Даниил Корнаков – Дети Антарктиды. Возвращение. Часть II (страница 13)

– Не видела со вчерашнего дня.

Пощекотав малыша на прощание и немного успокоив Надю, Матвей направился к медблоку. Там он застал Лейгура, сидевшего напротив барокамеры. Эрик всё ещё был без сознания и, похоже, так и не пришёл в себя с тех пор, как его поместили в капсулу.

– Доброе утро, – произнёс Матвей.

– Доброе… – устало откликнулся исландец.

– Он не приходил в себя?

– Нет.

Это было не то, что Матвей надеялся услышать.

– А Виктор Степанович заходил?

– Нет. Я не видел его со вчерашнего вечера.

И это оказалось неожиданным. Сколько Матвей знал Виктора Степановича Щукина – тот всегда с особой заботой следил за своими пациентами.

– Похоже, его придётся оставить здесь, – с досадой сказал Матвей. – Перевозка сейчас слишком рискованна – может не выдержать.

Лейгур тихо выдохнул, будто соглашаясь.

– Надо найти Виктора Степановича.«Ну вот, теперь придётся искать и его – в дополнение к Дэну», – подумал Матвей.

– Он позаботится о нём. А как только Эрик встанет на ноги, мы первым же вездеходом отправим его на «Прогресс». И Гюго тоже стоит предупредить.

– Угу, – снова коротко ответил Лейгур.

Матвей положил руку ему на плечо.

– Скоро выезжаем, будь готов.

Ответом вновь было молчание, лишь кроткий кивок. Казалось, тяжёлая дума сдавливала голову исландца, мешая ему разговаривать.

Матвей поднялся со стула, направился к выходу, но остановился в дверях, вдруг вспомнив, для чего он ещё сюда пожаловал.

– Ах да, совсем забыл. Я ищу Дэна, ты его, случаем не видел?

– Он заходил сюда вчера, поздно вечером. Больше я его не видел.

Услышанное насторожило. Да куда он запропастился?!

– Вы говорили о чём-то?

– Ага, о том, что ему стоит поднабрать веса. Потом он вдруг вскочил и пошёл тебя искать. Мне ничего не сказал.

– Хм, – Матвей задумался, вспоминая вчерашнюю с Дэном короткую перепалку. – Ладно, пойду спрошу у Гюго…

Возле двери в комнату друга он стоял уже спустя несколько минут. Вежливо постучал, но предложения войти так и не услышал. Потом коснулся ручки, потянул её вниз – открыто. Про себя подумал, что его друг не будет возражать против его внезапного появления, и приоткрыл дверь.

– Гюго?

В комнате оказалось пусто. На койке валялось скомканное и сморщенное белье, верхняя одежда висела на спинке стула, а сброшенная как будто впопыхах обувь лежала на входе в уборную комнатку, откуда доносился плеск воды.

– Гюго? Ты здесь? – предпринял вторую попытку Матвей.

Шум воды резко оборвался.

– Это ты, Матвей? – донёсся приглушенный стеной голос.

– Да! Извини, я не…

– Дай мне минуту! Я почти закончил.

Матвей взглянул на часы – пол седьмого утра. Следуя заранее оговорённому расписанию, они должны были покинуть «Восток» уже через пятнадцать минут.

Дверь в уборную открылась, и оттуда к Матвею вышел сам Гюго, с красным лицом и слипшимися от влаги волосами. На нем был тёплый свитер и мешковатые штаны. Капельки воды поблёскивали на его пшеничного цвета бородке.

– Тоже с водой проблема? – подметил Матвей.

– Водой? – недоуменно переспросил он и посмотрел за спину. – А, ты про это? Нет, в этом случае я, как и все сегодня в зимовочном комплексе, тоже в ряду неудачников. Видать, опять насосы накрылись. Ну а я просто встал с утра пораньше, набрал снега снаружи, ну знаешь, по старинке. – Он закрыл дверь. – Целый час убил на растопку.

Гюго щёлкнул пальцем, и в уголке его рта заиграла ухмылка.

– Помнишь, как мы ещё пацанами помогали нашим с колкой льда?

– Даже не напоминай… – протянул Матвей, скребя отросшими ногтями шею. – Я там чуть всех пальцев не лишился однажды.

– Так все мы их чуть не лишились, раз уж на то пошло. Хотя нет, парочке ребятам всё же не повезло. Как же их… – Его брови задумчиво нахмурились.

– Серёга Зимин и Давид Табидзе, – подсказал Матвей.

– Точно! Этим двоим несколько пальцев ампутировали. Они вроде как даже были не против, лишь бы вновь в эту холодрыгу не выходить.

– Ага, – с улыбкой подметил Матвей. —

Немного помолчал, окунувшись в воспоминания.

– Слушай, – сказал Гюго, – а это ведь мы тогда с тобой договорились больше никогда лёд не колоть и стать собирателями, верно?

– Да, – сказал Матвей и отчётливо вспомнил перед картину того дня, словно это было вчера. Он и Гюго сидят вдвоём, после очередной смены по колке, и дают друг другу клятву – лучше уж они повидают старый мир в роли собирателей, рискуя быть съеденными мерзляками, чем этот безжалостный холод заберет их пальцы. Именно это он и сказал отцу за несколько дней до начала его рейда, тем самым уговорив взять его с собой. Гюго же никого упрашивать не пришлось – его родители померли ещё во времена Адаптации.

– Тыщу лет с тех пор как будто бы прошло, а? – вздохнул Гюго.

Ненадолго комната с ними внутри накрылась звонкой тишиной.

– Готовы выезжать? – поинтересовался Гюго.

– Да… Боже… – прыснул Матвей, отряхнувшись от воспоминаний. – Заболтал ты меня, и я совсем забыл, зачем пришёл. Я никак Дэна не могу отыскать.

– Дэн? Это который американец?

– Угу. Он ночевал со мной в одной комнате. Весь жилой блок обошёл, нигде его нет.

– Хм… – Гюго провёл рукой по шее, посматривая в потолок. – Странно, я тоже не видел его со вчерашнего дня.

Гюго многозначительно сдвинул брови, погладил подбородок и заговорил:

– Давай так, я сейчас соберу всех наших и велю им поискать американца. Он явно где-то рядом околачивается. Может, заблудился или случайно заперся где-нибудь.

Матвей не услышал сказанного Гюго, впав в глубокую задумчивость: он гадал, не связано ли как-то исчезновение Дэна с предметом их вчерашнего разговора?

– Ты слышишь меня? – Гюго чуть пихнул его в плечо.

– Да, да, я здесь, – пробормотал Матвей.

– Я сообщу остальным восточникам, они его поищут.

– Хорошо. – И немного погодя добавил: – Я помогу вам.

– Не стоит, – резко ответил Гюго и положил руку на его колено. – Ты лучше потрать это время на подготовку к поездке. Ну знаешь, перепроверь батареи и прочее. Вам ещё предстоит долгая дорога.

Чуть поразмыслив, Матвей ответил:

– Да, пожалуй ты прав.

Гюго хлопнул себя по коленям, встал.