Даниил Корнаков – Дети Антарктиды. Лёд и волны (страница 10)
– Оу, а это кто у нас? – не растерялся Йован и, заметив, что остальные восточники более не танцуют, выключил музыку. – Никак гости с другой станции?
Остававшийся начеку Матвей постарался незаметно подойти сбоку к тому коренастому с туповатым лицом и сесть на краешек стола. Сделав это, он заметил, как Олег Викторович, продолжая сидеть на стуле, с прищуром вглядывался в старика в кепке, словно бы изучая каждую чёрточку его лица.
– Да, так и есть, – ответил хрипло старик и оглянулся назад, приковав к себе взгляды всех собравшихся. – Как-то не очень гостеприимно вы встречаете выживших с других станций.
– Гости на «Востоке» у нас, знаете ли, в диковинку, – стал объяснять Йован. – Не все горят желанием посетить самую холодную станцию Антарктиды.
– М-да, пожалуй, мало кто захочет, – согласился старик. В его голосе чувствовалось напряжение, которое передалось двум его спутникам, повернувшимся лицом к посетителям. – Какой-то праздник?
– Вроде того, – сообщил Йован. – Вам налить? Или, может, хотите поесть?
– Нет, спасибо. На самом деле я ищу одного человека. Зовут Матвеем, фамилия Беляев. Он собиратель. Мне сказали, что я могу найти его здесь, на «Востоке».
При упоминании имени Арина переглянулась с Матвеем и подошла к нему поближе.
– Да, я знаю Матвея, – ответил Йован.
– Чудно. Он сейчас здесь? Мне нужно поговорить с ним.
– Видите ли, как я и сказал, мы на «Востоке» не слишком привыкли к чужакам, – Йован взял один из стаканов и стал протирать его тряпочкой. – И, чтобы перестать быть таковыми для нас, восточников, как минимум, на этот вечер, лучше всего будет вам назвать свои имена и станцию, с которой вы прибыли.
Незнакомец и рта не успел открыть, как в диалог внезапно вмешался Олег Викторович:
– Пускай не утруждает себя. Йован, я скажу тебе, с какой они станции, – лицо старосты охватила злобная судорога и Он указал пальцем на старика в кепке: – Я узнал тебя. Ты младший брат Зотова, сославшего нас сюда, – после чего крикнул всем остальным: – Это прогрессисты!
Слова старосты прозвучали для всех как боевая команда. Люди взревели и схватились за бутылки, ножи, одним словом, за всё, что попалось под руку.
В этот самый миг один из спутников старика, тот, что с туповатым лицом, потянулся к поясу с явным намерением достать оттуда оружие. Матвей швырнул в него стул, выиграв тем самым себе пару секунд, и набросился на мужчину, приставив к его горлу сломанную ножку от брошенного стула.
Чего Матвей не учёл, так это черноволосую девчонку, ловко вынувшую пистолет из кобуры за поясом. Она нацелила ствол ему в голову, взвела курок и, наверняка бы, выстрелила, если б не раздавшийся рядом с ней строгий голос Йована:
– И думать не смей, – велел он, держа её на мушке старой двустволки, которую успел достать из-под прилавка во время начавшегося переполоха.
– Тихо, успокойтесь, – спокойным тоном произнёс старик в кепке. – Мы никому не причиним вреда.
– Вот как? – вмешался в разговор Йован. – А оружие, стало быть, для красоты носите?
– Нет, для таких вот ситуаций, – объяснил тот.
– Да чего с ними разговаривать? Кончить уродов, и всё тут! – крикнул из толпы Паша Орлов, судя по сиплому голосу. – На «Востоке» нет места прогрессистам!
– Без тебя разберёмся, захлопни варежку! – грозно ответил соплеменнику староста и вернул свой взгляд на главного прогрессиста. – Вы допустили большую ошибку, явившись сюда, ещё и с оружием.
– Возможно, – голос старика в кепке по-прежнему оставался спокойным, что не могло не вызывать скрытого уважения. – Но у меня не было времени на раздумья.
– Что ж, теперь у тебя и твоих людей будет его предостаточно, пока все вы будете сидеть под замком.
