Даниил Ульмейкин – Тень наставника (страница 49)

– Позвони ей.

– Я уже звонил. Она не отвечает.

– Позвони ещё раз. Может её там уже убили?

Герд на миг замер, а затем посмотрел в сторону салона красоты. Потом мотнул головой будто приходя в себя:

– Нет. Ты же видел на что она способна. Помнишь Новгород? Тут бы уже воронка была, если б её пытались убить.

Павел устало потёр лоб. Он откинул сиденье в положение лёжа и сказал:

– Как придёт, разбудишь!

– Она уже.

Павел поднялся и нажал на кнопку. Спинка сидения приняла прежнее положение слегка ударив священника по спине. Марго шла вприпрыжку. Герд заметил, что она уже привыкла к каблукам. Даже отметил её походку достойной. Ведьма села на заднее сиденье.

– Смотрите какие! – Марго выставила на показ свой маникюр. – Полина умрёт от завести.

Повернувшийся Герд моментально перевёл испуганный взгляд с маникюра на лицо.

– Я хотела сказать упадёт. Упадёт от зависти, – виновато осеклась ведьма. Ведь она способна, не думая бросать сглазы.

– Красивый, – бросив взгляд на маникюр сказал Павел.

Священник отвернулся. Марго перевела ожидающий взгляд на Герда.

– Тебе очень идёт! – сдержано сказал Герд.

– Спасибо! – так же сдержано поблагодарила Марго.

Положительная магия, пульсирующая внутри Герда, по-прежнему давала ему способность чувствовать эмоции ведьмы. Почему-то от реакции Павла девушка получила больше удовольствия. Хотя островитянин точно был уверен, что именно от него Марго ожидала похвалы.

– Просто восхитительный маникюр, – напряжённо вцепившись в руль продолжил Герд. – Почему ты раньше такой не делала?

Марго улыбнулась. И не только лицом. Добившись ожидаемых от ведьмы эмоций, Герд успокоился.

– Поехали, – улыбчиво велела Марго.

Так называемый чёрный рынок находился прямо в центре Стамбула. Вход был с улицы и стремился глубоко вниз. Суде по возрасту кладки камней подземелье было выкопано задолго до Османской империи. Обычно прямо на входе в подземелье можно было сбыть товар скупщику. Именно он находит покупателя. Выступает посредником. Такие услуги освобождают продавца от уймы лишних неприятностей. Именно посредник рискует своей шкурой и за это берёт не малый процент. Иначе сбыть товар было очень сложно.

Однако далеко не все скупщики рисковали связываться с такими опасными артефактами, которые принесла Марго. Согласился только один. Понять его происхождение было сложно. Он не имел расовой черты, точно позволяющей определить его принадлежность. Волосы у него не росли. Вообще нигде, даже на бровях. Он выглядел гладким и блестящим. Одевался он по-разному. Он мог встретить гостя в традиционной мантии долгожителей или в халате и тапочках.

Именем скупщики не пользовались. У каждого было криминальное прозвище или псевдоним. У этого был «Тракор». Из всех посредников Тракор был самый смелый, и как следствие, самый успешный. Увидев Марго, он сразу признал в ней дочь Яги. Он заявил, что Марго на мать совсем не похожа. На вопрос, как он узнал заверил, что знает Анну, с которой Марго очень похожа. Либо он был прекрасно информировал, либо действительно знал и сестру, и мать. В первый день Марго скинула кучу тёмных артефактов. Спустя час и тридцать звонков покупатель нашёлся. Точней сразу несколько покупателей. Суде по всему ведьмы. Кратор умело с ними торговался. В конце концов товар достался тем, кто заплатил больше.

Сегодня Кратор был одет в строгий классический костюм. Стоило ему заметить зашедших Марго и Гердона, он мигом бросился к ним. Ещё бы. Только за вчерашний день он заработал на них целое состояние.

Скупщик галантно поцеловал дочери Яги ручку и крепко, по-мужски пожал руку тридцать первому витязю на службе света.

– Добрый день, друзья мои.

