Даниил Тихий – За пеленой изнанки (страница 23)

Выплюнув изо рта скрипящий на зубах пепел и пытаясь что-то расслышать через «вату» частично перекрывшую слух, побежал дальше сквозь дождь огненных искр, что со звуком кипящего пластика падали через каждый десяток метров. С нами поравнялся край пламенного шторма, отмеряющий последние минуты до нашей кончины.

Очередной свист прямо над головой заставил попрощаться с жизнью, но ярко желтый купол весь покрытый сегментами похожими на пчелиные соты уберег наши аватары. Маленькая гоблинша сидя на шее Хрома, держала в руках туго стянутую мешанину узелков и веревочек, а её руки ярко сверкали, передавая магическую энергию защитному заклинанию.

В момент столкновения падающего метеора с куполом, я успел увидеть, как двое бегущих в хвосте отряда с расширившимися от ужаса зрачками бойца, не успели добраться до края действия магии Сиеры. Не было слышно не криков ни воплей, их просто скрыла с глаз волна пламени, разошедшаяся в стороны от места столкновения.

Сам не знаю, каким образом нам удалось добраться до ступеней храма. К тому моменту потерявшую сознание Сиеру тащил Хром, непонятно как еще живой, ведь в его доспехе было ясно видно рваные дырки от попадания камней поднятых с земли взрывами. Лиассин вся чёрная словно трубочист первая влетела внутрь храма, за ней туда же ввалился латник, а я уже уверенный, что вот-вот через каких-то пять-семь шагов можно будет свалиться на землю и больше никуда не бежать жестко просчитался.

Прямо за спиной особенно ярко сверкнуло, а затем с задержкой в пару секунд вместе с пришедшим грохотом, от которого казалось, что голова была готова треснуть, неведомая сила подхватила и несколько раз крутанула меня в воздухе, с бешеной скоростью швырнув меня вперед. Последнее что я запомнил, так это летящие мне прямо в лицо мраморные плиты, устилающие пол местного строения…

Глава 12. Обелиск

Пробуждение было резким и совершенно не болезненным. Немного удивившись тому факту, что я жив живехонек и даже не покалечен, привалился спиной к стене и осмотрелся. Почувствовав на лице что-то раздражающее кожу, провел по нему рукой. На пол посыпались чешуйки свернувшейся и высохшей крови вперемешку с грязью и пеплом. Значит, ранен я всё таки был, шла же кровь откуда то. Вот только сейчас фрейм моей жизненной энергии был полон, а значит, кто-то поработал над моим исцелением.

— Иллисар? Ты здесь? Покажись.

Чуть дальше того места где я сидел, ближе к входу, пространство примерно метр на метр окутала белесая дымка формирующая фигуру призрака. Заложив руки за спину, он, задумавшись, смотрел на то, что творилось за пределами храма.

— Что здесь произошло? Куда делась группа?

— Их забрали хозяева этого места, а я не смог им помешать. С такими существами я еще ни разу не сталкивался. Повезло что, накрыв тебя пологом отвода глаз, я сумел уберечь нас от обнаружения, иначе бы они прихватили и тебя.

— Исцелил меня тоже ты?

— Нет, за это нужно благодарить воина в латных доспехах. Кажется, его зовут Хром. Он успел влить в тебя довольно мощный лекарский эликсир, прежде чем в этих чертогах завязалась схватка. Хотя схваткой это можно назвать лишь с большой натяжкой. Твоя группа была ослаблена после бегства от пламенной бури и те, кто пришел, справились с ними без особого труда.

Пока Иллисар отвечал, я поднялся и подошел к нему. Снаружи бушевало пламя, воздух кипел, причудливо изгибаясь в паре метров от нас, но не одна искра, как и чудовищный жар не могли найти дорогу внутрь храма.

— Ребята отправились на перерождение? Их убили?

— Не знаю, живы ли они сейчас, но брали их живьём.

— Как выглядели те, кто напал на них? Нежить? Разумные? Кто это был?

— Я покажу…

Мёртвый служитель ордена шагнул ко мне ближе, и вытянув руку коснулся двумя пальцами середины моего лба. Самого прикосновения я не почувствовал, но оно возымело действие. Стены храма поплыли, барельефы, украшающие колонны, как и возвышающиеся по углам статуи накрыла тень, а в голове зазвучал певучий шепот Иллисара.

Я прошу тебя хозяйка

Дай увидеть ему путь

Мой рисунок созерцанья

И событий давних пруд

*

Пусть прозреет смертным взором

Пусть откроются глаза

Пусть увидит-то что видел

Я, когда пришла беда.

И я увидел…

— АААААА ТВАРЬ! — шипастый шар кистеня, набравший разгон ударил в драука. Помесь разумного и паука, эдакого мутанта, чей паучий корпус переходил в человеческое туловище. Драук прикрылся округлым щитом, вспыхнувшим в момент соприкосновения тёмно-фиолетовым отблеском неизвестной магии.

Ответная атака последовала незамедлительно. Укрытые хитином лапы, торчащие из брюха выпрямились, делая фигуру монстра еще выше и в Хрома с чавкающим звуком полетел белёсый комок. Весь покрытый вязкой слизью воин упал, а ему на помощь бросились двое уцелевших бойцов из его отряда.