– Нет! – голос прогрессиста дрогнул, на мгновение лишившись прежнего спокойствия. – Послушайте, я и мои люди пришли сюда за помощью.
– Помощью?! – Олег Викторович впал в ярость. – Ты, видать, издеваешься?
Прогрессист предпочёл не отвечать на его вопрос и, поджав нижнюю губу, сказал:
– Давайте просто поговорим не пытаясь при этом перестрелять друг-друга, это всё, о чём я прошу. Опустим оружие…
– Сначала вели это сделать своим людям, – твёрдо отчеканил староста.
– Послушайте, я просто ищу собирателя по имени Матвей, фамилия Беляев. Всё, чего я хочу, – это поговорить с ним. Больше ничего.
– Тогда вам следует опустить оружие, – внезапно вмешалась в разговор Арина, выступив вперёд. – Потому что ваша дамочка как раз держит его на прицеле.
Прогрессист взглянул на Матвея, прижимающего острый обломок деревянной ножки к шее коренастого. Стоит ему нажать чуточку сильнее…
– Это действительно вы? Беляев Матвей?
– Да, – поняв, что скрывать этого более не имело смысла, ответил тот.
– Надя, опусти оружие и положи его на стойку, – строго велел старик черноволосой.
– Но…
– Делай, что велено!
Девушка по имени Надя ещё секунду держала Матвея на прицеле, а затем, прошептав себе что-то под нос (явно не хорошее), нехотя подчинилась. Йован, продолжая держать дуло ружья в паре сантиметров от неё, свободной рукой коснулся пистолета и положил его под стойку.
– Ты тоже отдай сюда пистолет, – приказал Матвей своему заложнику, но тот лишь с непониманием и злобой смотрел в его сторону. – Живо! – Матвей слегка нажал ножкой стула на его шею, отчего появилось немного крови.
– Он не понимает тебя! – вмешался прогрессист.
– Что значит – не понимает? – озадаченно спросил Матвей.
– Он глухонемой, – объяснила Надя и поднятыми руками привлекла внимание спутника, после чего тот бросил пистолет на пол.
– Советую и тебе вытащить пушку из кармана, – обратился к старику Матвей, подбирая пистолет.
– Я безоружен.
– Делай, что он говорит, прогрессист хренов, – выпалил Олег Викторович, приблизившись к тому почти вплотную.
Старик хмыкнул, обвёл взглядом остальных и осторожно вытащил из кармана золотую цепочку с крестиком, которую староста тут же выхватил из его рук.
– Эй, живо верни! – возмутился старик, но тут же замер, как только в его щёку упёрлось дуло ружья.
– Но-но, дедуля, – сообщил ему Йован, – не рыпайся.
– Это моя вещь, ясно? Вы не имеете права…
– Ещё как имею, говнюк, – с не утихающей злобой прошипел староста, положив цепочку в карман куртки. – Матвей, Паша, Боря, уведите эту троицу в лабораторию и убедитесь, что они будут оставаться нашими «гостями» до тех пор, пока мы не решим, что с ними делать.
– Да вы что, рехнулись? – впервые подала голос Надя. – Вы напали первыми!
– Соболева, помолчи.
– Начальник, но ведь…
– Помолчи, говорю! – рявкнул он.
Девушка подчинилась, хотя было видно, что её так и распирает от гнева.
Матвей помог немому подняться и передал его в руки вышедших из толпы Паши и Бори, которым Йован уже дал моток верёвки, лежавший под прилавком. Как только пленники оказались полностью скованы, здоровяк не упустил возможности в излюбленной ему манере отпустить очередную шутку: он наставил дуло ружья на старика и нажал на спусковой крючок.
– Пуф! – хихикнул он.
Все в баре знали, что эта двустволка последний раз стреляла лет двадцать назад, пока не превратилась в одну из местных декораций бара «Полярный Переполох».
Глава 4. Сделка
Из личных записей старшего архивариуса Маркуса Терри, 2073 год.
С момента задержания прогрессистов минула ночь, которая стала на «Востоке» одной из самых неспокойных и бессонных за последние годы. Жители станции судачили и строили догадки о целях визита давних врагов, при этом ставя под сомнение их умственные способности: это ж надо было набраться наглости и явиться сюда без разрешения, да ещё и в канун праздника.