Даниил Филатов – Мать (страница 19)

— Надеюсь, ведь мне нужно отследить звонки на номер.

— Ну и ну, — усмехнулся сотрудник СГБ, — а ваши просьбы с каждым разом все интереснее и интереснее. Давайте пропустим ту часть, где я вам говорю, что не могу без веских оснований использовать государственную систему пеленгации вызовов. Да у меня и доступа к ней нет.

— Вы правы, давайте пропустим и перейдем сразу к той, где мы решаем, что делать, — Александр бросил взгляд назад и увидел, как за ним выстроилась очередь.

У скольких из них вопрос жизни и смерти?

— Граждане, пройдите к соседнему окну! — крикнул Иоши, — эй, Суторигама! — вновь закричал он куда-то вглубь отдела, — а ну иди поработай, не видишь, сколько обращений! Или я тут один на дежурстве?!

Спустя несколько секунд к соседнему столу подошел мужчина в темно-синей форме, и ничего не сказав в ответ, принялся слушать жалобы.

— К делу? — Александр попытался вернуть беседу в нужное русло.

— Могу лишь дать вам его личный номер и посоветовать обратиться в телефонную компанию, но там…как повезет, — Кисибэ пожал плечами, — снова нужно быть убедительным, чтобы они выдали вам звонки. С государством они активно сотрудничают, обычно нужно лишь показать значок, но вот с частниками…

— Ничего, я вроде как умею быть убедительным, — однако после этих слов Александр вспомнил то самое странное помутнение в кабинете у Касуги.

— Господин Филатов!

— Да? — он снова отвлекся.

— Вы точно все еще достаточно беспристрастны?

— Безусловно. Хибики — преступник, мне нужно это доказать. Какие уж тут могут быть теперь личные мотивы?

— Вот его номер, — Иоши развернул монитор к Александру, тот записал все в телефон, — с поиском офиса телефонной компании будут проблемы?

— Нет, я стал гораздо лучше ориентироваться в городе. Постоянно то тут, то там. Не потеряюсь.

— Отлично. Небольшой совет перед тем как уйдете — попробуйте напустить официальный статус, вы ведь не зря зарегистрировались в СГБ. И еще, — он окинул оценивающим взглядом сыщика. Самому Филатову показалось, будто патрульный собирается отчитать его как отец сына за какую-то оплошность, — впрочем, нет. Ничего. Удачи вам.

«Нет уж, говорите», — хотел было возразить Александр, но не стал. Он и без того достаточно отвлек Иоши от работы, а вообще, если совсем уж начистоту — не сильно и хотелось знать, что такого бывалый сотрудник правопорядка хотел выразить. Возможно, это какой-то отзыв о его работе или даже методах. Или еще хуже — состоянии.

Удобно, что в ОПЗМ была всего одна телефонная компания, поставлявшая услуги мобильной связи, телефонии и интернета, а потому долго искать не пришлось.

Однако главный офис «Глобал-телеком» походил больше на прикрытие для какой-то силовой структуры: широкое черное здание со светящейся ярко-красной вывеской отгородилось от городских улиц решетчатым металлическим забором, на каждом углу на него смотрели красноглазые камеры, а в небольшом домике у ворот находилась охрана. Наверняка вооруженная.

Вряд ли получится так просто войти и начать расспросы. Хотя проникнуть незамеченным задача так и вовсе невозможная.

Сыщик подошел к посту и осторожно постучал в окно. Двое мужчин в темно-серой форме о чем-то оживленно общались и не спешили обращать внимание на посетителя. Тогда Филатов постучал еще раз.

На него бросили недоуменный и полный недовольства взгляд, после чего один из охранников нехотя подошел.

— Что вам нужно?

Несмотря на небольшую напряженность, контакт уже налаживался, ведь подошедший мужчина оказался европейцем, а потому заговорил с посетителем по-русски, значит к услугам неуклюжего переводчика прибегать не придется.

— Я Александр Филатов, частный сыщик, работаю с СГБ, — он протянул через окошко свою карточку, но мужчина не спешил ее брать.

— Ну и? — тупо спросил охранник. У него на кисти Александр увидел татуировку с надписью «Не оставляем ничего», венчавшей череп, держащий в зубах ракету. Неофициальный девиз ракетно-артиллерийских войск ОПЗМ.

Прекрасно. Военный. Можно сразу уходить.

И все-таки он должен попытаться.

— У нас в разработке подозреваемый, нам нужно отследить звонки, поступающие на его номер, чтобы доказать факт планирования преступления.

Очень удобно и даже приятно говорить «нам». Для незнающих людей это создает ощущение значимости, как будто бы Александр не сам по себе, а часть какого-то большого целого. Структуры, которая по важности могла бы посоперничать с «Глобал-телеком».

— Личные посещения невозможны. Делайте запрос, — ответил охранник, возвращая карточку.

— Послушайте, разговор состоится в ближайшие сутки, запрос займет как минимум два дня. Я могу не заходить внутрь, а просто поговорить с сотрудником здесь.

