Даниэлла Ник – Никому тебя не отдам (страница 5)

– И я тебя люблю, Даня. Позвоню вечером.

Немного подумав, добавляю в конце сообщения смайлик с сердечком и выезжаю с парковки.

Дома мне становится гораздо спокойнее, я, словно, напитываюсь родными стенами и чувствую себя увереннее. Включаю расслабляющую музыку и занимаюсь уборкой и глажкой белья, решая, что откажусь от клининга на следующей неделе.

Стрелки часов неумолимо приближаются к шести вечера, в духовке как раз уже готовы любимые куриные котлетки Мирона, а на плите остужается картофельное пюре с маслом и молоком. Я замираю в гардеробной, раздумывая, что бы на себя надеть. Наверное, в топе и коротких шортах встречать бывшего мужа не самый лучший вариант.

В итоге, натягиваю на босые ступни носки, надеваю леггинсы и удлиненную белую футболку оверсайз. Макияжа на лице нет, и наносить его я не собираюсь. Расчесываю волосы и заплетаю их в рыхлую косу.

Нервничаю ужасно, и за пять минут до назначенного времени подхожу к окну, чтобы выглянуть во двор. Именно в этот момент на территорию въезжает черный внедорожник Подгорного, паркуется на свободном месте, после чего из салона выходит Арсений, достает с заднего сидения нашего сына, и ставит его на землю. В объемном зимнем комбинезоне он выглядит как медвежонок, крепко сжимающий в руках яркую пластиковую лопатку.

Я во все глаза наблюдаю за происходящим, испытывая смешанные чувства, как замечаю, что с переднего пассажирского места выбирается Пигалица, которая берет Мирошу за руку и ведет в направлении детской площадки.

Бывший муж, словно чувствуя, задирает голову и встречается со мной глазами, отчего я трусливо отпрыгиваю от окна. Сердце ухает в пятки, а через пару мгновений в квартире раздается звонок домофона.

Глава 7. Ярослава

Задеревеневшими пальцами открываю дверь и отсчитываю секунды до того момента, как Подгорный появится на пороге моего дома. Отчего-то вспоминаю, как ждала его в самом начале наших отношений. Томительно, нетерпеливо и невыносимо. Я была очень к нему привязана, и тяжело переживала расставание даже на день, считая минуты до встречи.

Арс никогда не приходил с пустыми руками, принося с собой цветы или гостинцы. Я запрыгивала к нему на руки, и мы жарко целовались прямо в прихожей, истосковавшиеся и безумно влюбленные.

От воспоминаний меня отвлекает звук открывающихся створок лифта, и я машинально складываю руки на груди, словно выставляя барьер. Негативную энергетику я чувствую еще из подъезда. Меня это не пугает, моей тоже достаточно, она просто фонит. Не удивлюсь, если ее видно невооруженным глазом.

– Привет! – сухо здоровается Арсений, заполоняя собой всю прихожую. Мажет по мне совершенно равнодушным взглядом, обдавая холодным пренебрежением.

В нос проникает запах мороза и его туалетной воды. Не той, к которой я привыкла, и первое время оборачивалась, если чувствовала от кого-то похожий аромат. Другой. И Арс другой. Удивительно, насколько он поменялся. Черты лица стали грубее, в глазах ни намека на улыбку, движения четкие и собранные. Словно передо мной не живой человек, а робот.

– Почему Мирон не с тобой, а с посторонней девицей? – не обращая внимание на его приветствие, сразу же набрасываюсь. Какой вежливый и воспитанный, надо же! В прошлый раз я удостоилась лишь невыразительного кивка головы.

– Лина – не посторонняя, Ярослава, – как умалишенной поясняет мне Арсений. – Это – моя жена. И она имеет полное право находиться рядом с нашим сыном.

Я тяжело сглатываю, не ожидая такого поворота событий. Жена, значит. Какая прелесть.

– В таком случае, родите своего. Слова не скажу! – не удерживаюсь от острой шпильки. – А пока, я буду решать – кто имеет право находиться с ним рядом, а кто нет.

Арс немного бледнеет, я замечаю, как плотно он сжимает челюсти, но держит себя в руках. В отличии от меня. Я не справляюсь катастрофически, хотя заранее представляла, как буду с прямой спиной и ледяным выражением лица с ним говорить. Все установки слетели. Система дала сбой. Как всегда рядом с ним. А еще, я замечаю новое обручальное кольцо на безымянном пальце правой руки. Совершенно безвкусное.

– Я, кажется, тебе не предъявлял, когда ты притащила в дом постороннего мужика и представила его Мирону? Со мной тоже никто не советовался, – цедит Подгорный, приподнимая бровь.

– Ты о Даниле?

– Я не знаю, сколько их было, – ухмыляется мой экс-супруг.

– Сколько было – все мои! – растягиваю губы в саркастичной улыбке. – Ты что, ревнуешь?

– Более я не испытываю такого чувства, Ярослава. Это – удел слабаков.

Слабаков, значит. Что ж, окей. Я тоже больше не слабачка.

– О чем ты хотел поговорить? Я соскучилась по сыну и жду его дома, а не гуляющим на площадке.

