Даниил Заврин – Бар Чеширски. Первое дело (страница 3)

– Твою ж мать! – только и успел прокричать один из нападавших, тут же получив удар, от которого отлетел к стене, собрав бесчисленные стаканы, кастрюли и прочую мелкую утварь, громко резанувшую по ушам.

– Он здесь!– крикнул второй, размашисто махнув кулаком по темноте. Но Бар уже нырнул под лапу и, зайдя сзади, ловко вывернул крысиное плечо, подарив общему шуму истошный визгливый крик.

– Ах ты, тварь! – резал ножом воздух последний из квартирантов, все время поглядывая в сторону кричавшего собрата. – Ну, иди сюда, давай, давай, иди, я тебе сейчас покажу, что такое боль, малыш.

– Не переживай, я рядом, – тихо произнес Чеширски, встав прямо перед ним, совсем близко.

Выпад, ещё, затем снова. Крыса махала ножом так, что, казалось, сталь начала свистеть, но всё равно не доставала Чеширски.

– Что же ты? Ну? Иди, ну?

– Сейчас, подожди секунду, – сказал Чеширски и, аккуратно подняв стул, что есть силы треснул им по голове крысы, моментально вырубив наркомана. – Ну вот и всё, а ты говорил – пугливые. Мы не пугливые, мы –осторожные.

Затем он подошёл к Люцию и, смачно приложившись, вырубил его, после чего перекинул через плечо и понёс в сторону двери, мурлыча под нос одну из старых хулиганских песенок про странную дружбу кота и крысы. Только вот фон немного сбивал. Как-никак, а оставшаяся в сознании крыса продолжала неистово орать.

Выйдя на дневной свет, Бар прищурился. После столь дружелюбного полумрака дома солнце ужасно слепило. И всё же при столь ярком свете он успел заметить, как Джереми недовольно протянул двадцатку Бучи, скривившись так, как будто отдал новенький шевроле.

–Что с ним, Чеширски? Насколько я помню, он убегал на своих двоих, – сказал Бучи, задумчиво осматривая дилера.

– Упал, неаккуратный очень, – выдохнул Бар, кладя тело на капот. – Крысы плохо видят в темноте, а там так много луж.

– А это что? Кровь?

– Там бетонные стены, а тело – мягкий предмет.

– Он хоть живой?

– Дышит. С ним всё в полном порядке, просто может немного нервничать, когда очнётся. Испугался, так бывает. Как известно, крысы очень ранимые существа.

–Да, теперь понятно, почему вы так спелись, – мрачно заметил Джереми. – Чеширски, а вы понимаете, что он, по сути, ни в чем не обвинён?       – Если это так, то никто не будет убегать от полицейских, а если убегает,значит, есть что скрывать. А если есть что скрывать, да к тому же от полицейских, то это надо проверить. Так ведь, детектив Бучи?

– Конечно. Ты, как всегда, прав. Давай, приведи его в чувство, поболтаем с этим парнем.

– Но сэр, его надо везти в участок, – запротестовал Чеширски.

– Ты с ума сошел? Чтобы эта вонючка села в мою машину? Да я его даже в багажник не положу.

– Но, сэр!

– Вот когда у тебя будет своя машина, тогда и будешь возить кого хочешь, а сейчас он останется здесь. Всё, спор окончен. А теперь надо привести нашего друга в чувство. И давай без фанатизма, это не самое дешевое пойло, – заботливо сказал Хайнлайн и протянул Бару коричневую бутылку.

– Это что? Виски? – спросил Чеширски, недоуменно разглядывая бутылку. – Сэр, вы что? Пьете на работе?

– Вот так новость, да? Пьющий детектив, – улыбнулся Джереми, покачав головой. – Да к тому же уже почти на пенсии. Считаю, нужно на него подать жалобу, уверен, никто об этом не знает. Это, кстати, минус половина пенсии, дружище, ты вообще в курсе, чем это грозит?

– Очень смешно, – буркнул Бучи и, взяв из лап Бара бутылку, аккуратно плеснул несколько капель на окровавленную морду крысы, которая тут же засопела и замычала.

– Но, сэр, так же нельзя.

– Да, да, да, – словно от мелкой мухи отмахнулся от Чеширски детектив. – О, смотри, пошла реакция! Кстати, Джимми мне по сорок баксов теперь продает, совсем скупердяем стал.

