Данил Хлуденко – Волкодлак. На службе у Лешего (страница 5)

Впервые за вечерним столом собрались только двое. Желая, наконец, узнать все подробности, Медея расспрашивала сына о состязании. В эмоциональном порыве Дардан вскочил из-за стола и начал размахивать в воздухе ложкой, пытаясь хвастливо изобразить утренние сражения. Его история была полна жестов и смешных интонаций голоса. Он с удовольствием показывал свою награду и хоть ненадолго отвлекся от тоскливых мыслей в голове. Мать слушала его рассказ с большим интересом, сочувствовала ему в неудачах, гордилась им за его стремления, волю к победе и отвагу в бою. Но вместе с тем она все глубже прятала свой страх за предстоящую ночь в жизни мальчика. Ей почему-то очень захотелось подольше посидеть вместе и просто поговорить. Она решила рассказать о новостях и слухах в общине, услышанных за день. Самым главным известием была свадьба старшей дочери бортника Беримира за парня из соседней общины в конце лета. Медея с сыном еще немного посидели, но, так и не дождавшись Рингольда, все-таки легли спать.

Снаружи перестал завывать ветер, и наступила умиротворенная тишина. Лунный свет пробирался через щели створок на окнах, слегка разгоняя кромешную темноту в доме. Вдруг скрип деревянных полов разнесся по комнате. На пороге показался глава семейства. Он осторожно продолжил шагать к печи, где спал Дардан и бережно потряс его за бок.

– Нам пора, – услышал заветные слова от отца мальчик. – Бери подаренный топор и выходи.

Когда мальчик выскочил во двор, Рингольд дожидался его верхом на лошади. Взгляд у отца был слишком серьезным. За спиной у него развивался темно-зеленый плащ, а сам он был одет в кожаные доспехи с металлическими пластинами. Так он одевался лишь во время боевых походов. В ножнах на поясе виднелась рукоять его старого меча. К седлу Буяна отец зачем-то подвязал крохотные мешочки с неизвестным содержимым.

– Запрыгивай! – велел Рингольд и протянул сыну руку, чтобы помочь поскорее взобраться.

– А куда мы? – искренне любопытствовал Дардан.

– Туда, где ты получишь все ответы, мой мальчик, – ласково произнес он и дернул за поводья.

Буян помчался к югу от дома в направлении Бескрайнего леса. К нему вела прямая дорога через обросший сорняками луг. В лицо дул холодный ветер. Дардан едва держался в седле, сидя позади отца. Одной рукой мальчик крепко обхватил его за торс, а в другой сжимал полюбившейся топор. Они быстро приближались к кромке леса. Вдоль нее протекал узенький ручей. Конь резво проскакал по воде, обрызгивая ноги всадникам.

– Стой Буян! – скомандовал Рингольд. – Дальше мы пойдем пешком!

Густые ряды хвойных деревьев тянулись до самого горизонта в обе стороны. Неспокойный шелест листьев почему-то насторожил мальчика. По небу плавали темные облака, изредка заслоняющие лик круглого месяца. Рингольд привязал поводья Буяна к стволу молодой сосны, а затем перевесил себе на пояс кожаные мешочки с седла. Из одного он достал мамины испечённые лепешки и кусочек хлеба, а затем выложил их на ближайшем пеньке.

– Хранитель лесной, – взмолился отец. – Прими эти угощения и позволь нам войти в твои владения. Обязуемся мы следовать законам на твоей земле, не причинять вреда дому твоему. Спасибо за дары, которые ты нам даешь день ото дня и защищаешь нас от напастей…

Рингольд поклонился. Он продолжил неподвижно стоять над подношениями, выжидая какого-то знака. Его сын повторял за ним. Долго ничего не происходило. По-прежнему шумели листья, журчал ручей, недовольно фыркал привязанный конь, и стрекотали насекомые. Наконец, однообразие звуков природы разбавило уханье филина.

– Следуй за мной, – решился отец. – Не отставай. Нам предстоит пройти длинный путь.

Дардан послушно кивнул. Он строго соблюдал все указания, и даже решил не произносить ни слова, пока его не спросит отец. Мальчик осторожно шагал за ним по следу. Повсюду их окружали высокие сосны. В это время суток они грозно нависали над головой, будто безмолвные стражи. Ветер качал верхушки, помогая разносить их шепот друг другу. Внизу на земле цвели кустарники, мелкие растения и сорняки. Пахло травами и хвоей, дополняемыми чистым прохладным воздухом. К счастью, путники не повстречали диких животных. Отец то и дело останавливался, осматривался вокруг, возможно, он вспоминал путь, а затем они продолжали углубляться в лесную чащу. От долгого пребывания в полумраке Дардану становилось не по себе. Ему казалось, что за ними кто-то постоянно следит. Но как бы ребенок ни старался, разглядеть хоть что-либо дальше десяти шагов практически невозможно. Их продвижение изрядно затянулось. Кое-где дорогу перекрывали заросли, поэтому отцу приходилось расчищать ее при помощи меча. Несколько раз они возвращались назад, потом шли в противоположном направлении. Дардан устал окончательно, в горле пересохло, в лапти набралась земля, в который раз он зацепился за ветку волосами. В голове у него возникла мысль, что отец собирается пересечь весь лес, или он заблудился и молчит, или это такой план измотать его ночной прогулкой. Ему надоело теряться в догадках и соблюдать молчание.

