Даниил Тихий – Трехликий III: Властелин (страница 31)

— Я беру тебя и всех, кто идёт за тобой под свою руку. — И увидев, как расцвело его лицо, лязгнул. — Нарекаю вас чёрным, проклятым хирдом. Вы покрасите свои доспехи и оружие в тёмные цвета и всю свою жизнь посвятите восстановлению своей чести. А пока… НАВЕДИ ПОРЯДОК!

Сотник встал. Ударил себя латным кулаком по нагруднику и не обращая внимания на изумлённые вздохи и пунцового от ярости воеводу, поковылял по ступеням в сторону остальных калек на ходу выкрикивая приказы. Подчиняясь им они убрали долой оружие и вытянулись по струнке, даже не помышляя отвечать на многочисленные оскорбления, что доносились до них от противоположной стены медового зала.

Воевода обратил на меня покрасневшие глаза:

— Мы должны их уничтожить! Они предали нас однажды и предадут снова! Им не место под сводами нашего дома! Ты должен был изгнать их!

Я выслушал его крики спокойно:

— Разве имеет право обычный хускер выгонять карла из его дома? Разве имею Я право осуждать их, когда именно они не дали жрецу бога изменений уклониться от моего вызова? Разве имеют право выгонять их те, КТО ПОКИНУЛ КРЕПОСТЬ УКЛОНЯЯСЬ ОТ БОЯ?

Мои вопросы были пощёчинами. Выжившие бежали от чумы. Пересекли ущелье и, если бы не моя помощь, заражённые уже бы правили этим местом. Воевода попытался что-то сказать, но ком обиды подкатил к его горлу. Он тряхнул головой, замолчал и отвёл взгляд.

Обстановку решил разрядить Фисборн. В накрывшей медовый зал тишине он взял слово:

— Ты не хускер, ты избранник Тура и наш спаситель. Мы собрались здесь, чтобы предложить тебе дар.

Подскочивший к кузнецу подмастерье откинул крышку удерживаемого кузнецом сундука приоткрывая содержимое и немедленно убрался в сторону. А Фисборн шагнул ко мне и протянув сундук сказал:

— Я говорю за всех выживших и, если есть тут те, кто против этого, пусть вызовут меня на бой и заслужат право общего слова!

Ответом ему была тишина. Убедившись в том, что никто не хочет прервать его, кузнец продолжил:

— Нет в этом зале воинов сильнее тебя. Нет сделавших больше для Въёрновой пади и живущего здесь народа. Нарекаем тебя с этих пор именем Морран, что с языка камня переводиться как «победитель чумы». И призываем тебя на служение, ярлом Въёрновой пади!

На красной, расшитой серебром подушке внутри сундука, лежала корона.

Глава 18

Ярл

Проблема Въёрновой пади была не в мертвецах, заполонивших город и не в вампирах. А в потерях в личном составе. Война со слугами Риордана проредила население, вынуждая беречь каждого воина и уж тем более — женщин.

Требовался приток свежих сил, и я знал, как решить эту проблему.

Помог чёрный ворон-посланник, и письма, закреплённые на его костистом теле. Серриса заверила, что некротическое создание продержится достаточно чтобы доставить послание. И я знал, что она говорит правду.

Первую записку я адресовал Вьёрну, по прозвищу Талый Воск. Лидеру бандитов, завербованному нами после посещения Песок и несущему службу у железнорудной шахты. Я не знал где он находился в момент нападения на город и жив ли, поэтому в случае его отсутствия обращался к старшему на заставе.

В письме я кратко описывал степень опасности в пределах города и приказывал отрядить половину личного состава в ближайшие поселения и города, чтобы распространять слухи о том, что Въёрнова падь заполнена нежитью и что каждого ходока здесь ждёт развитие и крупные задания, которых не найти ни где в округе.

В это письмо я вложил две золотые монеты из сокровищницы карлов. Целое состояние по меркам обычного ходока.

Второе письмо было адресовано Ликвику. Ему я рассказал о гибели Друма и выразил свои соболезнования, попросив оставаться у храма. Так как вскоре мы сами планируем к нему прорваться.

Корона консорга мрачно поблескивала на краю стола, когда я закончил и отпустил ворона. Я не мог носить её из-за проклятья, но щиток-тарч на моих доспехах, не меняя нарисованных знаков, изменился. Фон на геральдическом рисунке стал половинчатым. Рассечённым наискось линией, отделяющей друг от друга два цвета, рыжий и фиолетовый.

Так случилось потому, что ярл (он же консорг) не был вершиной в иерархии карлов. Существовал ещё и конунг (верховный король) он не мог прямо приказывать ярлам, и они не подчинялись ему в обычное время, но в час великой нужды их народа именно конунг объединял вокруг себя правителей отдельных городов и областей.

Заселившись в покои ярла, я первым делом обезопасили их рунными рисунками и некротическими ловушками созданными Серрисой. Слуги сюда не допускались. А в соседствующих чертогах теперь проживали Фисборн, новый эножа Въёрновой пади, воевода и Шадорат.

