Даниил Куликов – S-T-I-K-S. Пчелиный Рой. Книга 2. Вторая партия (страница 5)
Было в нём что-то странно знакомое…
– Вот ты где! – раздался за спиной ещё один крик, и вперёд выбежал Балабол. – Привет, Рой.
Не останавливаясь, он добежал до нарушителя спокойствия и от души приложил того уже рукой.
– Рой, тебя Хмурый искал, поговорить хотел срочно.
Рой присвистнул. Что за день с утра такой?
– Этот тип обладает редким даром, – сказал он оборачиваясь.
– Ага, – согласился Балабол. – Людей бесить.
Рой поднялся к Хмурому.
– Рой, совсем забыл. – Хмурый выглядел так, как будто не спал ночь. – У тебя что-нибудь пропало?
Глава 6
Старый знакомый
– К сожалению, мой друг, ты прав. – Рой устало потёр виски.
Хмурый выжидательно посмотрел, ожидая, что Рой продолжит.
– Что он украл? – наконец не выдержал он, забарабанив пальцами по столу. – Рой?
– Пусть это пока будет тайной, – ответил Рой садясь. – Ты же знаешь, если у меня что-то отбирают, оно потом не в то горло попадёт. Много народу уже подавилось.
– Угу, – мрачно кивнул Хмурый. – Надеюсь, ты, как всегда, знаешь, что делаешь.
– Ага, – ответил Рой. – О чём ещё кроме этого ты хотел поговорить?
– Как ты думаешь, кто это сделал? – спросил Хмурый. – Хотя нет, понимаю, что вопрос глупый. В Улье я знаю нескольких, кому такое по силам, и только одного, кто мог бы это сделать.
– Верно, – кивнул Рой, наливая себе чая. – Здесь скорее уместен вопрос «Как?». А также кто помог, кто участвовал и кто стоял на шухере?
– И ещё один вопрос – как Бодун, который был проверен, которого все знали не один год, вдруг взял и предал пацанов, заминировал ваши дома, БРДМ, свалил, да ещё потом стрелял в своих.
– Не знаю. – Рой отхлебнул чая. – Но выясним. На твоём месте я бы почаще проверял всех на наличие взрывчатки.
– Уже. – Хмурый обхватил голову руками. – Как можно спать спокойно, когда не знаешь, кто рядом друг, а кто враг?
– Увы, – пожал плечами Рой. – Ты уже большой мальчик, сам понимаешь, что в Улье предателей, лицемеров и дегенератов больше всего. Примерно восемь или девять из десяти.
Хмурый молча кивнул.
– Уже знаешь, что делать? – спросил он.
– Я? – Рой пожал плечами. – Откуда? Я в Улье меньше тебя, военным не был. Стрелять только чуть-чуть научился.
Хмурый поморщился.
– Ой, давай без этого, – фыркнул он. – Я не я, и лошадь не моя. Я прекрасно всё помню – и как вы с Балаболом разрушили Колизей, и твой план, когда я играл лотерейщика, а уже про ту афёру с фальшивым предательством вообще молчу. К чему эти понты, Рой?
– Пока не знаю, что делать. Нет ни данных, ничего, – ответил Рой. – Как что-то прояснится, так и начну действовать.
Хмурый снова только кивнул.
– Кстати, что за крендель новый у тебя? Тот, которого Балабол в карцер хотел запереть?
– Пьяный, в дурацкой куртке и с чёрными очками? – спросил Хмур.
– Да.
– Чучело.
– Да я понял, что чучело, а сам он кто? – спросил Рой.
Хмурый помолчал минуту, сдерживая улыбку.
– Нет, ты не понял, – сказал он. – Его так и зовут – Чучело.
Рой фыркнул, пытаясь сдержать смех.
– Коротко и в двух словах – идолище поганое. Идиот полнейший, алкаш и скандалист, – продолжил Хмурый. – Из всех талантов только один – стрелять сигареты и просить на опохмелку. Пришёл с группой рейдеров, которые оставили его и быстро свалили. Балабол сначала думал, что он диверсант и так притворяется. Оказалось, что нет. Теперь он общая головная боль и просто так его не отпустишь. Приходится пасти, вдруг чей-то подсыл, и терпеть его художества надоело.
– А подержать в карцере подольше не пробовал? – спросил Рой.
Хмурый скривился, как от зубной боли.
– А толку? Его ещё до Улья постоянно на пятнадцать суток сажали. Сначала в милиции, потом в полиции, и в обезьяннике закрывали. Он уже привык.
Рой стоило усилий сохранить каменное лицо. С улицы донеслась песня, причём пел её знакомый голос:
– Сегодня буду пить вино! Любить девиц, ходить в кино!
Слуха певец не имел. Хмурый снова скривился, а Рой хлопнул себя по лицу.
– Чучело, которое поёт, это слишком.
– Ладно, – пряча ухмылку, сказал Рой. – А кто там меня искал вчера?
– Да пришлый один, – чуть успокоился Хмурый. – Рыжий какой-то, назвался Гамбитом. Нормальный вроде, но вчера не до него было, и его тоже заперли в камеру. Он так ничего, даже не возмущался, с пониманием отнёсся.
– Не знаю такого, – нахмурился Рой.
– Он так и сказал, – кивнул Хмурый. – Мол, ты его только в лицо видел, а знакомы вы не были.
– Вполне может быть, – кивнул Рой. – И в Улье так может сказать масса народа.
– Именно поэтому я не придал этому значения, – кивнул Хмурый.
– Ладно, присмотришь за ним? Не хочу никаких сюрпризов.
Хмурый снова кивнул. Рой покинул его и направился к знахарю по имени Чтец. После случившейся пропажи требовалось переговорить с ним снова.
Рой возвращался домой, когда навстречу ему вышел Уайт.
– Там тебя какой-то рыжий ждёт. С ним Батя.
Рой хмуро кивнул. Во дворе Батиного дома виднелась та самая рыжая голова, которая показалось смутно знакомой, и седая голова хозяина. Батя махнул рукой, и незнакомец обернулся. Лицо показалось очень и очень знакомым. Настолько знакомым, что захотелось подойти и поприветствовать его, как старого друга. Рой одёрнул себя. Это что, ментальный контроль? Или совпадение? Короткие рыжие волосы, голубые глаза, рыжая щетина, которая через некоторое время должна будет превратиться в усы и бороду. Незнакомец выглядел как ирландец или кельт из какого-нибудь заграничного фильма. Запоминающаяся внешность, по которой Рой и узнал его. Как же давно это было…
Это было когда он только попал в Улей, ещё ничего не зная и не подозревая, куда угодил.
Это был тот самый рейдер, которого он встретил, попав в Улей, тот самый рейдер, который умер и отдал ему все свои вещи. И вот сейчас он стоял перед ним, живой и невредимый. Рой ошалело моргнул. Не мог он тогда выжить, сам зафиксировал смерть. Что это – наваждение, иллюзия?