– Долго еще? – не выдержал Дардан.

– Нет. Мы почти пришли, – обнадежил Рингольд. – Ах, нам вот сюда!

Путники очутились на уютной тихой поляне, на которой росла только трава. Впереди за бугром виднелась невысокая скала. Отец попросил насобирать хвороста в округе. Уж чего-чего, а сухих палок здесь было предостаточно. Совместными усилиями они оба насобирали по большой охапке, перевязали их веревками и, закинув связку через плечо, пошли в сторону скалы. Она представляла собой громадный обросший зеленью валун, что одиноко расположился в лесных зарослях. Пришлось немного вскарабкаться по ее каменистым выступам, но зато дикие звери там их не побеспокоят. Вся вершина скалы оказалась ровной и широкой.

– Надо развести костер, – констатировал Рингольд.

Дардан выстроил горой тоненькие сухие ветки. Из мешочка на поясе отец достал кремень, трут и огниво. Сам подложил в основание трут, а разжечь костер доверил сыну. С шестой попытки мальчику удалось получить нужную искру. Сухой хворост быстро разгорелся, образуя тонкий слой серого дыма. Затем отец попросил ребенка сесть и слушать внимательно.

– Сынок, сейчас я расскажу тебе историю той части моей жизни, о которой мало кто знает, так что прошу не перебивать меня. Все вопросы ты сможешь задать после. Итак, начну с того, что в молодости, когда ты еще не родился на свет и я не был знаком с твоей мамой, я обладал не только колдовскими способностями, а еще и силой волкодлака. Это такое существо подобное волку. Все началось, когда я в семнадцатилетнем возрасте помогал соплеменникам отвоевывать захваченные земли, один из вражеских темных колдунов, как оказалось, наслал на меня проклятие. Прежде чем я убил его, он бормотал непонятные слова, а глядел на меня почерневшими глазами. Тогда я только начинал практиковать колдовство, и мне было сложно разобрать хоть что-то из его речи. После, пока я находился в облике человека, я ощущал прилив сил, стал выносливее, ловчее, видел и слышал также хорошо, словно я волк. Но уже через два или три дня проявилась обратная сторона моих сил. Я стал превращаться в яростного зверя, неспособный помешать этому ни волей, ни защитными чарами. Чтобы не причинять людям вреда, мне приходилось убегать подальше, когда я чувствовал, что скоро превращусь в это существо. В облике волкодлака я продолжал все видеть, слышать, ощущать, но физически я не управлял своим новым телом. Меня словно запирали внутри него. Каждый раз я наблюдал, как зверь неистово рыщет в поисках добычи. А когда находил маленького зверька или что-либо покрупнее, то он быстро убивал и поедал свою жертву. Так продолжалось долгие годы. И вот однажды существо наткнулось на людей в лесу. Женщины и дети собирали грибы и ягоды… – тут Рингольд замолчал на мгновенье, по-видимому, его до сих пор терзало чувство вины, он подкинул хвороста в огонь и продолжил. – В общем, после этого случая, я принял решение, во что бы то ни стало снять проклятье, лишь бы избавиться от этой напасти. Я прочитал много записей по колдовству, что только попадались в руки. Но так и не нашел ничего внятного. Тогда я стал расспрашивать других колдунов, жрецов, чародеев, волхвов, ведьм в каждой общине или городе. К сожалению, многие ничего не знали, либо не хотели говорить, либо попросту указывали на дверь. Я долго странствовал. Где мне только не приходилось побывать. Наконец, мне посчастливилось повстречать опытного колдуна, который поведал мне об обряде очищения. И вот почти тринадцать лет назад я провел его на этом самом месте. И мне удалось. Проклятый дух волка покинул мое тело. Как вдруг передо мной появился полупрозрачный мерцающий силуэт зверя, словно отражение на воде. И перед тем, как он окончательно исчез, он взглянул мне в глаза и в моей голове зазвучали чужие слова, его обращение ко мне. Дух молил о помощи. Он рассказал о том, что всю его стаю и других обитателей его мира хочет истребить нечто очень зловещее. Я уже не помню, как он называл тех созданий. Имя их я не слышал как прежде, так и поныне. Не могу проще объяснить. В общем, тот темный колдун, который наслал на меня проклятие, как бы вырвал дух из его мира и исказил своим злом, поэтому, когда я обращался волком, мной овладевала эта скрытая недобрая сила. Но дух пообещал наделить своего освободителя истинной силой волкодлака. Чистой, не затронутой тьмой, содержащей в себе мощь десяти воинов, и самое главное получить скорость, ловкость, зрение и нюх как у волка. Вот только попасть в иной мир мне было уже нельзя по ряду причин. Я отрекся от силы, убивал невинных. Путь в его мир открыт лишь чистым душой, поэтому я ждал, пока ты подрастешь и будешь готов к этому. Он сказал, что года в его мире текут, не так быстро как у нас, поэтому все еще остается возможность ему помочь даже спустя столько лет. Представь себе, мой мальчик, подобное преимущество в бою! Ты сможешь использовать эту силу во благо, будешь защищать других людей.