Даниил Сысоев – Летопись начала (страница 28)

Модернисты не верят и Самому Христу, назвавшему диавола «человекоубийцей от начала» (Ин. 8, 44), ибо по их мнению сатана реально не убивал никого, а все рассказанное в 3 главе Бытия не более чем поучительная басня или метаистория разыгравшаяся в каких-то астральных мирах. Более того, они считают, что убийцей был не диавол, а Сам Творец изначально допустивший существование в мире закона смерти. Эти еретики полностью подпадают под анафему Карфагенского собора: «Если кто скажет, что Адам, ПЕРВОЗДАННЫЙ ЧЕЛОВЕК, сотворен смертным, так что хотя бы не согрешил, умер бы телом, то есть вышел бы из тела, не в наказание за грех, но по природной необходимости: да будет анафема» (Правило 123).

«И сделал Господь Бог Адаму и жене его одежды кожаные, и одел их» (Быт. 3, 21).

Это событие произошло в реальности. Настоящие кожи были возложены на тела людей. «Прародители, коснувшись руками препоясаний своих, нашли, что облечены они в ризы из кож животных умершвленных, может быть пред их же глазами, чтобы питались они мясом их, прикрывали наготу свою кожами, и в самой их смерти увидели смерть собственного своего тела» – пишет преп. Ефрем (1. стр. 249). Очевидно, что этот сирийский Отец Церкви не верил в то, что животные умирали до грехопадения.

Однако, с возложением обычных кожаных риз Господь Бог изменил и природу прародителей. Так об этом таинственном действии учит Второй Богослов: «Человек вкусил преждевременно сладкого плода, и облекся в кожаные ризы – тяжелую плоть, и стал трупоносцем, потому что смертью Христос положил пределы греху» (6. стр. 34) Эта грубость плоти, приобретенная человеком вместе с кожаными ризами, не позволяет ему свободно созерцать духовный мир и таким образом оберегает его от прямого террора нечистых духов. Существуют способы истончения этой преграды, благодаря которым люди могут выходить в невидимый мир, но если это происходит без воли Божией (Которая не нуждается в каких-то стимуляторах), то результат бывает плачевным. Примером последнего могут служить последствия йоги, восточных и западных медитаций, наркомании и алкоголизма (заметим, что нельзя считать «галлюцинации» чем-то ничего не значащим плодом воображения; напротив, это реальный опыт видения бесов), ведущие к гибели души и распаду психики.

«И сказал Господь Бог: вот, Адам стал как один из Нас, зная добро и зло; и теперь как бы не простер он руки своей, и не взял также от древа жизни, и не вкусил, и не стал жить вечно» (Быт. 3, 22).

Так с грустной иронией Бог показывает первозданному на обман змея, обещавшего безбожное богоподобие и давшего лишь стыд, обнажение и смерть. Адам желал стать как один из Троицы («из Нас»), и лишь в одном уподобился Ей. Он сам установил для себя систему ценностей, как и Бог не имеет вне Себя никакого закона, которому Он бы подчинялся, но Сам является для Себя законом, ибо есть Он существенное Благо. Но первозданный, как тварь по природе несущая, не может сам создать автономного добра, ибо для этого должно иметь источник бытия в самом себе; а изобрел он мнимое добро и мнимое зло, подменив бытие фантазией. Так Адам и Ева стали первыми после сатаны актерами, захотевшими сыграть роль Вседержителя.

Господь наложил запрет на вечную жизнь в падшем мире. Но многие смертные не желают в гордыне своей просить милости у Бога, а пытаются найти плод от священного древа жизни при помощи магии и ее законной дочери-науки. Путем к этому плоду был и вампиризм, и каннибализм (сейчас именуемый фетальной терапией), и трансплантация органов, и клонирование, и генная инженерия, и предсмертная заморозка тела… Но, увы, милостивый запрет Бога остается в силе и сейчас и обойти его (пока?) невозможно. Если же когда-то эта попытка увенчается успехом и люди станут плотоносными демонами, обладающими кажущимся бессмертием и отвергшими размножаться богоустановленным способом (к чему сейчас стремятся все извращенцы), тогда Господь Сам остановит историю и обновит Вселенную мировым пожаром (ведь предсказывали святые Отцы, что Христос придет тогда, когда родится предопределенное число людей). Чтобы этого не произошло на заре мировой истории Бог изгоняет взбунтовавшегося вассала из его дворца.

«И выслал его Господь Бог из сада Едемского, чтобы возделывать землю, из которой он взят. И изгнал Адама, и поставил на востоке у сада Едемского Херувима и пламенный меч обращающийся, чтобы охранять путь к древу жизни» (Быт. 3, 23-24).

Созерцая это страшное событие Церковь поет: «Седе Адам прямо рая, и свою наготу рыдая плакаше: увы мне, прелестию лукавою увещанну бывшу и окрадену и славы удалену! Увы мне, простотою нагу, ныне же недоуменну! Но о раю, ктому твоея сладости не наслаждуся: ктому не узрю Господа и Бога моего и Создателя: в землю бо пойду, от неяже и взят бых. Милостиве Щедрый, вопию Ти: помилуй мя падшего».

