Даниил Широков – Становление Хранителя (страница 10)

Мужик некоторое время глядел мне в глаза, затем взял клинок и вышел вместе с ним из сторожки. Огляделся, убедившись, что путников, кроме нас с Ю, рядом нет. И произнёс.

— Как тебя зовут, странник?

— Итан, я же говорил, — пожал я плечами.

— Я про настоящее, которое ты назвал перед Героем, перед жрицей Богини, перед принцессой королевства и перед моей милой Розалией. Назови его.

— Мне давали много имён, — сказал я, не сдерживая улыбки. — Но самым первым из них был человек по имени Джон.

Мужчина выпрямился, приосанился, а во взгляде его наконец появилась знакомая аристократическая бездна, словно гипнотизирующая простых людей. Так смотрит хищник на свою добычу. Но в данном случае то было простое уважение, которое глава рыцарского дома Трид проявил перед старшим. Уверен, в его библиотеках было много литературы, рассказывающей о Хранителе. Всё-таки золото общества может позволить сакральным знаниям пылиться где-нибудь на полках.

— Я приветствую тебя, Второй Хранитель, — кивнул он. — Меня зовут Томас, но знакомые и друзья сокращают до простого Тома.

— Откуда ты обо мне знаешь? — задал я совсем уж дурацкий вопрос.

— Несмотря на то, что никто из людей не помнит про твоё существование, госпожа Немезида выпустила несколько книг, подробно расписывающих все ваши совместные деяния за много тысяч лет, — начал откровенничать стражник. — В них она рассказала, какой великий подвиг ты совершил ради сохранения нашего мира. Я… Я безмерно благодарен тебе за спасение человечества и моей дочери… Я сожалею, что не смог подарить ей ту любовь, которой она была достойна.

За всё это время этот человек не поднял на меня взгляд. Было видно, что он испытывает смешанные чувства, вроде удивления, некоторого шока, определённого напряжения и безмерного уважения к стоявшему перед ним. Тем не менее, держался он всё также статно и властно, словно перед ним не находилось существо, чей суммарный возраст равен доброй тысяче таких, как он.

— Вот ведь… — рассмеялся я. — Почему-то я знал, что именно Нем займётся подобной ненужной фигнёй.

— Со всем уважением, Второй Хранитель… — вскинулся в сторону защиты архимага глава рыцарского дома Трид.

— Не стоит, — жестом осадил я его. — С Немезидой я поговорю отдельно. А сейчас ты мне расскажешь, что делает аристократ твоего уровня на посту в роли обычного стражника.

— Разумеется, — согласился он со мной и вернулся в будку. Странное положение, учитывая факт, что человек-то про меня знает. Но нет, он дежурно заполнил бумаги, вручил мне коротенькую подорожную грамоту и лишь затем начал говорить. — Когда к нам вторглись технократы, а вслед за ними и варвары, по всему королевству была объявлена общая мобилизация. Если честно, я удивлён, как наших «соседей» не размазали твари из бездны…

— Раз у них хватило наглости напасть спустя пару лет после войны, скорей всего они успешно отбились и продолжили копить силы, — предположил я.

— Эх… — вздохнул старый вояка, нахмурившись. — Моя дочь, как глава рыцарской гвардии, отправилась на передовую. Меня, как аристократа, тоже обязали явиться, но Розалия, эта гиперзаботливая девчонка, через свои связи устроила мою старую задницу сюда.

— Выходит, так она обезопасила тебя, — согласился я. — Её можно понять.

— Да, конечно можно! — громко проговорил Том. — Но я же волнуюсь! Я, может, и не идеальный отец, и на мне так или иначе лежит огромная вина за прошлое, но я хотел бы исправиться. Хотел бы показать ей, как сильно она мне дорога…

— Ты всё ещё можешь это сделать, — похлопал я его по плечу через окошко в КПП. — Не бросай свой пост, не убегай в бой. Уверен, Розалия бы этого не хотела.

— Да… Спасибо, Второй Хранитель. Довольно смешно говорить о чём-то таком… Знаешь, человеческом, с кем-то вроде тебя, — улыбнулся вояка, и морщины на его лбу разгладились. — В любом случае, следует ли мне предупредить начальство о твоём прибытии?

— Не стоит, — вежливо отказался я. — В королевстве хватает проблем, и появление Второго Хранителя может вызвать определённую… Мгм… Активность, если ты понимаешь, о чём я.

— Шпионы всегда были, есть и будут, — понимающие кивнул Том. — Может, тебе нужна помощь? В принципе, любого рода.

Ю, до этого пытавшийся слиться с пыльной дорогой, вдруг ожил, с ожиданием глядя на меня. Мол, соглашайся, с кучей денег мы сможем вкусно поесть и поспать на мягкой кровати. Честно говоря, я бы просто оставил его на попечительство старого вояки, уж он-то точно сможет прикрыть мальца от всяких жрецов Цысберга и прочей нечисти. Ох, прошу прощения за оскорбление нечисти. Сам же я бы продолжил путь в столицу, не замедляясь и не отвлекаясь на сон, еду и воду.

