реклама
Бургер менюБургер меню

Даниил Павлов – Дневники симуляции: Сборник номер 1 (страница 20)

18

– Ага, – вздохнул Никита. – Контрольная по математике. Но я теперь не боюсь. У меня огненный камень для храбрости.

Мы разошлись. Вечером я открыл портфель – записка была, но она не горела, а просто лежала:

«8+. Вы крутые! Ждите девятую часть. Она будет… ветреной. Ваши Лунный и Огненный Хомяки».

– Ветреной? – засмеялся я. – Может, летать научимся?

Я закрыл портфель и лёг спать. Интересно, кто следующий хомяк появится?

Конец 8 части.

Часть 8. Огненное сердце, или Поход к жерлу вулкана

Жара наступает

В понедельник утром я проснулся от странного чувства. Было жарко. Очень жарко. Я открыл окно, а там – снег! Снег шёл в апреле, но при этом было жарко, как в бане.

– Мам, у нас отопление включили? – крикнул я.

– Нет, сынок, – ответила мама из коридора. – Сама не пойму. На улице снег, а дома пекло. Может, глобальное потепление?

Я сразу понял: это симуляция шалит. Я схватил портфель. Он был горячим, как свежеиспечённый пирожок. Внутри лежала записка, которая сразу загорелась, но я успел прочитать:

«Огненный Король проснулся. Он хочет растопить весь лёд и сделать мир вечным летом. Но если перегреть планету, всё сгорит! Срочно в пустыню Сахара. Там вход в Огненное королевство. Берите воду и мороженое. Ваш Лунный Хомяк».

– Опять спасать мир! – вздохнул я, но уже натягивал шорты и панамку.

Я позвонил Никите. Он ответил с полным ртом:

– Я мороженое ем, уже третью порцию! Жара такая, что яйцо на подоконнике жарится!

– Собирайся, – сказал я. – Встречаемся у песочницы во дворе. Там, наверное, портал в пустыню.

Через пять минут мы все стояли у песочницы. Соня уже построила замок, который сразу осыпался от жары. Тигра обмахивалась пробиркой. Никита доедал четвёртое мороженое.

– Как туда попасть? – спросила Тигра. – В Сахару?

Я посмотрел на песочницу. Песок в ней вдруг начал крутиться воронкой, как в фонтане в прошлый раз, только теперь это был водоворот из песка.

– Прыгаем! – скомандовал я.

Огненное королевство

Мы вывалились из песчаной дюны прямо в пустыне. Вокруг, насколько хватало глаз, были только барханы и палящее солнце.

– Ой, горячо! – закричала Соня, подпрыгивая на песке. – Пятки жжёт!

Я засунул руку за спину и достал четыре пары специальных тапок с толстой подошвой. Мы надели их и пошли в сторону, где виднелся огромный вулкан, из которого шёл чёрный дым.

– Нам туда, – показал Никита. – Прямо в жерло. Сумасшествие какое-то.

– Не в жерло, а под жерло, – поправила Тигра. – Там подземное царство. Смотрите!

Из песка вокруг нас начали вылезать маленькие огненные человечки. Они были ростом с Соню, горели оранжевым светом и смотрели на нас злыми глазами.

– Люди! – запищали они. – Люди пришли! Схватить их и отдать Королю!

– Бежим! – крикнул я.

Мы побежали к вулкану. Огненные человечки гнались за нами, кидаясь маленькими огненными шариками. Соня ловко уворачивалась, Никита спотыкался, Тигра на ходу смешивала какие-то зелья.

– Я сделаю охлаждающую бомбу! – крикнула она и бросила назад пробирку.

Раздался взрыв, и огненные человечки покрылись инеем и замерли на месте.

– Ура! – закричала Соня. – Тигра, ты гений!

Мы добежали до входа в пещеру у подножия вулкана и нырнули внутрь.

Подземный мир

Внутри было темно, но стены светились красным от лавы, которая текла где-то глубоко внизу. Мы шли по мостикам над пропастями, где булькала раскалённая магма.

– Страшно-то как, – прошептала Соня и взяла меня за руку. – А вдруг мостик сломается?

– Не сломается, – успокоил я, но сам тоже боялся.

Вдруг перед нами выросла стена из огня. Из пламени вышел огромный человек, весь состоящий из лавы и искр. Это был Огненный Король.

– Кто посмел войти в мои владения? – прогремел он голосом, похожим на извержение вулкана.

– Мы пришли поговорить, – смело сказал Никита. – Зачем ты нагреваешь всю планету? Люди страдают!

– Люди? – усмехнулся Король. – А вы знаете, что люди делают с природой? Они загрязняют реки, вырубают леса, жгут костры где попало. Я хочу всё сжечь и начать заново. Будет новый мир, чистый и горячий!

– Но там же всё погибнет! – воскликнула Тигра. – Рыбы, птицы, звери… Мы!

– А вы мне мешаете, – Король топнул ногой, и пол под нами затрясся. – Раз вы пришли, станете моими пленниками. Бросить их в Лавовую яму!

Огненные человечки схватили нас и потащили.

Побег и план

Нас бросили в яму, но это была не лава, а просто горячая комната без выхода. Сверху была решётка, которая светилась от жара.

– Ну вот, – расстроился Никита. – Сгорим тут, как те огненные человечки, только наоборот.

– Не ной, – сказала Тигра. – Я думаю. У меня есть одно зелье… Огнезащитное. Но его мало, только на одного.

– На кого? – спросила Соня.

– На того, кто выйдет и найдёт способ всех спасти.

Все посмотрели на меня.

– Я пойду, – сказал я. – У меня портфель и рука за спиной. Авось пригодится.

Тигра вылила на меня синюю жидкость. Она покрыла меня плёнкой, и жар сразу перестал чувствоваться. Я подпрыгнул, ухватился за решётку, дёрнул – она поддалась. Я выбрался наружу.

– Я вернусь! – крикнул я и побежал по коридорам.

Вскоре я наткнулся на тронный зал. Король сидел на троне из чёрного камня и смотрел на карту мира, которая горела красным.

– Уже скоро весь мир станет пустыней, – довольно бормотал он.

Я спрятался за колонну и стал думать. Нужно было что-то, что охладит Короля. Но что? Вода? У меня нет воды. Я засунул руку за спину и начал перебирать всё, что там было. Там нашёлся огромный снежок (откуда?), лёд из холодильника (мой?), и вдруг я нащупал что-то холодное.

Я вытащил. Это был тот самый изумрудный меч, которым я резал воспитателей в садике, но теперь он был не зелёный, а синий и ледяной.

– Точно! – обрадовался я. – Изумрудное зелье гигантское тогда всех воскресило, а если меч ледяной, может, он охладит Короля?

Я вышел из-за колонны.

– Эй, Король! – крикнул я. – Принимай подарок!

И со всей силы бросил в него меч. Меч воткнулся Королю прямо в грудь. Король замер, потом начал уменьшаться, потом затрясся и… превратился в маленького огненного хомячка. Точно такого же, как Лунный Хомяк, только красного.

– Ой, – пискнул он. – А где моя злость? Я, кажется, опять потерял злость.