Даниил Тихий – Клинок Императора (страница 1)

Даниил Тихий.

Миры Аргентум IV: Клинок Императора

Глава 1. Сон за гранью ложного мира

— Зая! Зааая! Я дома!

Металлическая дверь хлопнула, вжикнул автоматический засов, а из коридора вместе с криком донеслись звуки возни.

Златовласая девушка, укутанная с ног до головы в тёплую одежду, ворвалась в комнату, принеся вместе с собой свежий дух Сибирской зимы. Будто не замечая синюшных губ, чёрных кругов под глазами и измазанной в крови простыни, она бросилась к лежащему неподвижно Сергею.

Жаркий поцелуй остался без ответа. Остекленевшие глаза тёмного эльфа всё так же незряче пялились в потолок. Нахмурившись будто только сейчас заметив, что что-то не так, она приложила ладонь к его лбу и произнесла тихим голосом. — Что-то ты любимый совсем плох. Ты знаешь, а мы ведь ждём тебя. — Горячая и нежная ладонь погладила лицо мертвеца.

— Тебя ждёт сын. Я жду. А ты все не появляешься. Но я верю, слышишь? Верю, что ты придешь. Ты найдешь нас, ты ведь обещал.

Губы девушки сложились в печальную улыбку, наклонившись к уху своего мужа, она прошептала, жарким дыханием согревая его плоть — Вставай!

***

Телега скрипела и раскачивалась, грозя перевернуться и высыпать из себя изрубленные и заиндевевшие тела мертвецов. Кобольд надсмотрщик зарычал и несколько раз безжалостно опустил кнут на спины своих соплеменников, заставляя их подтянуться и вытащить телегу из очередной ямы. Сопровождающий кобольдов ученик некроманта Исси’ Лира лишь презрительно хмыкнул, скривив губы в неприязненной улыбке.

Никто из них не видел, как в глубине груды тел на самом дне телеги вдруг сжались в кулак пальцы одного из мертвых ходоков…

***

«Крокодил» собирателей плоти прошёл очень низко, заставляя металлические детали экипировки тянуться вверх, повинуясь магнитному полю. Стационарный парализатор под брюхом трёхметрового летательного аппарата рыскал раструбом своего дула из стороны в сторону, сканируя местность на наличие угроз и живых организмов.

Две фигуры замерли под обломками рухнувшей высотки, в узком провале меж бетонных плит. Ворох торчащей в разные стороны арматуры сбивал с толку и снижал вероятность обнаружения сканерами. Но только полный идиот сказал бы, что оба этих тела боятся быть обнаруженными — ведь они оба были трупами…

— Помнишь, как это было Серый? — Безногий, с сожженным наполовину лицом и расплющенной правой рукой, повернул голову к своему товарищу, от чего корка на обожженной части лица натянулась, грозя лопнуть.

Тот, кого назвали Серым, не ответил. Он вообще был странным, вся его средневековая одежда, оружие, да и торчащие из прорезей на капюшоне нечеловечески длинные уши говорили о том, что он чужд этому месту. Но в отличие от своего болтливого соседа он совершенно не подавал признаков жизни.

Остекленевшие глаза Глифа-Сергея пялились куда-то поверх головы безногого. На его ресницах и в складках одежды медленно и неотвратимо собиралась мелкая снежная пыль начинающегося снегопада.

— Помнишь, я уверен. — Единственной целой рукой обожженный вытащил мятую пачку сигарет и неловко её рассыпав, отыскал в горке отсыревших и поломанных табачных палочек единственную более-менее уцелевшую. Несколько раз чиркнула зажигалка, заалел маленький уголёк раскуриваемой сигареты. — Ты ведь тогда говорил мне, чтобы я не дергался, а я все испортил. Если бы не мой выстрел… — Безногий перевел взгляд на смятый и оплавленный игломёт. — Он бы пролетел мимо, мы бы жили дальше… — Ненадолго повисла неловкая пауза.

— Но даже в том, что случилось, есть свои плюсы. Ты стал тем от кого зависит человеческое будущее! Мой напарник сраный герой, каково а?! — обожженный закашлял, прикрывая рот целой рукой, но разлетающиеся капли кровавой слюны всё равно испачкали снег вокруг.

— Так вот, о чём это я?.. Ах да. У меня для тебя послание от всех наших пацанов. — Подволакивая культи и помогая себе целой рукой, мертвец подполз в упор к Глифу. Оперевшись на арматуру так чтобы не свалиться, мертвец вдруг ощерился страшным оскалом и со всей силы отвесил удар прямо в челюсть неподвижного Сергея. — Вставай!!!

***

Длинная и извилистая пещера. Целые штабели трупов у стен. Не обращая внимания на снующих туда-сюда рабов низших рас Исси’ Лар остановился у недавно прибывшей партии материала и подозвал своего ученика.

— Их одежда и оружие остались при них в полном объёме? — Некромант взглянул на своего ученика и тот вздрогнул под взглядом голубых глаз старого Дроу.