Марго и Герд поприветствовали.

– Чаю?

– Нет, спасибо, – Герд не рисковал принимать от незнакомых людей еду и напитки. Черномор как-то всю голову прожужжал тем, что витязя проще всего не убить в бою, а именно отравить.

Марго же любой яд или снотворное могла определить по запаху. Ведьма согласилась на кофе.

Тракор упорхнул к кофе машине. У него в отличие от других барахольщиков было собственное помещение. Все остальные делили помещения по двое или трое. Аренду целого помещения в столь защищённом подземелье мог оплатить не каждый. Остальным скупщикам это было просто не по карману.

Колдун завёл их к себе и усадил на диванчик. Через несколько минут принёс Марго кофе в бумажном стаканчике. Одноразовая посуда — отличительная черта текущего века. Её не нужно мыть или беречь. Поел, попил и выбросил. Что ещё нужно? Люди научились делать одноразовую посуду из органики. Её производство стало очень дешёвое и экологически безопасное. Пластик уже постепенно начал себя изживать. А колдуны всё удивлялись, почему же они раньше до этого не додумались. Но не все. Остались ещё те, кто питал слабость к старинным или просто красивым сервизам. Кратор был из тех, кто сервизы продаёт, а не пьёт из них.

– Что у вас сегодня?

– У меня с собой сейчас нет барахла, – отпив сказала Марго. – Но есть то, что я очень хочу слить.

– Может не надо? – картинно насторожился Герд.

– Ну а что мне с ним делать?

– С чем делать? – терпеливо спросил скупщик.

– Понимаешь, – начала было ведьма, но витязь её перебил.

– Раньше ты сливала всякую ерунду. Если даже и мелькнём в поле зрения комитета…

– Тут всё чисто.

– Ты что ему доверяешь? – картинно возмутился Герд.

Конечно же этот спектакль был для скупщика. Тракор конечно же понимал, что это спектакль. Он был акулой этого бизнеса и работал не первую сотню лет. Похоже такие спектакли бывали часто и в большей степени его смешили. Колдун хищно усмехнулся:

– Ну хватит набивать товару цену. Говорите, что у вас?

На всякий случай он бросил заговор на помещение. Они все оказались в ограничивающем куполе.

– Что за дела? – напрягся островитянин.

– Это от шпионов. – пояснила Марго.

– А что, раньше он шпионов не боялся. Сколько мы вчера продали. Он не беспокоился о безопасности.

– Я всё ещё жду, – спокойно сообщил колдун. – А с комитетом тут никто не работает. Иначе бы клиентура не рискнула бы сюда соваться.

– Хотите сказать, они о вас не знают?

– Почему же? Знают, я уверен в этом. Но среди скупщиков и покупателей их нет.

– Почему?

– Потому, что на подземелье лежит заговор. Не зря это место такое дорогое. Любой сотрудник комитета, что сюда входил был проклят. Не жил дольше полу часа. Может собирать доносы от тех, кому не достался желаемый товар. На основе слежки могут сопоставить данные с тем, кто входил и выходил.

– То есть, нас уже могли выследить?

– Да.

Герд растерянно посмотрел на Марго.

– Поэтому входов в подземелье много, – успокоил их скупщик. – Есть официальный на обычную барахолку. А есть тот, через который заходите вы — относительно свежий. Владелец подземелья меняет место входа, как только замечает оперативников комитета.

Герд напряжённо переводил взгляд со скупщика на Марго.

– Вы нас ждали?

– Мне позвонили и предупредили, что у вас специфический товар. Зайди вы через официальный вход, вас бы моментально вычислил комитет.

– И часто вы их тут замечаете?

– Комитет?

– Да.

– По-разному, – признался Тракор. – В любом случае, мы следим за конфиденциальностью наших клиентов. Иначе бы это место просуществовало не долго.

– А если комитет на нас всё-таки выйдет? – поинтересовался Герд.

– Я беру свой процент за гарантии. Если за вами увяжется комитет, я обязуюсь вернуть вам деньги. Себе оставлю минимальный процент за посредничество.