Даниил Ульмейкин – Тень наставника (страница 61)
Ваня вывернулся. Волослав ощутил, как в противнике переливается магия. Восемьсот лет назад у Вани не получилось бы совершить этот удар. В следующий миг Волослав усомнился, что самый сильный удар в истории принадлежит Тихону. Нет, он не приуменьшал достижения брата и не завышал впечатление от современного Ивана. Это была объективная оценка.
Взрывная волна едва не снесла Волослава и стоящих за ним Кирилла с матерью. Опытный воин успел отбить удар, как и успевал отбить удар Тихона, но атаковать также как богатыря не стал. Это оказалось верным решением. Иван не налетел на него, как этого ожидал Волослав. Из густого пара, возникшего от испарившегося снега над кипящим асфальтом что-то мелькнуло. Неопознанный объект летел прямо в грудную клетку Волославу. Инстинктивно воин увернулся. Обтёк угрозу как ветер. Только теперь он заметил, что это было. Ваня метнул меч. Не будь перед ним Волослав князь вышел бы из битвы победителем. Клинок летел прямо в Екатерину. Волослав успел его перехватить и отбросить его в сторону. У Волослава была эта черта, что бы он не бросил и с какого бы положения он не бросил, всё втыкалось. Воткнулся и отброшенный в сторону меч. Воткнулся в ствол дерева растущего с другой стороны кольца. Это дерево больше никогда не зацветёт. Не порадует людей своей густой листвой.
Обернувшись, Волослав спрятал клинок. В нём больше не было нужды. Оружие прошлого актуально только против оружия прошлого. Под ногами Волослав ощутил силу. Пар от снега, едва не сваривший обоих, рассеялся и бывший волк увидел, как его ученик по колено застрял в земле.
– Уйди! – рявкнул Иван и Волослав почувствовал магический резонанс.
Земляной, зачем-то попытавшийся помочь, отхватил так отхватил. Пар окончательно рассеялся, и ученик набросился на своего мастера. Волослав во время боя обычно холоден, но сейчас его переполняли эмоции. Ученик ему практически не уступал. Не то, чтобы Волослав.
Воин не поверил ни глазам не ощущениям. Прямо во время боя Ваня сплёл целую паутину из заговоров, сглаза и рун. Волослав сам применял этот приём только трижды. В последний раз в бою с Могальтом. Самым интересным было то, что воин придумал этот приём спустя три века, после пропажи ученика. То есть, Ваня придумал и отработал эту сложнейшую технику самостоятельно. Технику, что сам Волослав тренировал и отрабатывал веками.
Теперь наставник не был уверен в своём превосходстве. Опытный воин решил прощупать почву и ушёл в глухую оборону. Он отбил паутину. Земля снова вскипела под ногами. Не будь Волослав наполнен магией его бы сварило заживо. Иван тоже был ей переполнен. Пока земля была вязкая они поперебрасывались проклятиями. Как только земля более-менее застыла, Иван бросился в атаку. Тут Волослав схитрил. Он заметил, что ученик защищается только от магии. Здравствуй двадцать первый век. Волослав изъял из наруча ПЛ и прострелил князю ногу. Попал прямо в кость под коленом. Ваня споткнулся и полетел лицом в землю. Но не долетел. Его влепило в бетонную стену. А магию высосало, как воздух из разгерметизированного космического шаттла.
Подскочил князь с большим трудом. Истощённое тело без магии слушалось гораздо хуже. Он обернулся и увидел, как Волослав закрывает дверь темницы. Волослава он видел, через специально предусмотренное стеклянное окно. Видел его лицо и слышал, как щёлкает засов. Он попытался зачерпнуть магии, но всё четно. Хоть стены были переполнены магией, князь ощущал, как его попытки кто-то ограничивает.
***
Екатерина вцепилась в рвущегося в бой сына! Волослав и Ваня сцепились в битве не на жизнь, а насмерть. Такого сражения женщина не видела даже в крупно бюджетных блокбастерах. В миг между воинами пространство исказилось. От чего мгновенно заложило уши. Екатерина так и не поняла, что это было.
Её контузило. Зрение частично отключилось. Звон в ушах полностью дезориентировал женщину, но руку она не разжала. Кирилл был наполнен магией и его совсем не контузило. Он подхватил мать и побежал назад. Следующее, что помнила Екатерина, это склонившегося над ней Волослава. Она видела, как открывается его рот, но ничего не слышала. Звон не давал расслышать Волослава. Она поняла, что всё хорошо, когда воин улыбнулся. Поняла и забылась.
Волослав был всё дальше, дальше и дальше. Сейчас она шла с работы по Отцовскому переулку. Было тёплое лето. Всё было в траве и зелени. Издалека она увидела, что её встречают. Встречает отец, муж и сын. Её папа, который всегда был холоден и сдержан. Черты, которые она больше всего уважала в мужчинах. Её муж, который был умён и сообразителен в любой ситуации и её сын, который этих черт не имел. Он был добродушный, наивный и доверчивый. Где-то слабый, где-то ранимый. Но вдруг, мелькнула тень, знакомый силуэт. Отец, муж и сын подошли ближе. Она смогла рассмотреть их лучше. Отец и муж не изменились, а вот сын… Кирилл уже не такой наивный, не такой доверчивый. Контраст стал более заметен именно на сыне, которого она знала раньше и знает сейчас. Теперь её сын шёл на равные ничем не уступая настоящим мужчинам. Почему-то только сейчас она заметила, как они похожи. Все трое.