– Нужно определить график. И правила поведения.

– График чего? – нахмуриваю брови.

– Дней, когда я буду брать Мирошу.

– Куда ты его собираешься брать, Подгорный? В лабораторию? Так с детьми туда нельзя.

– Ты можешь сколько угодно плеваться ядом, Ярослава, – хладнокровно отвечает Арсений, приваливаясь к стене и укладывая руки на груди. – Я имею на Мирона ровно такие же права, как и ты. И я не собираюсь сидеть в стороне. Мой сын – единственная причина возвращения в Россию.

– Хм, надо же. А что же ты не вернулся в тот момент, когда он родился, Арсений Маркович? – истерично выкрикиваю я, чувствуя, как сердце болезненно сжимается. – Для чего было ждать практически два года?

– Я не собираюсь отчитываться перед тобой. И, попрошу, держи себя в руках. Я и забыл, насколько ты истеричная и несдержанная особа.

Забыл он. Да как же? Раньше ему это очень нравилось, когда я закатывала истерики, а потом мы жарко мирились по нескольку раз, горели и плавились в объятиях друг друга. Черт! Зачем я об этом думаю вообще?

– Сына мне верни сейчас же. Он на темной улице, с малознакомой женщиной! – шиплю я, как змея. Прекрасно понимаю, что миссия провалена и все мое хладнокровие летит к чертям собачьим.

– Мирон с Линой отлично поладили, – с улыбкой отвечает Подгорный, совершенно не реагируя на мою агрессию. – У Лины педагогическое образование, она умеет найти подход к ребенку.

– И флаг вам в задницу! – бросаюсь к шкафу за пуховиком, параллельно выуживая с этажерки угги.

– Ты куда?

– За сыном. Что непонятного?

– Ярослава, успокойся! – с легкостью выдергивает из моих рук куртку и впервые за все время, слегка касается меня кончиками пальцев, отчего меня просто передергивает. – Пять минут погоды не сделают, а мы спокойно все обсудим. Вообще, я надеялся на твое благоразумие. Что ты меня хотя бы в дом пригласишь, а не будешь держать на пороге!

– А я не благоразумная! – заявляю я, вне себя от бешенства. – Говори, что хотел и вали из моего дома. Я тебя не звала!

– Ты не в себе! – констатирует Подгорный. – Наверное, проще будет договориться с твоим отцом. С тобой диалога опять не получается. Ты слышишь только себя!

– Хахаха! – хохочу ему прямо в лицо. – Рискни, он тебе физиономию разобьет. У него давно кулаки чешутся.

– Пещерные люди! – закатывает глаза в потолок Подгорный, резко разворачиваясь к двери. – Не хочешь по-хорошему, Ярослава, будем решать через суд.

Я подхватываю пуховик, наскоро натягиваю его на себя, запрыгиваю в угги и вылетаю следом в подъезд.

– Дома сиди, сумасшедшая! Сейчас я приведу Мирона, – рычит на меня Арс, бросая злой короткий взгляд в ожидании лифта. Все-таки, я его довела. И нечего из себя строить сдержанного и холодного хозяина положения. Даже не надейся, что я буду играть по твоим правилам!

– Иди в жопу, Подгорный! – кричу ему через плечо, кубарем скатываясь по лестнице. – Сама приведу!

Глава 8. Ярослава

Своего сына с Пигалицей нахожу гуляющими на детской площадке. Мирон со знанием дела ковыряется в снегу, а она какого-то хера снимает его на телефон.

– Добрый вечер! – радостно приветствует она меня, убирая аппарат в карман куртки.

– Добрый! – рявкаю я, подхватывая сына на руки. – Идем домой, сынуля.

– Мамочка! – радостно кричит он, размахивая лопаткой.

– Я тоже тебя рада видеть, сладкий! – чмокаю его в пухлую щечку и затягиваюсь родным запахом. От Мирошки пахнет молоком и чем-то сладким.

– А Вы Ярослава? – какого-то хрена двигается за нами следом, девушка.

– Ярослава.

– Очень приятно! Меня зовут Лина!

Я удивленно посматриваю на нее через плечо, обернувшись. Похоже, она юродивая или типа того. Девушка открыто улыбается и, похоже, не стебется надо мной. Ей реально приятно познакомиться. Закатываю глаза и быстро перебираю ногами в сторону подъезда, дверь которого открывается и оттуда вылетает злющий Подгорный.

– Папа! – весело кричит при виде его, Мироша.

– Папе нужно домой, зайчик! – шепчу ему на ушко, намереваясь прошмыгнуть мимо. – Он ужасно опаздывает.

– Ярослава! Дай нам хотя бы попрощаться! – доносится до меня мужской рык.

Я останавливаюсь посреди двора как вкопанная и медленно разворачиваюсь к бывшему мужу. Клянусь, если бы я умела высекать молнии, от него бы и мокрого места не осталось.

– До свидания! – ухмыляюсь как дурочка и делаю книксен. – Мироша, помаши пока-пока.

Сынуля весело хохочет и послушно машет на прощание.

– Я завтра приеду, Мироша!

– У нас на завтра планы! – заявляю из вредности. Планов у нас нет никаких совершенно.