– Да, алкоголизм теперь дорогое удовольствие, – задумчиво резюмировал Джереми, нюхая виски. – Кстати, действительно неплохо, видимо, он не для всех бодяжит. Признайся, чем ты его взял? Не говори, что милой улыбкой.

– Жалостливыми старыми глазами.

– Это сила, я бы тебе тоже всё что угодно продал.

– Твою мать, где я? – прервал их жалобный голос крысы. – Кто вы?

– Заканчивай, Люций, оставь свои дешевые игры для других. Лучше поведай нам, что с беднягой в доках произошло. И не надо мне тут петь, что ты это первый раз слышишь.

– А я петь и не собираюсь, – скривился Люциус, сплевывая кровь. – Ты, видимо, совсем тупой стал, это же доки, а там хозяйничает Толстый кот, так что, причём тут я, с ним и разбирайтесь, ты же сам в курсе, как он к нам относится.

– Толстый кот? – нахмурился Бар.

– Ну да, мистер Толстопуз. Наверное, самый хитрый из котов, – вздохнул Бучи и задумчиво приложился к бутылке.

Глава четвертая

Главное – это рыба

Доки, которые Чеширски всегда представлял как нечто большое, выглядели совсем не так, как это часто показывали в фильмах. Вместо просторных ангаров, где могли швартоваться гигантские промысловые суда, порт принимал лишь небольшие рыбацкие лодки, которые могли похвастаться разве что парой тонн свежей рыбы. И всё же, это было очень прибыльное место, так как океанская рыба была одним из самых лакомых кусков, наравне с игорными домами и борделями.

– Ты здесь в первый раз? – спросил Джереми.

– Да, первый, – признался Бар, отворачиваясь от стекла.

– Ничего, уверен, скоро ты сюда ещё наездишься.

– В смысле?

– Ну как, скоро здесь будет самая настоящая война.

– Война?

– Да, война.

– И кто с кем будет воевать?

– Да много кто, это такое место, что каждый захочет урвать кусок.

– Заканчивай, Джереми, – недовольно буркнул Бучи. – Ты со своими прогнозами достал уже. У тебя же целая колонка для этой фигни.

– Между прочим, я делаю твою работу. Это ты должен объяснять юному дарованию, что у вас тут происходит.

– Ты лучше бы место мне поискал, – ответил детектив, высматривая место для парковки. – Как обычно, еле встанешь.

Впрочем, удача, как всегда, способствовала детективу Хайнлайну и ему удалось пристроить машину возле небольшого серенького пикапа, почти полностью забитого рыбой, запах которой проникал даже через закрытое стекло автомобиля.

– Подъем, хвостатые, не будем заставлять нашего кота ждать, – сказал Бучи, вытаскивая ключи из замка зажигания.

– Что касается меня, то я мог бы остаться и здесь, – аккуратно заметил Джереми. – Я уверен, вам двоим будет проще общаться с сородичем, если меня не будет рядом.

Хайнлайн перевесил локоть через спинку кресла и лукаво улыбнулся, – что-то я не припомню твоих конфликтов с Арчи. Или, быть может, ты мне что-то не рассказал? А?

– Это называется разумность, Бучи, здесь нет подводных камней. Ну что ты как в первый раз. Вспомни мое правило: журналист всегда должен быть кристально честным и открытым для разумных идей.

– Ты это Дизи расскажи.

– Детектив! – вспыхнул Джереми. – Это просто сплетни. Мы же вроде договаривались, что ты не будешь поднимать эту тему.

– Ну, забыл, прости, – бросил Бучи и вышел из машины. Чеширски вылез следом.

Отойдя от машины шагов на десять и пройдя ограду, Чеширски заметил, что барсук так и сверлит детектива взглядом.

– Что, смотрит? – улыбнулся Хайнлайн.

– Да, смотрит.

– Ну, это нормально. Барсуки вообще обидчивые звери и, кстати, я очень советую никогда не поднимать любовные темы нашего ловеласа журналиста, он очень остро на них реагирует.

– Любовные темы?

– Да, как-нибудь расскажу. Попозже, – сказал Бучи, направляясь к небольшой группе кошек у пристани.

– Да без проблем, ну а насчёт войны? Это он о чём?

– Да тут всё просто, этот порт долгое время пустовал, переходя от одних рук к другим, но недавно наш уважаемый мэр решил всё же вложиться в него и даже прописал в городском бюджете определённые инвестиции. А, стало быть, добыча рыбы резко увеличится.