Даниил Калинин – Варяжское море II. Ярл (страница 18)
Поняв, что мысли путаются, и меня уводит куда-то в стороне, я сделал короткую паузу, после чего вновь продолжил:
— Так вот все, кто уйдет, передайте своим — я, ярл Самсон, силой могу прекратить ваши набеги, и истребить всех, кто возьмет в руки оружие! Но если кто готов оставить разбойный промысел, и присягнуть мне, то тех воинов я также приму в дружину, и уже следующей весной поведу в поход в земли саксов! Передайте всем, что ярл Самсон пришел не грабить — я пришел править!
Кажется, речь произвела впечатление на испуганно пялящихся на меня эстов — и радостно вскричавших рабов, только что получивших свободу! Даже взгляды опасливо косящихся в мою сторону ближников (волнуются!) потеплели — видимо, мои слова также пришлись им по нраву.
Я невольно улыбнулся дружинникам-варягам — но тут над самым ухом раздались тихие, щекочущую кожу теплым дыханием слова Оли:
— Отличная речь! А вот теперь подумай — сумел бы ты сейчас ее произнести, не последуй я за тобой в битве?!
Чуть облокотившись головой на шлем супруги, я столь же тихо ответил:
— Без тебя я бы не полез на того здоровяка… А если серьезно — ты спасла меня. В который раз. И я без тебя своей жизни не вижу…
Любимая прижалась к спине всем телом, после чего призналась волнующим, и одновременно воркующим шепотом:
— Я люблю тебя…
— А я тебя!
Глава 10
Флоки сидел за грубо сбитым из цельного бруса столом, сжимая своими тонкими пальцами глиняный кубок с дрянным пивом. Впрочем, другого и не могло быть на постоялом дворе! Да еще на гроши, оставшиеся от былого достатка… Ярл — хотя теперь уже какой ярл?! — сильно исхудал за время вынужденного путешествия, а последних жалких медяков впритык хватило на спальное место в общей зале, да на кубок пива. Напиться — так как его теперь часто мучала жажда — и хоть немного согреться. Увы, подобному ему оборванцу не светило место у очага, потому оставалось довольствоваться лишь крохами его тепла — да хмельным, согревающим нутро изнутри!
А как жрать-то хочется…
— Ты слышал! Восточные викинги покорились ярлу Самсону!
— Говорят, он привел с собой ромейский флот, и сжег их драккары греческим огнем!
— А я слышал, что с ним была горстка людей и всех их перебили в битве…
— Да какой там! У него был сильный хирд, руги и венды сражались бок о бок с воинами самой исландской воительницы! И конечно победили!
— Да-да! А сам ярл сразил в поединке вожаков воителей Эйсюсла!
— Да конечно! Этот «Самсон» обделался, лишь увидев его! А вождя убила в хольмганге неистовая воительница!
— Хахахахах! А сам ярл всю сечу прятался за ее юбкой!
— Да враки это все! «Самсон» сумел разбить викингов в первом бою — но затем «восточные» собрались с силами, поставив в хирд каждого, кто способен держать топор в руках, и порубали всех до единого воинов ярла!
— А вот и нет! Они признали его своим конунгом!
Последние новости, настигшие Флоки в пути, буквально выжигали изнутри его душу, заставляя сжимать глиняный кубок с такой силой, что он мог треснуть в любую секунду. Это ж надо… Проклятый раб стал не только ярлом, но говорят, цельным конунгом восточных викингов! Вот кто мог ждать от трелля подобного взлета?! А ведь поговаривали, что ромей умер от ран, нанесенных Ториром… Да куда уж там! Не зря обостренное чутье «Мстителя» подсказывало ему, что враг выжил… А получается, что непросто выжил — а вознесся ныне так, что стал буквально недосягаем для Флоки!
