Даниил Ульмейкин – Тень наставника (страница 5)

– Она перестала есть некоторые продукты. Кожа изменилась. Она стала...

– Энергичней?

– Да, – удивлённо подтвердила девушка. – Сегодня ей не понравились свои вещи. Поэтому она ворвалась в мою комнату, выпотрошила шкаф и напялила мои.

Волослав внезапно засомневался за что переживает девушка, за мать или за свой гардероб.

– Это нормально. Она будет меняться в течение какого-то времени, – заверил Волослав.

– И?

– Ресурс клеток восполнится, нервная система претерпит перезагрузку и так далее. Сотни процессов в организме пройдёт.

– И к чему это приведёт?

– Возраст откатится назад.

– Насколько назад? – ужаснулась девушка.

Волослав пожал плечами:

– Трудно сказать. Кровь бессмертного мага уникальна. Она имеет совершенную ДНК. А это была не просто кровь. Он сделал вытяжку-концентрат. Кроме того, возможно из него ещё не вышла живая вода. Вытяжка вполне могла содержать несколько молекул. Узнаем, только когда процесс закончится.

Девушка удивлённо посмотрела на Волослава.

– Но Кощей сказал, что она получит только крепкое здоровье и сильный иммунитет, – недоверчиво вспомнила девушка.

– И он не соврал, – с грустной улыбкой вздохнул Волослав.

– А вдруг он не рассчитал, и она превратиться в умного младенца?

Волослав с трудом сдержал улыбку. В младенца Екатерина не превратилась бы. Скелет не имеет физической способности обратного роста. Самое страшное, что могло произойти это появление подростковых прыщей на щеках.

– Значит, будешь о ней заботиться, – со слишком серьёзной интонацией пошутил Волослав.

Полина побледнела. Побелели даже слегка подкрашенные губы. Девушка любила крутиться перед зеркалом, краситься и наряжаться без повода. Так было и сегодня. Она совсем недавно сдала экзамены. До следующего семестра оставалась неделя. Поэтому план на день заключался в бескомпромиссном бездельничестве.

– А если всё зайдёт далеко, это можно как-то остановить? – встревожилась Полина.

– Конечно можно, но опасно. Можно нарушить процессы в организме. Поэтому, я бы не стал, – зевнул Волослав.

Он уже собирался уходить, но девушка снова его окликнула.

– Волослав, я хотела ещё спросить. А есть какой-нибудь словарь рун? Больше, чем тот, который я ворую у Кирилла, – тонким голом пролепетала Полина.

То, что девушка пользуется простыми рунами для Волослава не было сюрпризом. Он сам не раз наблюдал, как она ими пользовалась. Но интерес к более сложным рунам стал бы поводом для беспокойства.

– Полина, не пойми меня неправильно. Я не дам тебе такой рунник, пока ты не закончишь университет, – твёрдо сказал Волослав, а затем добавил: – И Марго тоже не даст, я позабочусь.

Девушку перекосило. Она поняла, что её корыстный интерес разгадали за секунду.

– Учись самостоятельно. Магия – не решение проблем в современном мире, – сказал Волослав и вышел из дома, оставив девушку раздумьях.

Потоптавшись на месте, он решил посмотреть, как выглядит Екатерина в одежде дочери. Такое зрелище бывает один раз в жизни. Почему бы на него не взглянуть? Он резко повернулся и пошёл в сторону отдела полиции, где работала Екатерина. Оказавшись на месте, он накинул скрывающую руну. Он не хотел, чтобы каждый сотрудник спрашивал кто он и к кому пришёл. Так уже, бывало. Дело в том, что все сотрудники друг друга знают. Обязательно пристанет какой-нибудь несчастный участковый. Волослав легко дошёл до четвёртого этажа, где в данном отделе полиции располагался уголовный розыск. Он прошёл через железную дверь. Систему контроля и управления доступом прошёл без заморочки. У него был универсальный электронный ключ. Как только он вошёл в помещение розыска, услышал безумный яростный крик.

– Да засунь этот рапорт себе в рот! – раздался злой голос Екатерины. – Я спрашиваю, почему ещё не возбуждено уголовное дело?

– Товарищ подполк..., – оправдывался кто-то.

– Этот ушлёпок уже мог из страны смотаться. А всё потому, что опер в составе следственно оперативной группы – ЛОХ!!!

– Но следак!

– Следак свой зад прикроет, а ты его отдашь, если к вечеру мошенник будет на свободе.

– Но я...

– Ты так и не понял? Следак продал материал и разваливает его. А если прокуратура это усмотрит, ты уедешь вместе с ним на швейную фабрику! А ну пошёл вон, чтоб я тебя не видела, пока не прижмёшь жулика!