Адам сошел с высот Едема и сидя у затворенных врат сада каялся во грехе своем. Но чтобы потомки его, в противобожной гордыне не захотели силой захватить запретное для них бессмертие, Бог поставил охранять путь к древу жизни одного из высших ангелов – Херувима, и вокруг рая стал обращаться пламень меча (букв.) как некая огненная стена (возможно воспоминание именно о ней сохранилось в сказках рассказывающих о путешествии за тридевять земель за волшебным плодом).

Слово «Херувим» в переводе с еврейского означает или «полнота ведения», или «крепкий». И то, и другое значение этого слова показывает грозный вид и глубокую мудрость небесного стража, которого невозможно обмануть. Чтобы представить себе то страшное зрелище, которое увидели первые люди, вспомним таинственные видения пророка Иезекииля при реке Ховар (1 глава). Страшные огненные живые существа с четырьмя лицами (льва, орла, тельца и человека), крылатые, между которыми ходило пламя и сверкали молнии; около них шли колеса, исполненные очей. Скорость херувимов была как у молнии. Шум крыльев их, как шум многих вод, как бы глас Всемогущего. Одно из таких могучих существ на века стало у врат Едема. «Оплот рая – пишет св. Ефрем – имел жизнь, потому что мог вращатся сам собою, чтобы путь к древу жизни охранить от того, кто мог пожелать плода его, и дерзнул бы сорвать оный. Но острие меча поразило бы того смертного, который пришел бы восхитить бессмертную жизнь» (1. стр. 251).

Глава 2. Разделение у райских ворот

«Солнце лучи свои скры, луна со звездами в кровь преложися, горы ужасошася, холми вострепеташа, егда рай заключися. Исходя Адам рукама бия в лице, глаголаше: Милостиве, помилуй мя падшаго». Такое страшное потрясение претерпел мир во время изгнания первозданного. У входа во святилище стал ужасный Херувим, чей облик запечатлелся в памяти многих народов (керубы, сфинксы, грифоны). У потомков Сима – вавилонян и сирийцев, встречаются изображения херувимов-сфинксов, с телом льва, крыльями орла и лицом человека, стоящих около древа жизни, изображаемого в виде финиковой пальмы. Очевидно они помнили предание о страшном зрелище, стоявшем пред глазами первых людей. Для постоянного напоминания о потерянном блаженстве, Соломон в Храме «на всех стенах… кругом сделал резные изображения херувимов и пальмовых дерев и распускающихся цветов, внутри и вне» (3 Цар. 6, 29).

Но несмотря на грозного стража и обращающееся пламя меча, человек может не только покаяться, но и гордо восстать против Бога. Так и произошло спустя совсем немного времени после изгнания из рая.

Мы не знаем сколько времени блаженствовали в раю Адам и Ева, ибо для тех кто пребывает в любви Вечного время не ощущается, тем более до падения оно не имело тех свойств, которые сейчас делают его синонимом смерти. Но сколько б они не жили там, изгнаны первозданные были девственниками. И вот, исполняя райскую заповедь «Адам познал Еву, жену свою; и она зачала, и родила Каина, и сказала: приобрела я человека от Господа» (Быт. 4, 1).

Имя первого сына Адамова означает «приобретение», потому что Ева ожидала, что новорожденный как раз и является обещанным Семенем. Слова ее можно перевести двояко, «или: я приобрела человека Иегову, одним словом: Богочеловека; или: я приобрела человека от Иеговы. В обоих видах сего изречения представляется одна мысль праматери». Так говорит митр. Филарет Московский (7. стр. 79). Но вскоре жизнь опровергла надежды Евы. Каин, зачатый во грехе родителями только что изгнанными и не омывшими своего сердца слезами покаяния, показал в себе полное развитие первородной скверны.

«И еще родила брата его, Авеля» (Быт. 4, 2). Праотцы увидели печать греха на старшем сыне и в печали назвали второго «суетой» или «дыханием», запечатлев в имени его скорбь познанную ими в падшем мира. Но отблески света Едема еще сияли в умах первозданных, начавших омывать свой грех слезами. Имена данные сыновьям пророчески определили их духовное устроение. Каин всем своим существом был привязан к этому миру. Он был действительно приобретателем. Авель же, дитя покаяния, стремился к небесам подобно ветру, все земное было для него суетой, и все его сердце пронизывало Божественное дыхание.

Сообразно своему душевному устроению братья выбрали себе и занятие.

«И был Авель пастырь овец; а Каин был земледелец» (Быт. 4, 2). Для библейского миропонимания жизнь пастуха более способствует богоугождению, нежели земледелие. Первый чувствует себя странником и пришельцем на земле (Евр. 11, 9), второй же полностью связан с ней. Первый полагается более на волю Божию и у него много времени для размышления о Творце, второй же, как евангельская Марфа, печется и молвится о мнозем. Ведь земледелие невозможно без планов на будущее и опоры на свои силы, благодаря чему легко забыть о том, что в Боге цель нашей жизни. В Израиле был особый род подвижников-рехавитов, которые обитали в шатрах и не занимались земледелием, чтоб жить как странники имеющие отечество на небесах (Иер. 35). И по заповеди Господней весь народ Израильский должен был восемь дней в году жить в шалашах, чтобы не забыть, где его настоящий дом.