Даниил Хармс – Том 1. Полет в небеса (страница 193)

Бум, бум, бум, бум, бум.

Пётр Николаевич

Курыбы́р, дараму́р ды́ньдири слакаты́рь пакарада́гу да кы́ чи́ри ки́ри ки́ри зануди́ла хабаку́ла хе-е-ль ха́нчу ана́ куды сту́м чи на ла́куды пара вы на лы́йтена хе-е-ль ча́пу ачапали чапа́тали ма́р небело́чи́на́ хе-е-ль (поднимает руку.)

Папаша

Пускай на солнце залетит крылатый попугай, пускай померкнет золотой, широкий день, пускай. Пускай прорвётся сквозь леса копыта звон и стук, и с визгом сходит с колеса фундамента сундук. И рыцарь, сидя за столом и трогая мечи, поднимет чашу, а потом над чашей закричит: Я эту чашу подношу к восторженным губам, я пью за лучшую из всех, Елизавету Бам. Чьи руки, белы и свежи, ласкали мой жилет… Елизавета Бам, живи, живи сто тысяч лет.

Пётр Николаевич

Ну-с, начинаем. Прошу внимательно следить за колебаньем наших сабель, — куда которая бросает острие и где которая приемлет направление.

Иван Иванович

Итак, считаю нападенье слева!

Папаша

Я режу вбок, я режу вправо, спасайся кто куды! Уже шумит кругом дубрава, растут кругом сады.

Пётр Николаевич

Смотри поменьше по сторонам, а больше наблюдай движенье железных центров и сгущенье смертельных сил.

Папаша

Хвала железу — карборунду! Оно скрепляет мостовые и, электричеством сияя, терзает до смерти врага! Хвала железу! Песнь битве! Она разбойника волнует, младенца в юноши выносит, терзает до смерти врага!