Даниил Тихий – Тёмными тропами (страница 4)

Аса быстро организовал ловушку прямо в воде у входа в логово. Если ушастый решит выползти из пещеры в их отсутствие, ему переломает ноги об капкан, и они возьмут его тепленьким, когда вернутся обратно.

Путь до пометки на карте, которая отображала местоположения алтаря, занял несколько часов. Удивительней всего было-то, что стражем алтаря оказался сам алтарь. Украшенный разными красивыми ленточками по центру широкой поляны упираясь корнями в землю, стоял пень некогда могучего дерева. Само дерево погибло давным-давно, но то, что от него осталось не умерло. Силы природы сделали из него алтарь, который, судя по огромным веткам, торчащим в разные стороны и напоминающим лапы, а так же по щели рта и глазам вполне мог за себя постоять.

Алаша вытащила из мешочка на груди маленькую змейку питомца и отправила ее к алтарю, чтобы глазами своего слуги взглянуть на стража поближе. Самим Расаишь было черевато приближаться к лесному духу. Все они выбрали себе в покровители темных богов, а значит, светлые существа будут реагировать агрессивно на их появление.

Внимательно осмотрев противника с помощью змейки, Расаишь обговорили свои действия, и пошли в атаку. Стоило воину в костяной броне из хитина болотных крабов подскочить к пню, как он немедленно ожил.

Природный хранитель

Уровень 14

Элита, Редкое существо, дух природы.

Существо оказалось неповоротливым, но очень живучим и опасным. Стайка, каких-то маленьких птиц налетела на второго воина, не давая ему приблизиться к пню. В то же время замах лапы ветки обрушился на щит Расаишь, который атаковал кистенем духа, удар, за ударом сдирая с него куски коры.

Сарах метнулся к щитоносцу несколькими ударами раскромсав побеги, которые вдруг выскочили из земли и обездвижили воина. Освободив товарища, следопыт отскочил, чтобы бросить бутыль полную масла которым обычно пропитывали факелы. Жирная смесь обляпала пень, в то время как Аса имеющий на этот случай десяток специальных стрел воткнув перед собой в землю факел, поджигал обмотанные промасленными тряпочками стрелы и вколачивал их одну за другой в корпус врага.

Пламя потихоньку разгоралось, причиняя боль хранителю и заставляя его атаковать все яростней. Наконец отбивший атаку стаи птиц воин присоединился к схватке, орудуя неким подобием алебарды. Ему удалось за пяток ударов надломить одну из самых больших веток-лап, заставив ее бестолково повиснуть вдоль ствола пня. Увлекшись атакой, он прозевал удар в грудь одной из толстых веток и был отброшен в сторону.

Тем временем Алаша закончила чертить на земле фигуру заклинания, установив в центр фигуры чашу с водой, она бросила туда несколько пучков трав со своей одежды и затянула песню, притоптывая ногой и крутясь на месте. Специализацией Алаши было шаманство и теперь, закончив приготовления, она напитывала заклинание силой своей манны. Фигура разгорелась синеватым светом, что говорило о правильности рисунка. Вода в чаше вдруг забурлила, перемешиваясь с другими ингредиентами, и на последнем звуке песни испарилась вся разом. По воздуху разлился звон маленьких колокольчиков и раны на воинах, которые к тому моменту порядком пропустили ударов от хранителя, на глазах затянулись, впитывая в себя силу заклинания шаманки.

Волосы на голове Алаши взмокли. Это заклинание съедало половину ее манны и имело строгие требования к ингредиентам и качеству фигуры, которую следовало нарисовать. В ее арсенале больше не было похожих по мощи заклинаний способных излечивать с помощью стихии воды легкие раны у союзников вокруг. Зато теперь она могла сконцентрировать внимание на воине, который оттягивал большинство ударов хранителя на себя, ловко орудуя кистенем и прикрываясь щитом от мощных, но медлительных атак ожившего пня.

Достав из-за пояса специальную острую палочку покрытую рунами, она упала на колени и принялась выводить новую фигуру. Это заклинание должно восстановить силы щитоносцу, которому приходиться сейчас тяжелее всех…

Рамбалдир самый тяжело экипированный воин в команде двигался по кругу, отвлекая на себя внимание хранителя. Удары кистенем ложились в одно и то же место на теле духа. В точку, куда воин обрушивал свои удары, образовалась солидная вмятина глубиной в ладонь. Его действия имели конкретный расчет, специализация на дробящем оружии и способность «сокрушительный удар» наносила серьезный критический урон, но пень был слишком сильно живуч и бронирован, чтобы тратить способность просто так. Он ждал момента, когда броня противника в этом месте будет существенно просажена ударами кистеня, а уже потом собирался использовать способность.