Послышался шум. Из одной из дверей выбежал молодой оперативник и как ужаленный вылетел на лестничную площадку. Волослав с интересом подошёл к двери. Это был класс службы.

– Где Семёнов? – рявкнула Екатерина.

– Он с утра был в дежурке, – сказал кто-то.

– Что ты мне лечишь? Скажи этому аборигену, что если он ещё раз опоздает, все последующие праздники будет дежурить в ночь. По крайней мере, пока я здесь начальник!

Послышалось как кто-то поёрзал на стуле.

– Следующий вопрос, вы Нюхова поймали?

– Нет, – послышался виноватый прокуренный голос.

– А почему? Чтобы меня на селекторе генерал отчитал как пятилетнюю девочку?!!

– Ну мы...

– Вы наркомана поймать не можете! Вместо того, чтобы подкараулить по-тихому, вы олухи выпотрошили притон, где его не было. Кенты ему сразу же слили, что приходили за ним.

– Ну, а если он свалил из города?

– Куда он свалит? У бабы он своей сидит. Караульте его у бабы под подъездом.

– Так караулили вчера и сегодня, никого не было.

– Петя, а вы на какой машине караулили? – снисходительно спросила Екатерина.

– На десятке.

– А тебя не смущает, что за последние десять лет мы его уже два раза брали. Он наши служебные машины знает.

– Что мне, на своей грязных нариков катать? – возмутился Петя.

После чего раздался грохот. Из класса службы вылетел полненький оперативник. Ему вслед вылетела большая чёрная папка. Вылетела с такой силой, что долетела до противоположной стенки коридора. Полный оперативник, спасая шкуру моментально покинул этаж. «Хорошо, что не в окно вышел» – подумал Волослав, наблюдая за происходящим.

Спустя несколько секунд в коридор зашёл худенький оперативник. Вид у него был заспанный. Когда он подошёл ближе, Волослав рассмотрел, что волосы у него жирные, будто тот не купался дней десять. Худой оперативник сбавил шаг и аккуратно заглянул в класс службы. Суде по всему это был тот самый Семёнов. По крайней мере, так подумал Волослав.

Зайти в класс худой так и не решился. Спустя пять минут утренняя планёрка была окончена.

– Кто не распишется за полученный материал, тот в ведомости на новогоднюю премию не распишется! – строго рявкнула Екатерина.

Остальные оперативники вывалились из класса и расползлись по этажу.Волослав был поражён. Таких женщин он за тысячу лет жизни не встречал. Раньше он просто уважал эту Екатерину. Знал её как любящую мать, женщину построившую успешную карьеру, трезвомыслящую и знавшую себе цену. Сейчас Волослав вовсе пришёл в восторг от неё. Этот восторг сбил его с толку. Такая ментальная мощь обычно не присуща женщинам. Раньше Волослав высмеивал своего ученика за страх к матери. Теперь это было неприемлемо. Он понял Кирилла. Всё стало на свои места. Тысячелетний воин понял, что Кирилл имел веские причины пугаться матери.

Екатерина вышла и наконец Волослав её увидел. Он ожидал, что она будет в молодёжной одежде дочери. Увидел и огорчился. Начальница уголовного розыска была в форме. Видимо переоделась, придя на работу. Она зашла в свой кабинет, не закрыв дверь. Волослав снял с себя руну и зашёл вслед. Женщина обернулась и Волослав понял, что подарок Кощея идет ей на пользу. Выглядела она свежей. Гораздо свежей. Светло карие глаза горели как уголь в печи. Екатерина не была столь глупа, чтобы спрашивать: «Как ты сюда попал?». Она вполне представляла, куда способен войти Волослав и откуда может выйти.

– Какими судьбами? – спросила женщина в форме и нажала кнопку на стоящем на окне электрическом чайнике.

Её интонация всё ещё была резкая и жёсткая, как во время проведения планёрки.Волослав внезапно ощутил, что не может придумать, что сказать. Почувствовал себя так глупо, что это ни в коем случае нельзя рассказывать Платону. Но кого он обманывает, он всё равно расскажет. И домовой будет подшучивать при любой возможности.

– Дочь переживает, – сказал Волослав.

– Скормила мне волшебную пилюлю и переживает?

– Не волшебная она. И как я понял она её вколола, – пояснил Волослав.

Екатерина, дойдя до рабочего стола резко обернулась, как будто этого совсем не помнила. Не удивительно, Полина упомянула, что у матери была температура сорок. В таком состоянии мало что может запомниться.

– Я её не осуждаю. Восемьдесят процентов дочерей так бы поступили на её месте.