Воевода получил титул эножи сразу после того, как я получил в свои руку корону. За сутки был сформирован новый совет, отражающий репутацию у обычных воинов и горожан. В него вошёл Шадарат, Фисборн и Турин Котелок. Первые приказы были уже отданы. Гремящие цепи спешно превращались в полноценный навесной мост способный переправить на другую сторону ущелья большое количество воинов.

Чёрный хирд и его сотник Умма Праворукий получили в надзиратели Виллерта, ставшего хускарлом и способного контролировать выполнение приказов. Первая и самая главная задача чёрного хирда заключалась в антидиверсионной деятельности. Столкнувшись с вампирами, я увидел в них достаточно чтобы составить представление о их сильных и слабых сторонах, а на основе этой информации приказал организовать ловушки. Исходя в первую очередь из того, что ни ущелье, ни отвесные стены не остановят вампиров от проникновения в крепость.

И оказался прав.

Они пришли на третью ночь. За час до рассвета. Навесной мост к этому времени был закончен и чёрный хирд выставил посты по обе стороны ущелья. Но мы знали, что существа ночи рано или поздно придут и готовились. Временно замуровали все лазейки вроде тех же стоков и немногочисленных внешних бойниц, а на внешних балконах выставили усиленные патрули, состоящие из бойцов чёрного хирда.

Самая большая опасность заключалась в неожиданной атаке днём. Но, к моему счастью, этого не случилось. Вампирский клан предсказуемо попытался одни ударом обезглавить защитников крепости и нанести нам серьёзный ущерб в тот момент, когда был сильнее всего. Ночью. Их целями стали чертоги на этаже знати, навесной мост и патрули на внешних балконах.

Лишить управления, устрашить и обескровить. Запереть в крепости покуда не закончатся припасы. Вот каков был их план.

По нашему приказу Шадарат и Серриса вели круглосуточное, посменное наблюдение за скальными массивами. Она с помощью мёртвых, но не утративших способности летать птиц, а он с помощью призванных, потусторонних слуг. Одновременно с этим все стражи-патрульные прошли краткий курс обучения и узнали, как рисовать руну света. Получив приказ использовать её безотлагательно в любой непонятной ситуации.

Перед началом атаки нас разбудил бес. Рогатая, отвратительная тварь, испившая крови нашего аватара и изменившая не только физическую форму, но и получившая новое имя. Тот, кто ещё недавно был Иралаком, стал Истисом, полноценным бесом, впитавшим вместе с моей кровью не только силу, но и частичку духа. Сам факт того, что я являюсь чемпионом бога-кузнеца, отразился на нём. Он вырос до размеров человека среднего роста. Обзавёлся мускулатурой и закрученными рогами. Собачья голова деформировалась и стала более гуманоидной. Но крылья и жалящий хвост, остались без изменений. Его тянуло к инструментам и кузне, именно поэтому он частенько околачивался на пике четырёх ветров откуда открывался отличный вид на все окружающие крепость скалы.

— Хозяин. Враг проник в крепость.

Скрипящий голос твари, срывающийся временами в рык, мог напугать кого угодно. Бес по своему обыкновению скрывался в тёмном углу, проникая в такие места благодаря природным способностям, завязанным на энергии бездны. Там, за его спиной, прямо по стене вился рисунок магических знаков, нанесённый самим бесом. Этот рисунок позволял ему игнорировать защитные руны, пострадавшие во время осады, но ежедневно восстанавливаемые карлами.

Поднимаясь и берясь за сложенные на вытянутом столе у кровати доспехи, я задал ему вопрос:

— Численность?

Подавшись вперёд, демон на мгновение показал оскаленную рожу и вырезанную на лбу руну подчинения. С его губ на ковёр капала слюна:

— Трое хозяин. Но в воздухе воняет другими, они идут следом.

Затягивая застёжку подлатника я спросил:

— Где эти трое?

Демон рыкнул и ответил:

— Упали на пик четырёх ветров стаей летучих мышей, видели меня.

Защёлкивая нагрудник и берясь за наплечники, я бросил на него взгляд:

— Отправляйся к Виллерту и Умме. Предупреди их.

Бес сделал шаг назад и под удары копыт растворился в темноте. Я позволил проклятой твари нанести демонические письмена по всем затаённым уголкам крепости. Чтобы бес мог быть использован в качестве гонца и дозорного. Пользуясь этими «норами» и перемещаясь в ином плане вирта, он мог исчезать в одном месте и появляться в другом.

Через минуту я уже выходил из чертога, думая о том, что нападение начнётся со всех сторон. И Виллерту, в чьей зоне ответственности был подвесной мост придётся непросто.

В коридоре я столкнулся с растрёпанной некроманткой и Шадаратом. Обычно она ночевала у себя, этажом ниже, но наша встреча показала, что она была в покоях тёмного эльфа. И всё бы ничего, ведь он её учитель. Если бы не едва уловимый запах, неразличимый для обычного человека и ясный словно раскрытая книга для моего разума.