ниршу пришлось прибегнуть к запасному плану, но действовать нужно было незамедлительно.

– Всё, я больше не желаю это слушать, Мири! – графиня встала, одернула руку и остановилась. Прямо перед ней упали замертво несколько стражей, юная графиня встала позади матери и вскрикнула.

Вдруг прямо перед ними в нескольких шагах в землю вонзился стальной кинжал. Через мгновение перед ними возник убийца и подобрал свое оружие.

– Графиня Знатосская, юная графиня Мирабэлла! – Нирш неуклюже поклонился, но нож не убрал, – прежде чем я начну свой… – он пощёлкал пальцами, – монолог, прошу вас, графиня, бросить вашу сумочку мне под ноги, чтобы никто не смел нам мешать.

Хозяйка поместья выполнила его просьбу. Перед Ниршом упала маленькая сумочка, и, открывшись, из её кармашка покатились белые камушки.

– Я выполнила твою просьбу убийца, а теперь ответь, зачем ты здесь?

– Ну почему же сразу убийца? Да, моя репутация не идеальна, да я убивал, но и благородные заказы мне не чужды. Хотя тут можно ещё долго разглагольствовать, что такое благородство…

Юная графиня незаметно дотронулась до своего кольца. И в этот момент граф, что-то очень долго искавший в своих записях в столе из тёмного дуба получил известие. Его перстень загорелся красным, что означало только одно – его семья в беде. Спешно подбежав к окну и бросив взор на фонтан, он удивился. Ведь граф четко видел, как его жена и дочь точно также, как и всегда, разговаривают сидя на скамейке. Однако солдаты уже были в пути.

– Так чего же ты хочешь? Я дам тебе деньги, перекуплю тебя! – графиня знала, что её дочь уже вызвала подмогу, ей стоило лишь тянуть время.

– Я работаю не ради денег, графиня, а ради идеи. Хотя люблю, когда в моём кошеле позвякивают монеты. А теперь к делу… – Нирш неожиданно достал яблоко и надкусил его, – как вы уже поняли, я пришёл за девчонкой и надеюсь, что…

Вдруг его щёку рассекла стрела. Графини увидели, как росчерк крови брызнул на землю, но убийца был в маске, а сама маска не получила урона. Стрела будто бы прошла сквозь неё. Нирш просто не захотел надевать настоящую маску, в ней ему было трудно дышать, а сделал её иллюзорную копию. Многое из того, что видели эльфы было иллюзией и фокусами.

– Чёрт! – человек выронил яблоко и схватился за щеку, – и так рожа в шрамах!

И начался бой, скучный, но быстрый. Из-за зелёной ограды на него шла толпа разъяренных стражников, размахивая топорами и выставляя вперед копья. Одни поднимали щиты, другие стреляли из арбалетов, третьи пытались навалиться на убийцу с булавами. Но сегодня явно был не их день. Нирш стал убивать. Он грациозно уходил от лезвий врагов, вонзая свои им в шеи, животы, руки и ноги. Солдаты падали, пытаясь зажать раны, но все-равно умирали. Человек был блестящим метателем ножей, порой стража только и успевала выйти из своего укрытия, как напарывалась на очередной летящий кинжал.

Нирш, разрезая очередному врагу горло, сумел заметить убегающих графинь. Они бежали куда-то в сторону главной аллеи, ведущей прямо к главным дверям поместья. Но как только графини выбежали на неё, перед ними возник Нирш и схватил обеих за руки. Мири удалось вырваться, но её мать так и осталась в крепкой хватке убийцы. Нирш завел её руку за спину, наклонил ей шею и подставил нож к горлу. В этот момент вся стража поместья взяла их в кольцо и медленно наступала.

– Стоять всем, или я перережу ей глотку! – зарычал Нирш, пустив тонкую струйку крови графине.

– Матушка! – крикнула Мири.

– Выполняйте! – завопила та.

Солдаты остановились. Нирш успел заметить лучников, притаившихся на крыше поместья, и стал обдумывать свои дальнейшие действия. Уйти ни с чем он не мог, но и выпутаться из этой непросто ситуации было практически невозможно.