– Он сможет за себя постоять. Я в нём уверен, – послышался голос Волослава.
Екатерина присмотрелась и увидела, что сын отбрасывает его тень. Тень Волослава. Тень наставника. Такую же тень отбрасывали и её папа, и Ваня.
Почему она решила, что сын не справится? Почему она решила, что он бросится в бой. Не такой же дурак её сын. Зачем она пыталась спрятать его под материнской юбкой?
– Мама? – послышалось из вне. – Мама, ты слышишь?
– Её контузило.
– С ней всё будет хорошо?
– Да!
Внезапно невесомость сменилась на стремительное падение. Женщина открыла глаза и обнаружила, что лежит головой на коленях у сына. Они ехали в такси на заднем сидении. Впереди на пассажирском сидел Волослав и указывал таксисту куда ехать.
В окне мелькнули ворота поместья. Екатерина поняла, что они уже приехали. Женщина приподнялась и осмотрелась. Действительно, машина остановилась у входа в поместье. Волослав расплатился и все вышли. Такси умчалось прочь. Волослав и Кирилл решительно двинулись внутрь. Екатерина одёрнула сына схватив его за руку. Кирилл обернулся.
– На что ты надеялся, когда лез в драку? – спросила женщина. Голос её был требовательный как никогда!
Кирилл не стал темнить:
– Я бы мог помочь Волославу. Отец очень сильный противник.
– Ты знал как он опасен и полез туда? – ужаснулись мать.
– Да, я видел его во снах.
– Ты знал про его меч?
– То, что он заговорён и отравлен?
– На что ты надеялся? – накричала мать.
– Я хотел как дедушка сделать.
– Чего?
– Ну дедушкин подвиг. Он мне всё-таки рассказал, что сделал. Он делился положительной магией в бою с Могальтом. Таким образом, Волослав временно стал магом. И только так смог победить Могальта.
– Того самого Могальта?
Кирилл кивнул. Мать отпустила руку сына. Она смотрела на сына со злобой и бессилием.
– Я бы не сунулся в их бой. Что я дурак? Я бы немножко подпитал Волослава и всё. Он бы получил преимущество...
Екатерина не дослушала сына. Она вздохнула и взялась за голову. Столько мыслей, столько эмоций, столько боли в висках. А сын сохраняет контроль. На его глазах погибла его девушка, а он держится, не устраивает истерику. Екатерина снова поймала себя на мысли, что эта черта её отца. И если подумать не только его. Каким был богатырь Константин до встречи с Волославом? Был ли он таким сдержанным?
– Мам, я тебе клянусь. Со мной бы ничего не случилось бы. И в конце концов, я...
– В конце концов, пошли внутрь, а то тут холодно.
Схватившись за плечо Волослава, она не прихватила пальто. Поэтому, всё это время была одета в джинсы и кофту. Благо не босая. Платон выдал удобные тапочки. «Интересно, а Волослав тоже был в тапочках?» – задумалась женщина, входя в поместье.
Волослав показался в холле. К голове он прижимал лёд.
– Ты же быстро заживаешь? – поинтересовалась трясущаяся женщина.
– Когда не истощён, – буркнул Волослав.
– Бой тебя истощил?
– Нет, я сам выгнал лишнюю магию из организма.
– Зачем?
– Так надо. Об этом потом...
Он направился в подвал. Екатерина и Кирилл пошли следом.
– Вам этого лучше не видеть!
– Мы уже всё видели! – фыркнул Кирилл.
Волослав пожал плечами и препятствовать не стал. Они спустились в подвальное помещение, где зачем-то были предусмотрены несколько камер. Платон утверждал, что там будет храниться вино, для того и такие надёжные двери. «Как будто вино может сбежать» – как-то пошутил Кирилл.
Они спустились. В небольшом освещённом помещении стояли грустный Тихон, задумчивый Даал, испуганная Полина и Танюша. Домовая была в ужасе. У дверей спиной стоял Платон. Шерсть его была взъерошена.
– Ты, – прошипел домовой. – Что ты сделал?
Волослав молчал.
– Почему ты его не убил? Ты же видишь, он мучается! – когда Платон повернулся, все увидели в его зелёных глазах слёзы. Он моргнул и слёзы покатились по волосатым щекам.
– Отвечай почему?!
– Я не смог, – выдавил Волослав.
– Что?
– Рука не поднялась, – признался Волослав.
Выглядел тысячелетний воин подавлено. Сейчас он не был похож на самого себя. Сейчас он был человечным. Человечней, чем когда-либо его видели Екатерина и Кирилл.
– Слава, он страдает! – взорвался Платон. – Посмотри на него! Он разлагается. Прямо...прямо...