Светлый эльф вооруженный полуторным мечом успел провести виртуозную атаку и его клинок, смяв край хитиновой пластины, глубоко засел в боку противостоящего им существа. Монстр будто совсем не чувствуя боли не обратил на это внимания, паучьи лапы лягнули второго бойца — человека вооруженного ножами кукри.

Клинки отлетели в сторону, а человек был отброшен к одной из колон, об которую с силой приложился головой и впал в беспамятство. Тем временем из дальнего тёмного угла помещения появился еще один драук. В своих человеческих конечностях он удерживал витой жезл весь покрытый шевелящимися отростками. Его-то он и направил куда-то поверх головы эльфа.

Ударивший в центр схватки жемчужный луч, заставил Лиассин присевшую за спинами сражающихся и пытающуюся начертить на полу магический рисунок, упасть лицом вперед. Эльфа постигла та же участь, заклинание не зацепило лишь Иллисара, который, невидимый для остальных стоял надо мной, раскинув руки в стороны и не останавливаясь ни на секунду творил отводящую взор магию.

Оба драука подхватили тела друзей лежащих кто без сознания, а кто и просто парализованный лучом жезла. Обмениваясь пощелкиваниями и каким-то скрежетом, будто разговаривая между собой, они залили ребят клейкой субстанцией, оставив открытыми лишь лица, а затем, работая несколькими парами лап буквально за пару минут превратили всю группу в набор коконов.

Моё видение прервалось в тот момент, когда последний из них нырнул за колонну в противоположном от меня конце зала, унося у себя под брюхом парализованную Лиассин. Визуально с моей точки обзора там не было никакого прохода, и путь, по которому скрылись Драуки, предстал перед глазами только когда я сам обошел витой столб.

Плиты пола в этом углу храма были выломаны изнутри и разбросаны вокруг, да и вообще внутреннее убранство храма говорило о его запустении. Вот только в свете минувших событий говорить о том, что это место заброшено, как минимум глупо.

Там за колонной открывался тёмный зев рукотворного туннеля, который вел куда-то в недра земли под храмом. Присев рядом с ним на корточки я прикоснулся к вискам, и устало их помассировал. Спасти Арию и Талли, узнать что случилось с Гелло, помочь Лиассин воскресить фамильяра, попытаться спасти ребят, которые попали в плен к паукообразным монстрам, избавиться от печати Атанат которая на самом то деле не сильно меня и тревожила просто я не хотел быть в услужении у кого бы то не было, будь то светлый божок или демонесса. И наконец, разблокировать память, как свою, так и искина, благодаря которому я, в общем-то, и существую как личность.

— А не послать ли мне всю эту жизнь нахер.

— Извини Глиф, я не совсем тебя понял.

— Я сказал, не послать ли мне всю эту жизнь нахер.

Иллисар замолчал, да я и сам бы на его месте не нашелся с ответом. В дырке было темно словно в заднице у немытого орка, но не для меня. Я все видел отчетливо, и рубленые отпечатки паучьих лап Драуков, и острый уклон грозящий падением при единственном неосторожном движении.

Мне не хотелось туда лезть, наверное, я становился эгоистом или бесчувственным уродом. Когда Тарфорд был еще цел, и орда БраготГура не разорила его, я был другим. Тот старый я, без оглядки бы нырнул в эту дыру, чтобы спасти друзей, а я нынешний не хотел. Сколько чертовых дней и ночей прошло с тех пор, как я последний раз валялся на кровати и не думал не о чем напряжном? Куда делось то время, когда мне не нужно было никуда нестись, сражаться, кого-то спасать или выполнять непонятные миссии таинственного искина? А ведь когда-то я в серьез думал, что стану вором вместе с Гелло и мы будем мутить свои тёмные делишки под покровом темноты, пока каждый нищий непись в этом убогом портовом городе не узнает о двух мастерах в берестяных масках.

Поднявшись, я взялся руками за колонну и склонил к ней голову, прижимаясь кожей разгоряченного лба к прохладному, несмотря на «погоду» камню. — Не хочу, не хочу, не хочу. — Шептал я сам себе, с каждой секундой все больше понимая, что эта убогая дыра в полу и есть единственный возможный для меня путь. Ну кроме того пламени снаружи. Ну а что? Шагнул туда и всё, погиб, а значит и друзьям помочь не мог. Извините братцы, так вышло, ну не добрался я до вас, сгинул по дороге.

Поймав себя на этой мысли, я открыл глаза до этого прикрытые. Откуда-то из-под сердца, поднявшееся вслед за усталостью раздражение, сменилось медленно набирающим обороты гневом. Замер и сосредоточился, стараясь удержать это состояние. Не дать гневу призывающему крушить и без оглядки бросаться вперед завладеть своим сознанием, не провалиться в апатию и трусость. Удержаться где-то между ними. Между льдом и пламенем. Остаться собой, расчетливым, тихим, целеустремленным, готовым взорваться из тени одним энергичным и смертельным ударом. Перемолоть их всех, все эти препятствия к тихой и спокойной жизни. Сломать им хребет, выбить зубы и засунуть все эти оскаленные пасти, когтистые лапы, смертельную магию, оружие и другую смертоубийственную херню им в хрипящие глотки!