Даниела Абухба – Жертвa (страница 2)
Они шли вниз по украшенной улице. Нейт то и дело оглядывался. Глаза круглые, как у совы. Рот немного приоткрыт. Он с нескрываемым восторгом смотрел на шныряющих неподалеку жутких монстров. Страх, любопытство, веселье. Все чувства смешались воедино. Для него это был необычный опыт. Братьев растили в строгой, религиозной семье. Под запретом был не только Хеллоуин, но и Рождество, что, по мнению Теона, было полной бессмыслицей. Даже музыку, светскую музыку слушать было нельзя. Вот Теон и стал атеистом. С Нейтом же сложилось по-другому. Он верил. Искренне верил, и старший нисколько не противился этому. Но, как защитник, как брат, как наставник, делал все возможное, чтобы Нейт понял: не быть идеальным – нормально, а быть самим собой – крайне важно. Ни один человек не свободен от грехов. Хоть такие ограничения и повлияли на мировоззрение Теона, последней каплей оказалась смерть родителей. На тот момент ему было двенадцать.
Мария Тиммер была поистине роскошной женщиной. Прекрасна как изнутри, так и снаружи. Вышла замуж в восемнадцать, а в девятнадцать родила первенца. Она была блондинкой, волосы – волнистые, серые глаза. Сложно было не любить ее. Муж же Марии, Боб Холланд, работал в страховой компании и уж точно не походил на прекрасного принца. Но что-то цепляло в этом рыжем, веснушчатом, зеленоглазом мужчине. Возможно, харизма? Семья была вполне нормальной, небольшой, из трех, а спустя некоторое время из четырех человек. Но времени, чтобы просто быть друг с другом, им было выделено совсем не много.
26 марта Мария Тиммер была сбита насмерть грузовиком. Водитель избежал правосудия. А через пару лет Боб, безгрешный… нет, следует сказать, притворяющийся безгрешным, застрелился на могиле жены.
Конечно, потеря родителя всегда нелегко дается, особенно для не по годам умного трехлетнего ребенка. И все же Нейт от религии, от веры не отвернулся.
Ветер появился внезапно, неприятный, кусачий, и добавлял еще большей атмосферности. Нейт выглядел как настоящий Дракула.
– Ты как, маленький? Не замерз?– заботливо спросил Теон.
– Следи за языком, челядь. Или ты не в курсе, с кем говоришь?
– Простите, Граф Дракула!
Молчаливой улыбки обоих хватило на пару секунд, после чего братья одновременно прыснули. Вот такие были они. Вечно прикалывались, даже когда ничего смешного не было и в помине. Теон вздохнул. Запах был какой-то совсем другой, незнакомый. Любопытный и вместе с тем… от него почему-то становилось не по себе.
Мать часто рассказывала им истории. Истории, что казались Теону бреднями сумасшедшего, а Нейту – захватывающими. Настолько, что ему снились кошмары. Байки из года в год оставались неизменными. Начиная с зарождения Хеллоуина и скрытым под ним смыслом. Напоминала каждый раз об «опасных людях, которые кладут в конфеты яд, похищают детей», во что Теон верил меньше, чем в зубную фею,– в нее он перестал верить уже лет в семь. Зачем кому-то совершать такие жестокие действия? Даже нет. Почему именно на Хеллоуин? Ведь во все остальные дни сладости абсолютно съедобны. Если кто-то и горел желанием принести в жертву сатане малышню, почему всего раз в год? Христиане молятся не только на Пасху, не так ли? В отличие от брата, Нейт от этих россказней был в диком ужасе. Следующая часть ежегодной лекции – криминальные сводки. Мария объявляла им, сколько детей пропало, скольких нашли мертвыми и как именно их убили. Оглядываясь назад, Теон не удивился бы, если этого было бы достаточно, чтобы у нее отобрали родительские права. Возможно, из-за этих «сказок» он и чувствовал себя не в своей тарелке. Сложно избавиться от привычек.
– Слушай! Может, заглянем к миссис Допперти?
Нейт усмехнулся.
– Ты это о карге?
Миссис Допперти, должно быть, видела, как умирали динозавры. Она была тощей. Древней. Почти глухой и еле-еле могла ходить. Из-за недостатка зубов ее речь понять было невозможно. Теон сочувствовал ей: Мэдди Купер, единственная дочь старушки, переехала в Канаду, оставив бедную женщину с восьмилетним как-его-там-зовут ребенком. Джейкоб, вроде. Стеснительный, воспитанный, уверенный в себе мальчик. Интеллигентный и заботливый, но, по мнению Нейта, уж слишком наивный и, чего греха таить, довольно скучный. По правде сказать, Нейтан никогда не умел выбирать себе друзей. Взять хоть Брэда Киллстоуна – грубый шестнадцатилетний амбал, который… а вот, собственно, и он; видимо, убегал после очередного акта вандализма.