— Да учитель. Я внимательно проследил, чтобы не один предмет не был утерян.

— Хорошо. Яростный дух, созданный из тела бессмертного, сохраняет знания о своём мастерстве, будучи поднятым. Из них получаться прекрасные войны, но нам следует поторопиться. Еще несколько часов и их тела начнут исче… — Оборвав свою речь на полуслове, некромант резко развернулся к ближайшему лежащему на полу телу. Ему почудилось, что он разглядел движение.

— Учитель? — обеспокоенный и раболепный голос ученика заставил некроманта поморщиться.

— Мне показалось, что вот этот моргнул.

— Они все проверены заклинанием обнаружения жизни. Ошибки быть не может.

— Хорошо если так. Поднимайте их в ритуальную залу. И сам готовься, скоро ты мне понадобишься.

— Да учитель…

***

Солнце клонилось к закату, постепенно опускаясь за горизонт прямо напротив Глифа. Он шёл по прямой как стрела дороге навстречу к огненному светилу. Его глаза почти ослепли, слёзы скользя вниз по коже, смачивали губы и оставляли на них свой солёный привкус.

Он не знал, как он оказался на этой дороге, да и не задумывался об этом. Где-то там, впереди, прямо посреди слепящих лучей закатного солнца должен был закончиться его путь.

Путешествие к средоточию покоя не давалась ему легко. Далеко за его спиной полз искалеченный мертвец, сквернословящий и грозящий переломать ему ноги, если он не остановиться. Каждый раз, когда он отвлекался на эти постепенно затухающие крики, почему-то начинала ныть челюсть, простреливая тупой болью череп. Отставая на какой-то десяток шагов, позади него тихо шла златовласая женщина. Она не кричала и не выла подобно мертвецу, но её взгляд явственно обжигал ему спину и вызывал образы близости и жаркого дыхания вводившего в смятение разум. Эти образы были приятны, но он жаждал другого.

Покой был его единственной целью, и он чувствовал всей душой, что он уже близко. Солнце было совсем рядом, его лучи пронизывали тело насквозь, убаюкивая и призывая подойти еще чуточку ближе, чтобы окончательно раствориться в тёплом свете.

— Папа?

Глиф нахмурился, детский голосок, произнесший одно единственное слово, заставил его остановиться, даже не смотря на то, что слепящий свет продолжал призывать его.

Прикрыв глаза от ярких лучей, игрок развернулся в сторону от дороги, туда, откуда до его слуха долетел детский голос.

Высокая, высушенная до желтизны трава, доходила почти до пояса. И где-то там, среди волнующегося под порывами ветра пшеничного поля, был источник голоса заставившего его остановиться. Шли секунды, разум Глифа стремительно тускнел, источник света опустошал его воспоминания, заставляя его сомневаться. А в самом ли деле он что-то слышал? Быть может это далекие крики мертвеца, разнесенные ветром, заставили его остановиться…

Тихий плачь, серебряным ручейком коснулся слуха Сергея заставляя отбросить наваждение, и сделать первый шаг ведущий прочь от дороги. Лучи света до этого момента добрые и ласковые неожиданно ухватили за плечи, вцепились в руки и ноги, пытаясь вернуть его обратно. Но Глиф лишь зарычал, вдруг осознав, что свет не единственный его путь.

Каждый шаг давался ему с трудом, отойдя всего на несколько метров от дороги, он упал на одно колено. Изо всех сил он тянулся к такой близкой стене пшеничных колосьев и никак не мог дотянуться. От дикого напряжения изо рта вырвался стон, а на мокром от пота виске запульсировала вена.

Помощь пришла неожиданно, маленькая фигурка мальчугана выступила из травы, сжимая в одной из рук выстроганный когда-то давно деревянный меч.

— Вставай…

Тихий всхлип сына был подобен грому. Мир треснул и разлетелся тысячей зеркальных осколков, в каждом из которых мелькали события давно минувших дней, с бешеной скоростью сменяя друг друга.

— АААААААА!!! — Глиф кричал так страшно, что услышь его сейчас кто либо из разумных они бы, несомненно, бросились прочь от безумца чей рот был обожжён отчаянным криком.

Невероятным усилием воли, выплёскивая своё усилие криком, Сергей собирал свою личность по кусочкам. Давно исчезло поле и слепящее солнце в конце дороги. Исчез мальчуган и вместе с ним канули в небытиё старый мёртвый друг и верная жена. А Глиф всё продолжал кричать пока последний из осколков не встал на своё место, сформировав огромное зеркало из которого прямо в лицо бессмертному ходоку выглянул тёмный эльф с льдисто голубыми глазами и острым шестигранным клинком в руках…

— Дзззанннг!!! — Шестигранное лезвие ритуального клинка ринулось вниз прямо в сердце Глифа, но было остановлено на половине пути выставленной рукой, закованной в сегментированную броню. Встретившись взглядом с Исси’Ларом, Глиф разглядел внутри его голубых глаз неподдельное изумление, а затем рывком скатился с прямоугольного алтаря, увлекая за собой и старого Дроу.