— Личные посещения невозможны. Нет запроса — нет пропуска. Дальше сами додумайте.

— Вам ли не знать, как в кризисной ситуации важна каждая минута? Вы же воевали.

— К делу не относится. Отойдите от заграждения, — резким тоном произнес охранник.

— Мне нужно лишь…

— Отойдите. От. Заграждения, — он уже было потянулся к дубинке, но Филатов уже сделал шаг назад.

Черт возьми. Упертые и решительные. Филатов чувствовал, как начинает злиться. Ступор просто на ровном месте. Но тут этим делу не поможешь.

— Что у вас тут? Проблемы? — подошел второй сотрудник, такой же суровый на вид мужчина с бритой головой.

— Нет, — ответил его коллега, — он уходит.

— Карточку не забудьте, — второй охранник взял пластик в руки и как бы невзначай прочем надпись на нем, — хм, Филатов, — он улыбнулся, — однофамилец что ли?

— Д…, - Александр хотел было согласиться, но в то же время появилось средство, которое могло бы решить его проблему. Пусть даже будет мерзко сейчас и потом, не он же это начал, — нет, сын его.

— Кого? — спросил первый охранник.

— Командора Филатова.

— Чего? — он выхватил у коллеги из рук карточку, поднес ее к сканеру, долго и напряженно что-то искал в компьютере.

— Похоже на то, — скрестив руки на груди произнес бритоголовый, — вот это да. Где служил, парень?

— Не довелось, — честно ответил Александр.

Первый охранник усмехнулся. Кажется, теперь авторитет сыщика в его глазах стал еще ниже.

— Как же так? По стопам отца не пошел что ли?

— Нет, решил делать другое, полезное дело, — кажется, он неверно расставил акценты, теперь рискует потерять собеседников, — не менее полезное. Ловлю преступников.

— Для частников, — снова прокомментировал бывший ракетчик.

— Бывает.

— Я до ранения служил под началом твоего отца. Ну как…до него еще было начальников десять, конечно. Но в бой пошли почти бок о бок, — произнес бритоголовый. Как сейчас помню, тогда Китай задумал отделиться, поднялись восстания, а потом и повстанческие войска засветились. Всякое было, но конкретно нашей операцией руководил командор. Не общались, конечно, но я видел его, слышал, как он отдает приказы, как себя ведет в бою. За десять лет службы если чему и научился, так это видеть, кто лидер и солдат, а кто ничего не стоит.

— Что ж, тогда, может, посмотрите на меня? Пусть мы и не на поле боя, но жертвы тоже могут быть, ущерб. Если не сделать все правильно.

— Жаль, конечно, что ты не служил, парень. На войне не был. Тогда может быть понимал бы, что если есть указания, их нужно исполнять и не просто так.

— Я был на войне. В некотором смысле. В Австралии. В Лирмонте.

— Лирмонт? — мужчина почесал затылок, — ни о чем не говорит, к сожалению. И что было?

— Тогда это был очаг активности повстанцев, высадились с берега, внезапно напали, гарнизон базы, на которой я был гостем, едва успел сориентироваться. Стрельба, взрывы, трупы, суматоха. В общем, привычная вам картина, должно быть. Все было настолько плохо, что даже мне пришлось взяться за оружие.

— Хм, — бритоголовый долго смотрел на сыщика, затем снял телефонную трубку, — алло, это дежурный. Тут пришел сыщик, говорит, работает с СГБ и дело срочное. Нет, пропуска нет, запроса тоже, но вы бы пригласили кого-нибудь свободного к воротам, я в этом ничего не смыслю, пусть переговорят. Как говорится, есть сигнал — надо реагировать. Ага, давайте. Что ж, что мог — сделал, — мужчина вернул карточку.

— Спасибо.

— Не за что. Давай, не подводи отца. Получается, он там порядок наводит, а ты здесь.

Через несколько минут к воротам подошел мужчина в сером деловом костюме и красном галстуке. Он разразился длительной тирадой на японском, но охранник слушал его со стальным спокойствием. Убедившись, что разговаривает со стеной, мужчина наконец обратился к Филатову.

В общих чертах обрисовав суть дела Александр вновь надавил на то, что есть некие «мы», которые расследуют очень важное дело, о промедлении в котором не может быть и речи. Тогда-то, наконец, ворота «Глобал-телекома» открылись для Филатова.

Номер Хибики быстро отследили. Подозрения Александра оправдались, прямо сейчас он принимал звонок. Если судить по карте пеленга, то общались с офисом адвоката из небезызвестной лаборатории. Осталось последнее — узнать, кто звонит. Однако сотрудник отказался выдавать досье, сославшись на то, что и по номеру телефона абонента СГБ выяснит, кто он.

На этом визит в телефонную компанию можно считать оконченным, удалившись от заграждения, сыщик созвонился с Кисибэ и наконец получил нужные данные: имя, фамилию и адрес.