У монстра осталась едва ли треть жизни, но вторая бутыль с маслом брошенная следопытом почему-то не разгорелась. Первое пламя уже потухло, заметно просадив хранителя по здоровью и обуглив половину его веток. Рамбалдир про себя подумал, что Аса получит взбучку по окончанию боя, так как с его стороны уже несколько минут не прилетали горящие стрелы, которые должны были поджечь масло. Да и заклинание восстанавливающие силы от Алаши запаздывает в самый не подходящий момент. Природный хранитель предчувствуя скорую гибель вдруг перестал атаковать щитоносца и развернувшись в несколько ударов раскидал алебардиста и следопыта в разные стороны серьезно их поранив.

Рамбалдир понимая, что если сейчас бой не закончиться, все может обернуться фатально для их команды, переставив ноги в атакующую стойку, раскрутил тяжелый шипастый шар кистеня и использовал «сокрушительный удар». Толстый слой коры и грубой древесины заменяющий духу броню больше не прикрывал более уязвимое нутро в том месте, куда воин весь бой наносил удары.

Способность сокрушительного удара попала точно в цель, и жестко пошатнув гигантский пень, заставила его тело треснуть посередине. Остатки жизни монстра скачком растворились, а побеги, от которых воин без конца уворачивался весь бой, прыгая как сайгак вокруг духа, перестали лезть из-под земли.

Воин прошел мимо тела поверженного противника и двинулся на помощь друзьям, которые, постанывая, поднимались с травы. У Сараха была сломана рука, а ноги бойца с алебардой были изрезаны и изранены шипастыми побегами. Вдруг из-за спины ощутимо пахнуло влагой и гнилью, а так же раздался громкий скрип, заставляя Рамбалдира развернуться…

Сарах впал в ступор, когда поверженный Природный хранитель вдруг ожил за спиной Рамбалдира. Редкая листва, оставшаяся после боя на уцелевших ветках, осыпалась на землю, щель рта на пне вдруг раскрылась шире обычного, заставляя кору треснуть. Сама древесина почернела и покрылась многочисленными трещинами, источающими мерзкую жижу похожую на гной. Рамбалдир не успел до конца развернуться, когда в его сторону из пасти монстра рванулись побеги покрытые черной слизью, что делало их больше похожими на щупальца спрута, чем на растения. Ужасной силы рывок утащил воина в пасть чудовища, которая сразу же начала двигаться, перемалывая попавшего в ловушку Расаишь. Рамбалдир умирая страшной смертью, громко кричал не в силах освободиться.

Алебардист дернулся было на помощь, замахиваясь своим оружием, но из-под монстра ему на встречу ударил поток зловонного воздуха, а вместе с этим потоком наружу вырвался целый рой черных насекомых мгновенно облепивших бойца. Ноги воина опутали темно фиолетовые побеги, не давая ему шансов сбежать, и он завизжал от страха, когда понял, что насекомые съедят его заживо.

Крики умирающих друзей вывели следопыта из ступора, он бросился прочь преследуемый роем насекомых, которые безжалостно жалили его тело, забираясь под одежду. Поток зловонного воздуха лишь немного задел Сараха но, несмотря на серьезное расовое сопротивление ядам и болезням, вызвал тошноту и головокружение, заставляя легкие гореть огнем.

Рванувшись к лесу, следопыт вдруг споткнулся и упал на землю. Бросив взгляд на то, обо что он споткнулся, он с ужасом увидел мертвого Асу, на груди которого расплывалась красное пятно, а остекленевшие глаза без всякого выражения смотрели прямо на Сараха.

Змеелюд ловкач бежал по лесу добрых пять минут, проламываясь прямо сквозь колючие кусты. И хотя насекомые уже давно отстали, а за спиной не было погони он все равно мчался подгоняемый страхом пока силы не оставили его. Негативный эффект отравления заканчивался отняв примерно четверть здоровья и под конец скрутив жестоким приступом внутренности следопыта, а так же заставив его уже обессиленного опуститься на колени и уперевшись на землю здоровой рукой согнуться в приступе жестокого кашля.

Он вырвался! Он спасся от этого ужаса, выжил там, где вся команда легла. Плевать на травму руки и раны. Главное что его оружие при нем, и он покинет этот лес — силы ему не занимать! Так думал Сарах сцепив зубы, лежа на земле когда жестокий удар в спину заставил конечности онеметь и вытаращить глаза от изумления и боли. Тело не слушалось, он не мог даже повернуть голову, чтобы посмотреть, что случилось с его спиной. А в интерфейсе вдруг загорелась иконка травмы «повреждение позвоночника».

Две ноги появились прямо перед лицом следопыта обутые в кожаные полусапожки. Сарах пытался повернуть голову чтобы взглянуть на того кто нанес ему удар в спину, но травма не позволяла этого сделать. Последнее что он услышал, прежде чем тьма окутала его взор, была фраза его убийцы.