– Эй, бро… то есть, на колени предо мной, никчемный слуга!
– Ох, прошу прощения, Граф Дракула! То есть рррр!
Теон закатил глаза.
– Хоть бы роль нормально выучил! Пираты говорят не рррр, а аргх!
Разумеется, это была глупая придирка, но упустить возможность хорошенько ущипнуть Брэда Тео не мог. Парнишка был невыносимым. И может оказать влияние на маленького, чистого душой Нейта, последствия чего, скорее всего, окажутся ужасными.
– Ладно, мне уже идти надо. Увидимся завтра, наверное.
Нейт пожал плечами. Он все равно был не в настроении разговаривать.
– Так, на чем мы остановились, брат?– спросил Тео.
– Миссис Допперти. Ты сказал, можем зайти к ней, но… что она может нам дать? Чернослив в шоколаде?!
– О нет. Конфет у этой женщины предостаточно. Конфет, которые она не может,– Теон клацнул зубами,– съесть.
– И откуда ты знаешь?
– Думаешь, зачем я вожу дружбу с Джейки?
Шутка, конечно же. Теон был каким угодно, но не двуличным.
– Стой, стой, а прикинь… прикинь, она испугается и… ну, коньки отбросит. Типа, живешь ты такой, столетний ворчащий дедок, никого не трогаешь, и тут – о-па, мумия и Дракула на пороге!
На это парню ответить было нечего. Вместо этого он погрузился в глубокие философские размышления. Кто вообще хотел бы жить настолько долго? Нет, с одной стороны, Холланд-теперь-уже-старший был обеими руками за: существовать целый век… это же сколько событий может произойти за такой долгий период! С другой стороны, умри Нейт раньше, Теон не пережил бы этого. Если бы спросили прямо, он бы сказал, что все в руках Бога, тогда как в реальности понятия не имел, какова была бы реакция. В целом, насчет конфет, Тео был прав. У миссис Допперти, действительно, был целый склад сникерсов, шоколадок и других пагубных для здоровья вкусняшек. Вскоре еще недавно пустой пакет для сладостей оказался наполовину полон. Нейту ужасно хотелось избавиться от кило-двух, чтобы было не так тяжело и исключительно баланса ради, ровно на эти кило-два наполнить свой желудок.
– Ну серьезно, как ты узнал?– спросил он.
– Встречался с ее пра-пра-пра-пра… ну, ты понял. Расстались, правда, буквально на днях. Ей нужно было уехать, а в отношения на расстоянии не верю. Да и потом не было особой любви, по крайней мере, с моей стороны, я так думаю. Скорее – смесь… симпатии и желания больше не чувствовать себя одиноким. Она-то и сказала мне, что миссис Допперти прикупила конфеток к Хеллоуину.
Нейтан кивнул, а затем с трепетом посмотрел на брата.
– Думаешь, это правда? То, о чем рассказывала мама. Ну, знаешь, отрава и эти жертвоприношения.
– Ну,– Теон помолчал, подбирая нужные слова.– И да, и нет. Видишь ли, ее истории немного гиперболизированы. Понятия не имею насчет конфет, ибо не сталкивался с таким никогда, если честно. Ну как, случаи отравления на Хеллоуин были, просто многие люди уж слишком серьезно подходят к делу и закупаются вкусностями аж за полгода до «Ночи дьявола», логично, что когда-то они да испортятся. Осторожность проявить все же стоит. А вот по поводу жертвоприношения… как по мне – палка о двух концах. Статистика, которую приводила мама, могла быть или очень старой, или и вовсе выдуманной. Однако ты должен знать, что есть на голову отбитые люди. Не все, но есть. Скажи мне, Нейт. Будь ты преступником, скажем, маньяком, или педофилом, или еще кем-то и хотел сделать что-то очень плохое… какое время и место было бы идеальным? Вот именно. Это не значит, что нужно замуроваться в четырех стенах. Нет, братец. Эти уроды практически повсюду. Вальяжно разгуливают, улыбаясь, притворяясь милыми и добрыми. В ночь Хеллоуина у них карт-бланш. Разве хоть на минуту ты задумался, что кого-то прямо сейчас домогаются или того хуже? Думаешь, чисто физически возможно проверить, в порядке ли каждый визжащий ребенок? Думаешь, заманивать детей вкусностями в день, который со сладостями и ассоциируется, так, к слову, и делать с ними все, на что способно твое богомерзкое воображение, так уж и сложно? Думаешь, украсть малыша в толпе, в толпе, которая целиком состоит из зомби, мумий, маньяков, вампиров, нелегко? Да там хоть двадцать детей кради – никто и глазом не моргнет! Поэтому умоляю, всегда будь рядом со мной, ладно? Может быть, я и не такой параноик, как родители, но, если с тобой что-то случится, никогда себя не прощу. Как-то так. А к чему вопрос?