Однако, я дал зверьку слово. Я же не хочу, чтобы меня съели духи мира, верно?

— Думаю, экипажа прямиком до столицы будет достаточно, — забросил я пробную идею.

— Без проблем, — легко согласился отец Розалии. — Это займёт около суток. Остановитесь, пожалуйста, в Островке. Это трактир прямо слева от городских ворот, не пропустите. Так я легко смогу вас найти.

— Мы бы легко так и сделали, — почесал я затылок. — Только финансовое положение не позволит даже пива купить.

Том вновь понимающе кивнул и достал из ящика в своём столе три золотых монеты. Без сомнения протянул их мне. Не сдержавшись, кхэкнул от комичности происходящего. Я тоже едва не засмеялся в голос, представив, как эта ситуация выглядит со стороны. Лишь Ю посмотрел на нас, как на двух придурковатых стариков.

— Я всё ещё должен вам, Хранителям, за спасение дочери и всего мира. Это меньшее, что я могу сделать, — произнёс он, когда мы начали прощаться. — Если встретишь её…

— Я передам, что ты всем сердцем любишь её и надеешься на то, что она скоро вернётся, — вторил я словам солдата. — На этом всё. Ещё увидимся, Томас. Спасибо тебе.

— Спасибо, дядя! — поблагодарил мужчину Ю. — Обещаю, мы вернём тётю Розалию! Клянусь честью!

Том улыбнулся. Мне показалось, или на его лице выступили слёзы?

— А ты тоже её знаешь? — спросил я, когда мы отдалились от КПП. Вояка вновь вышел из своей будки, прислонившись к ней махая нам вслед.

— Деда рассказывал… — неопределённо начал Ю, почему-то избегая смотреть мне в глаза.

— Так-так, и что же он такого говорил? — с дебильной гримасой взрослого, поймавшего ребёнка с поличным, спросил я. — Неужели ты, Ю, уже успел втюриться в эту девчонку?

Но в ответ я услышал не ожидаемое смущение, возможно даже крик, упрямо отказывающийся признать ставшую практически очевидной вещь. Нет, я услышал нечто печальное.

— Деда Ликан рассказывал, что в армии людей было много сильных воинов, но среди них выделялись пятеро. Четыре мужчины и одна женщина, по крови они принадлежали к какому-то крутому благородному дому рыцарей… И я забыл, как он назывался. Пока сегодня не встретил дядю Тома, — с недетской болью в голосе сказал Ю. — Деда говорил, что Розалию защищал ты, но её братья бились на передовой, и их некому было спасти. Они все… Их всех убили на той войне.

Я вздохнул. Вот оно как. Томас не дал мне всей правды, чтобы я не подумал, что он какой-то нытик. Что он сломался после смерти почти всех своих потомков. И последний сейчас также, как и в тот раз, на передовой, без защиты. Страшно представить, насколько тяжело сейчас главе дома Трид. С человеческой точки зрения, разумеется. Самому мне никогда не выпала честь стать отцом.

— Обещай, Ю, что ты не будешь упоминать о том, что мне поведал, при дяде Томе. Хорошо? — произнёс я вскоре после небольшой паузы.

Впереди уже показались городские стены с массивными воротами прямо на пути тракта. Перед ними стояла парочка повозок, люди спешивались с лошадей, чтобы показать подорожную грамоту и проехать внутрь.

— Конечно… Извини, Джон, — со всей серьёзностью проговорил Ю. — Я не хотел забивать тебе и себе голову чем-то таким.

— Так и не забивай, — пожал я плечами. — Мертвецам не поможешь. Вместо скорби лучше не забывать о живых, запомни.

— Я запомню, — кивнул Ю, и сжал кулаки.

Бедное дитя. Сколько же на самом деле бед и невзгод ему предстоит выдержать? Одному Абаддону могло быть известно, но он уже мёртв. Так что судьбу нам не узнать, как бы не хотелось. Я мне хотелось. Порой… Наверно, чаще, чем нужно было. Второй Хранитель давно перерос тот период в жизни человека, когда он спрашивает себя: а что, собственно, делать-то дальше? Куда идти, чем заняться, ради чего жить?

Чаще всего это происходит при потере близкого. С другой стороны, сколько раз я уже терял тех, кто был мне дорог? Если разобраться и посмотреть в прошлое, то рядом со мной было много людей, что так или иначе западали в сердце. Те, кого я искренне хотел защитить. Знаете, как они погибли? От моей руки.

Баланс есть баланс, и Хранитель не забывает о нём даже во сне.

Быстренько пройдя проверку у ворот, мы проскользнули в город. Нас встретили уютные улочки с домами, нависавшими над ними. Множество людей прогуливалось, направляясь то в парки с детьми и жёнами, то заруливая в ближайший кабак. Отличие от предыдущего поселения было в размахе. Звуки безудержной жизни, тысячи запахов, всё вместе смешалось в неповторимый и уникальный аромат. Ещё один мирок, словно отделённый от войны. Правда, стражи здесь было куда больше. Солдаты в полном облачении то и дело проходили по улице, не особо задерживаясь взглядом на вывесках увеселительных заведений.