И ведь хотел же он отправиться в Упсалу, принести свою жертву в «двор богов» и просить помощи у конунга Стенкиля! Хотел… После того, как высмеявший его просьбу о помощи ярл Гьорд приказал хирдманам выбросить соседа за ворота своего дома — а любезно улыбающийся ярл Асбьорн, не стирая добродушной улыбки с лица, велел посадить парня на цепь. Он увидел удобную возможность присоединить земли Сверкера и Лудде к своим — правда, уже не пытаясь выдать за голодранца свою дочь, а голодом и жаждой вынудить имевшего определенные права «Мстителя» завещать их новому владельцу. Флоки тогда выручил верный Йорген, ночью перебравшийся через тын усадьбы и освободивший своего господина. Безмерно благодарный юноша обещал едва ли не все возможные богатства бонду, уже дважды спасшему его жизнь! Ведь вряд ли парню стоило надеяться на милость Асбьорна Гнилого зуба, когда тот получил бы желаемое…
Да, соседи предали Флоки, унизили Флоки, и едва не убили его. Они поступили так, как примерно он и ждал, хорошо понимая их безжалостную, разбойную натуру. И в тоже время ослепленный ненавистью и жаждой мести, сын Сверкера надеялся на свое красноречие, наивно полагая, что ему все же удастся разжечь в ярлах ненависть к пришельцам, совершившим столь дерзкий набег на Уппланд. Надеялся, что внешний захватчик сплотит их, и что тогда у «Мстителя» появится еще один шанс разобраться с кровным врагом… Но никто не дал своего согласия. И Флоки, уже неплохо научившийся понимать людей и чувствовать фальшь, Флоки сумел распознать страх и за издевательскими насмешками Гьорда, и за безжалостным коварством Асбьорна. Обычный, человеческий страх перед тем, кто в один скорбный день может войти во фьорд или в малую гавань на паре драккаров, да истребит в сече хирд верных, матерых викингов! А после возьмет штурмом и сожжет их бурги — также, как истребил воинов Олофа Железное тулово и Лудде Старого, спалив до тла усадьбы Флоки и его тестя…
Но явиться в Упсалу и жаловаться конунгу на какого-то ярла ругов, свершившего ответную месть за предательское убийство своего бывшего вожака и попытку ночного убийства?! О, этого никто бы не понял и не принял при дворе Стенкиля! Вот ежели бы побережье Уппланда атаковал целый вражеский флот, разорив и опустошив его, если бы сама цель мести была достаточно значимой, чтобы против в нее мог отправиться в поход сам конунг… Вот тогда бы у Флоки был шанс. Шанс получить заступничество государя, заодно убедив его окружение, что в случае успеха победителей ждет богатая добыча!
А потому пришлось «Мстителю» отправиться в опасное, полное перипетий путешествие на запад, в датский Лунд уже в одиночку — Йоргена он оставил дома, понимая, что в случае настоящей опасности земледелец ему не поможет, разве что сгинет сам. Проникнувшись глубокой симпатией к верному бонду, рисковавшего собой ради ярла не за награду, а по доброй воли, Флоки действительно желал уберечь последнего от подстерегающих на выбранном им же пути опасности… Хотя подумать только, всего несколько месяцев назад скажи сыну Сверкера о том, что он будет искренне заботиться о каком-то карле — поверил бы он в это? Конечно, нет… Но никогда не знаешь, что еще может подкинуть нам судьба, разве не так?
В датской земле юноша надеялся найти помощи у тех, кому руги насолили еще прошлой осенью. Впрочем, прежде всего «Мститель» жаждал встретить конкретного ярла, иногда бывавшего в Лунде… Ярла, чья доблесть, самомнение, отвага и боевой задор были известны, наверное, во всем Варяжском море — и не только! Он был уверен, что сумеет поймать славного воина на крючок честолюбия и спровоцировать его искать счастья в битве с «ярлом Самсоном»! Ярлом Самсоном… Но увы, не конунгом Самсоном.
Теперь же выходило, что умнее всего было просить помощи как раз у Стенкиля в Упсале. Вон, и повод отличный появился: есть ярл, нападавший на свеев, разграбивший две крепости и захвативший несколько драккаров. А теперь этот ярл стал еще и вождем восточных викингов — никогда не друживших со свеями. Куда он поведет уже не пару драккаров, а скажем, полтора десятка?! Нет, нужно этого «Самсона» уничтожить как можно скорее, пока все побережье Уппланда не запылало… А заодно и вернуть награбленное восточными викингами Эйсюсла в их прошлых походах!
Награбленное ли у свеев, или у данов, или в землях саксов — не важно. Победителю достанется все!
И ведь это действительно могло сработать… То, что ромей погиб в бою со своими «новыми подданными», Флоки не верил ни секунды — просто не могло ему так повезти! На подобную милость богов лучше не рассчитывать… Но факт остается фактом — прежде, чем бывший трелль сумел подчинить себе свободолюбивое и воинственное население Эйсюсла, он должен был сражаться с его воинами, и победить. А значит, обе стороны понесли потери и не обладают должной мощью…
Да, Стенкиль вполне мог купиться на возможность расправиться сразу с двумя врагами свеев, ослабленными междоусобицей — рассчитывая при этом на богатую добычу! И от того «Мститель» ныне был готов волком выть — ну почему он подался на запад и прошел весь путь прежде, чем его догнали новости об успехах ярла Самсона?! И как теперь явиться к конунгу? Как вернуться в Упсалу, когда за душой не осталось ни гроша?!
Неожиданно тяжкие думы Флоки прервали ворвавшиеся в обеденную залу постоялого двора воины — шумные, гогочущие, ведущие себя слишком вызывающе… В тот миг, когда створки дверей резко распахнулись, сын Сверкера едва не вскочил с места, подумав, что случилось нападение — и только после он понял, что это всего лишь раззадоренные хирдманы кого-то из ярлов.
А минуту спустя «Мститель» увидел, наконец, и неспешно вошедшего в залу ярла, вынужденного пригнуться, чтобы не удариться о дверную притолоку. И тут-то сердце «Мстителя» яростно застучало в груди: это был он!!! Тот самый воин, ради которого он проделал столь долгий путь!